Кекс в большом городе - Дарья Донцова

Мне стало совсем нехорошо. Неужели я похожа напапашку? Вот беда! Вообще говоря, до последней минуты я считала себя вполнесимпатичной особой.

– Вы обязательно должны поделиться сомной опытом воспитания гения, – замурлыкал Голубев, – ну что выделали, дабы вырастить великую писательницу, а? Витамины? Гувернантки? Теннис?

Ленинид засопел, а я, подавив желание искреннесказать: «Он все детство и юность любимой дочки провел на зоне», решилапеременить тему разговора.

– Давайте приступим к работе, временимало.

– Йес, – закивал Анатолий, –пошли в нашу пыточную, ха-ха, шутка, зовем так зал, где проходят кастинги.

Миновав длинный коридор, мы цепочкой вошли вквадратное помещение, где обнаружилась женщина, причем весьма престарелая.

– А где Сигизмунд, талантливыйрежиссер? – поинтересовалась я.

– Он нам не нужен, – потер рукиГолубев, – увлекающаяся, психопатическая, излишне творческая личностьпервая помеха при кастинге, верно, Нина Аркадьевна?

Пожилая дама со старомодным начесом из седыхволос кивнула.

– Знакомьтесь, Ариночка, –засуетился Голубев, – Нина Рапсова, старейший, лучший ассистент режиссера!Когда Ниночка рулит процессом, я спокоен!

– Рада видеть нашего автора, –царственно кивнула тетка, – а вот заявление насчет старейшего ассистентаявляется откровенным, неприкрытым хамством! Мне всего-то семьдесят!

– Нинуша! – подпрыгнулГолубев. – Как семьдесят? Зачем ты врешь? Сорок максимум.

– Ой, хватит, – довольно усмехнуласьдама, – не старайся, знаю цену твоим комплиментам.

– Ей-богу, я удивлен!

– Перестань!

– Нет, честно!

Нина взяла мобильный и, не обращая внимания напродолжавшего бухтеть продюсера, твердо велела:

– Пусть Лапин готовится!

Потом она повернулась ко мне.

– Собственно говоря, сейчас мы соблюдаемнекую формальность. Особой толпы артистов не ждите, была проделана огромнаяпредварительная работа с базой, и отобрано два человека. Одна женщина…

– Зато какая! – встрялГолубев. – Ариночка, солнышко, она вам непременно понравится! Звезда!Суперстар! Мегаактриса! Культовая фигура! Мировая величина!

– Да ну, – разинул рот Ленинид,потом с детским восторгом воскликнул: – Николь Кидман?

– Нет, – осекся Голубев, – мыне приглашаем звезд Голливуда, своими богаты! Аурелия Монтегю.

– Кто? – хором поинтересовались мы сЛенинидом.

– Аурелия Монтегю. Супер! Так вы рады?Верно? О таком лишь мечтать можно!

– Ну, – дипломатично протянулая, – оно конечно…

Нина Аркадьевна хмыкнула, вытащила из бумажек,лежащих перед ней на столе, один листок и спокойно сообщила:

– Читаю справку. Аурелия Монтегю –псевдоним, настоящее имя Зинаида Собакина, родилась в… Дата рожденияотсутствует, стояла у истоков советского кинематографа, снималась, естественно,в массовке в фильме Сергея Эйзенштейна «Броненосец Потемкин». Надеюсь, слышалио такой ленте?

– Вообще-то я люблю про зверушексмотреть, – неожиданно ответил папашка, – но эту пропустил.

Нина Аркадьевна распахнула глаза.

– При чем тут животные? – нервнопоинтересовался Анатолий.

– Так броненосец же, – пояснилЛенинид, – не встречали их? Не в жизни, конечно, а на картинах? Ониваще-то в Австралии обитают, прикольные очень.

Пока папашка нес глупости, я пришла в себя изаорала:

– С ума сойти! Сколько ей лет?

– Фу! О таком не спрашивают, – отбиламяч Нина.

– Но в моей книге нет ископаемых! Тамдействуют тридцатилетние женщины.

– Тише, Ариночка, тише, –затравленно оглядываясь на дверь, зашептал Голубев, – Аурелия наш золотойфонд.

– Вот и поставьте ее в музей.

– Монтегю в великолепной форме.

– Маловероятно! – отрезала я, решивстоять насмерть.

– Месяц назад она закончила съемки всериале «Секреты Франции».

– И кого она там изображала? Эйфелевубашню? Очень правильно, ваша Аурелия почти одного возраста с главнойдостопримечательностью Парижа, – возмутилась я.

– Монтегю снималась в роли Симоны,восемнадцатилетней дочери графа Монтеин!

– Ну просто офигеть! – простонала я.

– Душенька, – залебезилАнатолий, – полноте гневаться. Во-первых, Монтегю выглядит супер, личикобез морщин. Во-вторых, имеются технологии… уж поверьте мне!

– Нет! Ищите нормальную актрису не старшесорока.

Голубев всплеснул руками.

– Сейчас у меня инфаркт начнется.

– Выпей воды, – равнодушнопредложила Нина, потом повернулась ко мне. – Хочешь сериал?

– Да.

– Придется смириться с Монтегю.

– Но почему?

– Ее правнук владеет банком, он дает насъемки деньги! Нет прабабки в проекте – прощайте бабки! Извините за каламбур!

– Ясненько, – убито протянула я.

– Единственное, что обещаю, в постельныхсценах Монтегю заменит дублерша, – хмыкнула ассистент.

– Да уж, пожалуйста, – выдавила я изсебя.

– Заметано, – кивнула Нина, –теперь о мужчинах. Денис Лапин.

– Он у нас кто? – оживился Голубев.

Помощник режиссера вытащила сигару, аккуратнообстригла кончик, понюхала «гавану», медленно раскурила ее и, выпускаяудушливо-едкий дым, ответила:

– Бандит Крутов, многократно сидевшийрецидивист, практически хозяин зоны, его боятся все, и милиционеры, икриминальные личности. Как раз для Лапина. Пусть входит?

– Да, да, – хором ответили все.

– Давай, – рубанула Нина в трубку.

В левом углу комнаты приоткрылась дверь, ичерез секунду перед нами предстало тщедушное существо, отдаленно похожее нафранцузского киноактера Пьера Ришара в молодости.