Не гадайте на любовь - Марина Серова

— Трудно сказать. Алина, ты не забывай включать прослушку. Мне надо знать, что будет предпринимать Соня.

— Хорошо.

* * *

Оставшись без прислуги, Валерия Николаевна уже не помышляла об отпуске. Зачем он ей? Дома ведь некому давать указания, некем помыкать, не на ком срывать свое зло. А на работе есть подчиненные, на которых можно прикрикнуть, которых можно унизить, которым можно, в конце концов, урезать премию.

Настало очень благоприятное время для того, чтобы дожать Анисимову, окончательно сведя ее с ума. Раз уж ей являлись во сне погибшие постояльцы дома престарелых, то почему бы не сделать эти видения более четкими и осязаемыми?

Я поехала на кладбище, где обретались мои знакомые бомжи Люся и Вася. Несмотря на то что погода не благоприятствовала работе под открытым небом (шел холодный косой дождь), мои приятели стояли у входа в часовню, талантливо изображая инвалидов. Люся, вытянув руки вдоль туловища, низко кланялась каждому, кто проходил мимо нее. При этом пустые рукава ее длинного старомодного плаща болтались взад-вперед, создавая впечатление, что у нее нет обеих рук. Вася же, сидевший на пустой бочке, демонстрировал поистине цирковой номер, изображая отсутствие нижней конечности. Периодически он менял левую ногу на правую и наоборот, но люди не обращали на такую метаморфозу никакого внимания и подавали ему милостыню. Люсе подавали больше, и он завистливо поглядывал в сторону коробки, стоявшей у ее ног.

Бросив обоим по полтиннику, я спросила:

— Не пора ли сделать антракт?

— Можно. — Вася живенько спрыгнул с бочки, выгреб из фуражки ее металлическо-бумажное содержимое, сунул его в карман телогрейки и обратился к своей подруге: — Люсьена, выходи уже из образа, всех денег все равно не соберешь.

— Не завидуй моей популярности, Базиль! — Бомжиха поклонилась пожилому мужчине, тот опустил в коробку горсточку мелочи и зашел в часовню. У Люси сразу же появились руки, которые подняли с земли коробку, а затем рассовали мелочь и банкноты по карманам. — Я готова. Куда идем?

— Куда-нибудь под навес, — ответила я.

— Тогда это туда. — Вася пошел вперед по центральной аллее. Мы с Люсей последовали за ним — она пристроилась под мой зонтик. Базиль привел нас под шатер на цыганской могиле. — Вот, здесь хорошо, сухо.

— Заходи, — сказала Люся, заметив мою нерешительность. — Здесь как раз артистка похоронена, она любила, когда вокруг нее полно народу.

— Ну если только так. — Я закрыла зонт, встав под крышу шатра. — Хотите сыграть новую роль?

— А костюмы будут? — поинтересовалась Люсьена.

— Будут и костюмы, и реквизит… Но зрительница на том спектакле ожидается только одна. — Я объяснила Люсе с Васей, что им предстоит сыграть, а потом спросила: — Скажите, а тот человек, который умеет открывать любые замки, все еще здесь тусуется?

— Здесь, — кивнул Вася. — Куда же он отсюда денется? Здесь хлебное местечко.

— Придется и его ввести в труппу.

— Толян один не пойдет, только с Нюркой, — заметила Люся.

— Хорошо, пусть и Нюрка будет. Квартет даже лучше, чем дуэт.

— Когда начало спектакля? — поинтересовалась Люсьена.

— Следующей ночью, — сказала я, прикинув, что к этой мы не успеем подготовиться как следует. — Вам надо предупредить своих коллег, чтобы завтра трезвые были, и днем поспать, чтобы во время спектакля в сон не тянуло.

— Сделаем! — заверил меня Базиль.

— Я заеду за вами завтра в полночь. Ждите меня вчетвером у центрального входа. — Я вышла из-под шатра и раскрыла зонт.

Вася отправился на поиски Толяна с Нюркой, а Люся пошла со мной до выхода с кладбища.

— Полина, а что натворила та женщина, перед которой мы будем играть спектакль? — поинтересовался она.

— Из-за нее тринадцать человек заняли чужое место на кладбище.

— Ясно, — понимающе кивнула Люсьена.

Когда я вечером вернулась домой, меня там ждала Алинка.

— Ты что с собой сделала? — опешила я.

— Ты про волосы? — Нечаева беспечно накрутила на палец прядь. — Да, я теперь не блондинка. Матвей — он такой умный, разносторонне развитый, я с ним чувствовала себя полной дурой. Мне порой и поговорить-то с ним было не о чем. В общем, я решила перекраситься в шатенку.

— Помогло?

— Я это еще не поняла. Поля, я вот по какому поводу к тебе приехала, — перевела разговор Алина. — Ко мне сегодня приходила Соня — вся в слезах, в соплях. Она с утра позвонила главврачу и выяснила, что ни в какую командировку тот ее мужа не посылал, а отпустил на денек по его просьбе. По-моему, Нефедова решила проверить, не у меня ли ее муженек, но когда она пришла, у меня был Матвей. Он сразу понял, что нам надо поговорить о своем, о девичьем, и ушел. Я, конечно, стала успокаивать Соню, говорить, что ее супруг вот-вот вернется, а саму такая жалость к ней взяла! Чувствуется, что она его любит и дальнейшей жизни без него не представляет. Дети тоже переживают, куда пропал их отец, особенно Тараска…

— Я не поняла, ты зачем мне все это рассказываешь? Если хочешь, чтобы я вернула Нефедова, то это невозможно. Дверца мышеловки захлопнулась, а я туда же не собираюсь. Знаешь, сколько страху мы с Антоном натерпелись, когда сектанты нас везли на буксире? Они ведь могли наш «ЗАЗ» прямиком в обитель затащить, а потом продать эту тачку коллекционеру ретро-автомобилей…

— Нет, я не прошу возвращать Степана — он заслужил глобальную промывку мозгов. Я насчет Сони хотела с тобой посоветоваться. Мы ведь с ней вроде как подружки, она у меня совета просит, что ей делать — обращаться в полицию или не обращаться?

— Пусть обращается. Все равно, раньше чем через трое суток после исчезновения мужа у нее заявление не примут. То есть еще один день в запасе есть. Да и потом, я не думаю, что полицейские проявят небывалую прыть и сразу же найдут Нефедова. Им понадобится как минимум неделя, чтобы выяснить, на каких камерах видеофиксации засветился его автомобиль, определить, откуда его мобильник подавал последний сигнал. Может, опера даже поедут в Кумачевку, поговорят со старообрядцами, но вряд ли станут там все досконально обыскивать. — Меня вдруг посетила одна мысль, и я добавила: — А еще скажи Соне, что у тебя есть на примете частный детектив, и познакомь ее со мной.

— Зачем?

Я поделилась с Нечаевой своими дальнейшими планами, а потом сказала:

— Алина, ты помнишь, что через неделю заканчивается срок аренды?

— Ты хочешь сказать, что мне надо переезжать на свою квартиру? — Моя подружка надула губки.

— Именно так.

— Но, Поля, мое исчезновение может показаться Соне подозрительным… И как мне объяснить Матвею свой переезд?

— Так ты еще не сказала ему, что живешь на съемной квартире?

— Нет.