Ангел на метле - Дарья Донцова

Солодкина встала, открыла холодильник,вытащила оттуда бутылку, наполненную мутной жидкостью, и принялась пить прямоиз горлышка, изредка повторяя:

– Антонио должен меня убить! Я уже болтатьначала! Да!

Я ощутил острый прилив жалости. Алкоголики ипроститутки склонны объяснять свое асоциальное поведение тяжелым детством ибезотрадной юностью. Если послушать нимф панели, то каждая со слезами в ярконакрашенных глазах расскажет вам об ужасных родителях, о побоях, железныхигрушках, привинченных к стенам, голоде, холоде, изнасиловании. Ни одна непризнается честно: я не желаю учиться и работать за маленькую зарплату.Пьянство, торговля собственным телом, побирушничество – это образ жизни, длянего нужен особый склад характера, не каждый бедный человек согласится выйти напанель. Знавал я детей из обеспеченных семей, мальчиков и девочек, воспитанныхняньками, мамками, боннами, гувернантками, и кем они стали? Бомжамибесприютными, удрали из просторных квартир, да еще постарались свалитьответственность за свои поступки на домашних, швырнули им в лицо жестокийупрек: вы держали меня в золотой клетке, не уделяли внимания, откупалисьденьгами, а я страдал, поэтому и ухожу. Ох, неправда это! Вырасти такие фруктыу нищей матери, они тоже бросили бы ее, но выдвинули бы иную причину: мне необеспечили нормальное детство, я ходил в лохмотьях.

Если человек хочет превратиться в маргинала,его никто и ничто не остановит.

Допив поллитровку, Лика рыгнула и поковыляла вспальню, я взял мобильный и соединился с доктором Васюченко.

– Вечер добрый, – оптимистичнооткликнулся на вызов врач.

– Абсолютно с вами согласен. Конец днязамечательный. Это Иван Павлович Подушкин.

– Очень рад! Как дела?

– Великолепно, – завершил я светскуючасть беседы, – мне нужна ваша помощь.

– Николетта опять захандрила?

– Необходимо поместить в наркологическуюклинику одну даму.

– Кого? – заинтересовался Васюченко.

– Андрей Михайлович, она хочет сохранитьинкогнито.

– Не вопрос! Но решение проблемы стоит денег.

– О какой сумме пойдет речь?

– Палата люкс?

– Нет, самая обычная, но одиночная, желательнос хорошим замком, чтобы клиентка не навострила лыжи.

– Это я гарантирую, – засмеялсяВасюченко, – но вот цифру за услуги точно не назову.

– Давайте примерно, – скомандовал я.

Андрей Михайлович озвучил цену вопроса.

– Хорошо, – согласился я, – у меняесть гарантия, что к Лике не пустят посторонних?

– Посещения исключены.

– Ваш персонал не подрабатывает по вечерам?

– Что?!

– Ну неужели вы никогда не слышали о подобном?Врачи уходят, а медсестры за энную сумму проводят в лечебницу всех желающих.

– Иван Павлович!!! В моей клинике такоеневозможно, – отчеканил Васюченко, – странно, что вы заподозрили…

– Я просто спросил!

– У нас строжайшая дисциплина, полнейшеесоблюдение тайны.

– И передачу не возьмут?

– Никогда.

– Отлично, это подходит, – обрадовалсяя, – можно прямо сейчас отправить Лику к вам или уже поздно? Я готовзаплатить двойной тариф за ночной вызов бригады медиков.

– Мы работаем круглосуточно, – пояснилдоктор, – и «Скорая» для наших больных бесплатная. Говорите адрес.

Я назвал улицу, номер дома и квартиры.

– Сейчас прибудут, – пообещал АндрейМихайлович.

Я сунул трубку в карман и пошел в спальню,Лика крепко спала на дубовой кровати. Дыхание ее было хриплым, как у больной.

Наверное, Слава любил Солодкину и сохранилотношения с ней в тайне от Антонио. Только этим обстоятельством я могуобъяснить тот факт, что Лика осталась жива. Не прояви младший братбдительности, старший бы давно расправился с его любовницей. И, похоже, уСолодкиной на фоне алкоголизма начало развиваться психическое заболевание. Этоже надо до такого додуматься! Рассказать первому встречному чужие тайны в обменна обещание собственного убийства! Бедняжка, ей очень плохо.