Клубничка в два карата - Марина Серова

— Умом-то я понимаю, что это решение правильное. — Я застыла на месте. — Но вот только Игнату их отдавать так не хочется… Он бы тебе их не отдал. Вспомни, как он хотел тебя кинуть. И кинул бы, если бы нам не повезло.

— Я все понимаю, — размахивал руками Олег. — Но это дело чести. Мне чужого не надо.

— Ладно. Чего тут думать. — Я потушила сигарету. — Надо собираться и ехать. А праздновать будем потом.

— Ну уж нет, — стала сопротивляться Ленка. — Пусть сам к нам едет. Еще чего. Все ему на блюдечке принеси. Ни за что не поеду и вам не позволю!

— Она права, — обратилась я к Олегу.

— Я не против. Давай, Татьяна, звони. Только не говори сразу, в чем дело, мне хочется на его реакцию посмотреть, когда он их увидит.

Ленка принесла мне телефон. Я набрала номер. Трубку долго не брали, но потом все же ответили.

— Да, — услышала я усталый голос Игната.

— Это Иванова. — Я не стала даже здороваться. — Ты можешь ко мне сейчас приехать?

— Зачем? — после молчания спросил он.

— Это не телефонный разговор. Но очень надо.

— Разве мы вчера не обо всем с вами поговорили? Или вы решили все же…

— Хмельницкий, давай приезжай! Я тебя не съем. Это в твоих интересах.

— Какая у тебя квартира? Дом я помню.

Я назвала ему номер квартиры и отключилась.

Ждать было невыносимо. Хорошо, что Игнат приехал сразу, минут через двадцать.

Когда он вошел, то чуть не ломанулся обратно, увидев нашу компанию.

— Проходи, — я гостеприимно пригласила его. — Присаживайся. Выпить хочешь? Ой, кто это тебя так разукрасил?

Игнат был со здоровенным синяком и с распухшим глазом. И смотрел он на нас очень подозрительно. Хмельницкий никак не мог понять, для чего мы его сюда позвали, да еще и выпить предлагаем. Впрочем, он не отказался, видимо, так бороться с волнением было легче.

Мы выпили мартини. Я посмотрела на Олега, решив предоставить слово ему. Он правильно истолковал мой взгляд.

— Игнат, у нас для тебя хорошая новость. Ты только не волнуйся. Мы ведь на самом деле были с тобой друзьями. Хорошими друзьями. Я не знаю, что случилось потом, почему ты изменился, но память о том времени, когда мы вместе служили в армии, не позволяет мне обмануть тебя.

— Ну ты загнул! — не выдержала я. — Говоришь, как пишешь.

Хмельницкий сидел все так же напряженно.

— Дело в том, — продолжал Клименко, — что Лена нашла бриллианты. Вот они.

Олег высыпал на стол камушки. Игнат молча взял бутылку и налил себе еще выпить.

— Для него надо было водки купить, — сказала Лена.

— Ты можешь их забрать. — Олег выглядел очень довольным.

— И где они были? — заикаясь и запинаясь на каждом слоге, спросил Хмельницкий.

— Они были у меня. — Ленка с удовольствием пересказала историю.

— И теперь вы их мне отдаете? — удивленно спросил он и окинул нас недоверчивым взглядом.

— Да. Они ведь твои, — кивнула я. — Или нет?

— Мои. Но… как-то странно.

Игнат взял один бриллиант на ладонь. Мне показалось, что он сейчас заплачет. Но он не заплакал. Этот высокий, интересный и представительный мужчина только хлопал глазами, как ребенок, и весь дрожал.

— У меня в голове не укладывается. — Он попытался улыбнуться, но получилась гримаса.

— Ну вот, собственно, и все. Забирай их. — Олег сам разволновался.

И я поняла, что, несмотря на то что сделал ему его друг, он все равно любит его. Наверное, их на самом деле связывало что-то особенное.

— Олег. — Губы Хмельницкого дрожали. — Ты… Я так виноват перед тобой! Я… Вот, на, возьми. — И Игнат протянул Клименко один искрящийся камень.

— Зачем? — Олег не брал бриллиант.

— Как зачем? — встряла в разговор Лена. — Ты столько пережил, переволновался. И потом, если дарят, то глупо спрашивать, зачем.

— Лена, Татьяна! Я хочу, чтобы вы тоже взяли, — Хмельницкий подал и нам по камушку.

— Ну, прямо сказка какая-то получается, — Ленка не ломалась и взяла бриллиант сразу. — Спасибо.

— Тебе ведь тоже досталось, — грустно улыбнулся Игнат. — Ты в заложниках из-за них была.

Я тоже не стала сопротивляться и взяла камушек, предложенный мне. Олег все еще раздумывал.

— Олег, не обижай меня, возьми. — Игнат сам вложил бриллиант в его руку. — Так будет честно.

— Ради такого случая предлагаю всем выпить. — Ленка была на седьмом небе от счастья.

Мужчины смотрели друг на друга долгим и, видно, многозначительным взглядом.

— Я пойду. — Игнат встал. — Спасибо еще раз и до свидания.

Я встала, чтобы проводить его. Дверь за ним закрылась.

— Не ожидал такого поворота? — обратилась я к Клименко.

— Честно? Не ожидал. Возвращая ему бриллианты, я хотел как бы плюнуть ему в лицо. И теперь мне стыдно.

— Дурак, — спокойно и весело сказала Лена.

— Сейчас Игнат был тем же самым, что и раньше. Я не жалею, что так поступил. А стыдно мне, потому что думал плохо, — закончил свою мысль Клименко.

— Перестань заниматься самобичеванием, — положила я ему на плечо руку. — Ты молодец. Поступил правильно. А что ты хотел — Игнат этого ведь не знал. Но принял твой поступок достойно. Я, например, беру бриллиант с чистой совестью. Только продавать надо быстрее, а то найдутся желающие. Кстати, у меня и скупщик знакомый есть. Только к нему без милицейского сопровождения лучше не соваться. А то вмиг заложит небезызвестному нам Петру Евгеньевичу.

— А я вот не знаю, продавать его или на память оставить, — задумалась Лена.

— Знаете, я, пожалуй, тоже пойду. — Клименко встал.

— Ты люстру хорошо повесил? — засмеялась моя подруга.

— Да.

— Ну тогда иди.

Мы проводили и Клименко.

— А теперь, дорогая, мы точно отметим это дело. — Ленка подпрыгивала на месте. — Я и представить себе не могла, что мне такой подарок выпадет. Я так рада! Хоть история получилась идиотской, но вполне выгодной в конечном результате.

— И правда.

Мы сидели с ней долго. Разговаривали, смеялись, вспоминали, что и как происходило. Теперь все казалось нам смешным. Вечером Лена собралась домой.

Я стояла у двери, провожая ее, и тут в комнате что-то грохнуло. Послышался звон стекла.

— Люстра? — спросила Лена, повернувшись ко мне.

— Похоже.

— Ну вот. Жалко.

— Да она мне все равно не нравилась, — махнула я рукой.