Легенда о трех мартышках - Дарья Донцова

На следующий день Фася позвонила главврачу ипопросила отпустить ее на неделю за свой счет. Начальство пошло ей навстречу, иона поехала к подпольному гинекологу. Врач, осмотрев пациентку, крякнул.

– Что-то не так? – насторожилась Фася.

– Я не могу сделать вам аборт, – протянулспециалист.

– Почему? – испугалась Афанасия.

– У вас большой срок, почти шестнадцатьнедель!

– Вы ошибаетесь, – возразила Фася, – у менянебольшая задержка, кстати, я сама врач.

– Мда? – скорчил гримасу доктор. – Небосьдерматолог?

– Стоматолог, – в рифму ответила беременная.

– Тоже мимо, – сказал акушер. – Будь выгинекологом, знали бы, что порой цикл не нарушается, но беременность спокойноразвивается.

Афанасия ощутила озноб.

– И как мне быть?

Врач пошел мыть руки.

– Аборт запрещен законом, но на малом сроке яготов помочь женщине, попавшей в неприятность. В вашем же случае речь пойдет обискусственных родах, тут я не помощник. И сильно сомневаюсь, что вы сможетенайти врача, который согласится на такую авантюру. Бабки в деревнях берутсявытравить плод, но сразу хочу предупредить, очень велика опасность навсегдаостаться в селе на местном кладбище. Рожайте, милочка.

– Я не замужем и хочу продолжать работать, –растерялась Афанасия.

– О последствиях следовало подумать добеременности, – пожал плечами врач.

Фася решила не сдаваться и нашла еще несколькодокторов, но они, словно сговорившись, наотрез отказались заниматься ею, тогдаженщина отправилась к знахарке в Подмосковье. Но когда неопрятная старухазавела Фасю в грязный сарай, где стоял стол, покрытый плохо отмытой клеенкой,стоматолог моментально оценила санитарное состояние «операционной» и убежалапрочь. Оставалось лишь одно, и Афанасия позвонила Алевтине.

– Не может быть, – потрясенно сказала я, когдаМарлена Сергеевна перевела дух, – бабушка не могла бросить новорожденного сына!

Кирпичникова покосилась на меня.

– Все в молодости совершают ошибки. В двадцатьлет мы одни люди, в тридцать другие, а в сорок опять кардинально меняемся.

– Не верю, – уперлась я. – Афанасия не такая!

Марлена подперла щеку кулаком.

– Доказательств никаких представить не могу,но рассказ подруги помню великолепно. У нее был маленький живот, никто ничегоне заподозрил. За пару недель до родов Фася ушла в очередной отпуск и черездвадцать четыре дня вернулась на службу. Выглядела она плохо, похудела,осунулась, а на сочувствующие замечания коллег отвечала: «Не повезло мне.Поехала в санаторий, в первый же день отравилась в столовой, попала в местнуюбольницу и провалялась почти весь отпуск на койке».

– Но как Андрею удалось оформить Юру на себя?– поинтересовалась я.

Марлена почесала переносицу.

– Понятия не имею. Но вскоре после того, какмальчик очутился у мастера, Стефанова отправили учиться, а потом перевели сповышением на другой завод. Андрей исчез из жизни Афанасии, она была радаудачно сложившимся обстоятельствам, покидать клинику ей не хотелось, но исталкиваться с бывшим любовником претило. А тут все замечательно устроилось.

Фася осталась в клинике, вышла замуж, родиламальчика, назвала его Игорем, вскоре ее муж скончался, она снова вступила вбрак и казалась вполне счастливой.

Но через достаточно длительное время судьбадала крен, на завод имени Байкова вернулся Андрей Григорьевич, сделавшийотличную карьеру. Теперь Стефанов занимал пост замдиректора, а местныесплетники шептали по углам:

– Через пять лет генеральный на пенсию уйдет,вместо него Андрея назначат.