Жаба с кошельком - Дарья Донцова

Около полуночи Маня заглянула ко мне.

– Хуч заболел.

– Ты уверена? – забеспокоилась я.

– Ну, конечно, – протянула девочка, – тольконемного непонятно.

– Что тебя насторожило?

– Он отказался от ужина, даже не притронулся к рису скурицей.

Наши собаки едят не сухой корм, а кашу с мясом, суп, творог,йогурты, пьют обезжиренное молоко, кефир, простоквашу. Еда всем подаетсяодинаковая, разнятся лишь порции. Банди и Снапи получают «пайки» в тазиках,Черри в миске, Хучик в плошке, а Жюли в розетке. И все, кроме Хуча, оченьдовольны. Мопс же считает подобное положение вещей несправедливым, он ощущает всебе силы на то, чтобы слопать порции Банди и Снапа, причем обе вместе. Нозлые хозяева, помня о том, что ожирение – верный путь к скорой смерти, совершенноне считаются с желаниями мопса. Для Хучика момент, когда перед носом возникаетеда, самый сладкий за весь день. От риса с курицей он не отказался бы никогда.Неужели ему так плохо?

– Эй, Хучик! – крикнула я.

Мопс мигом явился на зов.

– Смотрится совсем здоровым, – пробормотала я.

– То-то и оно! – воскликнула Маня. – Температуранормальная, нос холодный и влажный, глазки чистые, ушки тоже, и вообще, онтолько что за Жюли гонялся, все как обычно, только ужинать отказался.

Я посмотрела на Хучика и сказала:

– Не о чем пока волноваться, собаки иногда устраивают себеразгрузочные дни, они умней людей. Мы едим бесперебойно, даже тогда, когда ненадо, а животные умеют сдерживаться.

– Согласна, – кивнула Маня, – только это не проХуча. Что-то до сих пор ему не приходило в голову посидеть на диете.

– Давай подождем до завтра и, если утром он не кинется кмискам, вызовем врача, – предложила я.

На том и порешили. Ночь у нас прошла совершенно спокойно.Мопс прохрапел у меня под одеялом, и я подумала, что все в полном порядке. Ноутром Хучик опять отказался от корма, глянул на творог и поковылял прочь. Зная,что он не слишком любит молочные продукты, я открыла холодильник, досталаоттуда батон свежайшей «Докторской» колбасы, отрезала кусочек и крикнула:

– Хучик, на!

Мопс медленно пришел назад, понюхал розовый кружочек раз,другой, третий, потом отвернулся. На его складчатой морде появилось выражениеотвращения. Хуч чихнул, потом сел, наклонил голову набок, затем встал,послышались квакающие звуки.

Я схватила телефон. Похоже, он и впрямь заболел,отказался от еды, а теперь еще его и тошнит!

Несмотря на то, что на улице пылала жара, я поехала вветеринарную клинику, закутав мопса в плед. У подъезда нас встретилДениска и сказал:

– Только спокойствие, сейчас возьмем все анализы, сделаемУЗИ и тогда посмотрим.

Хучик стоически вытерпел неприятные процедуры, даже неподумал особо сопротивляться, когда лаборантка стала брать у него кровь.

– Молодец, – похвалил мопса Дениска, потом взял состола коробочку, вытащил оттуда желтый кругляшок и протянул Хучу: – На,угощайся, заслужил!

Мопс вздрогнул, чихнул и отошел в сторону.

– Ты чего? – изумился Денис. – Это же твои любимыесырные дропсы!

Но Хуч забился под стул и недовольно заворчал.

– Оставь его в покое, – вздохнула я, – видишь, чтотворится! Только бы не чумка!

– На чумку категорически не похоже, – заявилврач, – она начинается с респираторных проявлений, а тут ничего нет: нинасморка, ни кашля.

Часа через два консилиум ветеринаров, изучив анализы ипросмотрев результаты других исследований, решил: мопс здоров. Здоровее небывает! Просто образцово-показательная собака.