Эксперимент S - Джереми Бейтс

Протестующие застучали по окнам и крыше.

Доктор Уоллис сказал:

– Тогда поехали.

Водитель отъехал от края тротуара. Когда машина выбралась из толпы, Уоллис тут же отметил: на улицах непривычно тихо. И когда они проехали мимо заполненного до отказа бара – в 11:45 утра! – Уоллис понял, что тишина на улицах возникла из-за него. Город – да что там город, вся страна, все замерло, потому что люди в своих домах и конторах, на работе и на отдыхе собрались у экранов телевизоров или телефонов – посмотреть оглашение приговора.

Доктор Уоллис нагуглил в телефоне свое имя и прочитал заголовки полудюжины ведущих газет:

Присяжные признали доктора Роя Уоллиса невиновным в непредумышленном убийстве

Страна ошарашена вердиктом доктору сна – за или против?

Долой такое правосудие!

Невиновен!

Ошеломляющее решение присяжных: Уоллис оправдан

Внутренний демон на свободе!

Пробежав глазами первую статью в «Нью-Йорк таймс», доктор Уоллис перестал улыбаться и нахмурился. Этот писака был явно настроен против Уоллиса, потому что разнес его в пух и прах. «Убийца, ускользнувший от правосудия!» А его теорию о внутреннем демоне он заклеймил как «ролевую игру маньяка, одержимого манией величия».

Нахмурившись, доктор Уоллис сунул телефон обратно в карман. Удивляться подобным статьям нечего. Журналисты клеймили его на протяжении всего процесса, они мыслили слишком узко и были напуганы доказательствами, которые он представил.

«Посмотрим, кто посмеется последним, придурки, – подумал он, предвкушая второй эксперимент со сном, который намеревался транслировать в прямом эфире. – Пусть народ смотрит. Пусть своими глазами увидят, кто мы есть и кем становимся, когда долго не спим и врата ада распахиваются настежь».

Уоллис был так поглощен своими мыслями, что не заметил, как они подъехали к «Часовой башне» – внедорожник тут же окружила толпа репортеров и журналистов с камерами и микрофонами наготове.

– Подвезите меня как можно ближе к двери, – пробурчал он.

– Да, сэр, – ответил водитель.

Осторожно проехав сквозь возбужденную толпу, внедорожник в конце концов остановился прямо перед входом в здание. Едва доктор Уоллис вышел из машины, журналисты сунули ему в лицо целую охапку микрофонов и, перебивая друг друга, забросали вопросами.

Не обратив внимания на натиск, он быстро вошел в здание, надежно закрыл за собой стеклянную дверь, чтобы никто из этих шакалов не прорвался внутрь.

Поправив пиджак и разгладив галстук, он изучил свое отражение в стальных дверях лифта и остался доволен увиденным.

Когда двери открылись, он поднялся на верхний этаж и вошел в свою квартиру в пентхаусе. Первым делом включил на большом телевизоре в гостиной новостной канал. Под рассказ ведущего об Уоллисе и эксперименте S он подошел к бару и сделал себе «Темную бурю». Посмотрел новости еще немного, но беловолосый болван продолжал хаять дело всей его жизни, и он решил выйти на площадку и выкурить сигарету.

И замер – стекло в двери на площадку было разбито.

– Это моих рук дело, – раздался мужской голос у него за спиной.

Доктор Уоллис обернулся: из часовой башни вышел мужчина. Зачесанные назад черные волосы, лицо изможденное, так выглядит завсегдатай прокуренных баров. Синие джинсы, поверх чуть более светлой джинсовой рубахи – кожаная куртка. Худощавый, но явно крепкий, на шее узловатыми веревками выделялись мускулы.

– Кто ты, мать твою, такой? – нагло и бесстрашно заявил Уоллис, хотя пульс участился, а внутри все заныло. Кому понравится незнакомец в доме, да еще вооруженный – в правой руке мужчина держал бейсбольную биту.

– Билл, – сказал мужчина. – Меня зовут Билл.

– Какого черта ты делаешь в моем доме, Билл?

– Я пришел тебя убить, Рой.

Горло Уоллиса сжалось до размеров соломинки. Он с трудом сглотнул.

– Зачем тебе это нужно?

– Позволь представиться, Рой. Меня зовут Билл Фоксли.

Глаза доктора Уоллиса в ужасе расширились, и ощущение пустоты внутри усилилось в десять раз.

– Послушайте, – сказал он, подняв руки, – я не убивал Брук. Это был Чед Картер…

– Мне все равно, кто сломал шею моей сестре – ты или твой пациент-психопат. Факт в том, что она мертва, а была бы жива, если бы не ты и твой гребаный эксперимент…

Уоллис швырнул в Билла свою «Темную бурю» и бросился к входной двери. Он слышал, как тот идет за ним, и понял: открыть дверь не успеет, огребет бейсбольной битой по затылку. И крутанулся на месте.

Отведя удар битой предплечьем, Уоллис тут же шваркнул Билла в челюсть, и тот пошатнулся. Но Уоллис понимал, что без оружия ему не справиться. Он повернулся, намереваясь прорваться на первый уровень часовой башни, чтобы взять в бильярдной кий, – и столкнулся лицом к лицу со вторым нападавшим.

Он сразу понял, что это брат Билла Фоксли – схожая ухмылка на лице, вкрадчивая манера, такой же жилистый, – но мужчина уже замахнулся битой.

Отполированное дерево ударило доктора Уоллиса прямо в лоб. Боль взорвалась за глазами хаосом фейерверка. Он потерял сознание, не успев упасть на пол.

* * *

Доктор Уоллис пришел в себя от трубного грохота боли между ушами. Мысли и зрение застилала белая пелена, но он понял, что сидит в кресле, а руки связаны веревкой за спиной.

Сморгнув соленые слезы, он увидел Билла, который вышагивал перед ним по кухне со стаканом виски в руке.

Заметив, что он пришел в себя, Билл сказал:

– Давно пора, черт тебя дери.

– У меня есть деньги, – пробормотал доктор Уоллис, все еще плохо соображая, но страх заставлял его думать быстрее. – Посмотрите по сторонам. У меня много денег. Сколько вам нужно?

– Денег? – Билл невесело усмехнулся. – Мне не нужны твои деньги, красавчик. Мне нужна моя сестра. Но вернуть ее я не могу, значит, остается месть.

И Уоллис понял: Билла не купить. Сейчас этот человек его убьет.

– Поймите! – выдавил из себя он, яростно напрягая свои путы. – В смерти Брук я не виновен. Меня только что оправдали из-за…

Руки обхватили его голову сзади.

Второй брат.

Билл медленно кивнул, и не успел доктор Уоллис возразить, его голова дернулась влево. Он обмяк в кресле, веревка на запястьях не позволила ему упасть вперед, на лицо. Дыхание стало резким, прерывистым. Он знал, что у него сломан верхний шейный отдел позвоночника и он скоро умрет от удушья, как умерла Брук в переходе между зданиями. Даже осознав эту мрачную иронию, он с негодованием подумал: «Вы не имеете права! Я доктор Рой Уоллис! Я теперь знаменит!»

Билл Фоксли произнес елейным голосом:

– Спокойной ночи, доктор. Спи спокойно.

Это были последние слова, которые знаменитый доктор Уоллис услышал в своей жизни.

Примечания

1

Американские актеры, славящиеся нарочито