Миллион черных роз - Наталья Александрова

— Интересует, — огрызнулся парень, — может, я хочу для подружки костюмчик подобрать!

— Вот с подружкой и приходите! — прошипела мымра, тесня его к выходу из отдела. Ухо понял, что его неказистая одежда и вязаная шапочка, удобные при обычных «технических» занятиях, сослужили ему здесь дурную службу — продавщица приняла его за магазинного вора. Выходя в галерею, он действительно расслышал, как у него за спиной долговязая мымра почти в полный голос говорит своей коллеге:

— Ходят и ходят, и все-то на лице написано, а чуть что пропадет — у нас с тобой из зарплаты вычтут… Еще за то платье не рассчитались, что в прошлом месяце украли…

Ухо занял удобную позицию за цветочным киоском, откуда отлично просматривался выход из отдела, и приготовился к ожиданию. Что-что, а ждать он умел.

Минут через двадцать Маркиз вышел с ним на связь и поинтересовался положением дел.

— Шмотки меряет, — уныло ответил Ухо, — а я караулю…

— Ты смотри, не упусти! Примерочная — самое то место, чтобы соскочить с крючка! — предупредил Маркиз, вспомнив, сколько раз Лола проделывала подобный трюк по его поручению.

Ухо вышел из своей засады и снова заглянул в отдел одежды. Продавщицы чесали языками, в салоне никого не было, и примерочная кабинка была абсолютно пуста.

— А где… — протянул он, в полной растерянности отвесив челюсть.

— Опять ты здесь? — угрожающе прошипела мымра, как гремучая змея, на хвост которой наехал экскаватор. — Вот я сейчас охранника вызову!

— Ах, мать твою! — вскрикнул Ухо, выскакивая в галерею. Он наконец понял, что мерзкая тетка его все-таки провела.

Леня воспринял новость с мрачным спокойствием. Он посидел пару минут за рулем, тупо глядя на приборную панель, затем поднял глаза и проговорил:

— Больше всего мне в этой истории не нравится канат.

Затем он набрал на мобильнике номер их с Лолой квартиры.

— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия, — произнес в трубке с дежурной любезностью голос автомата.

— Лолка, Лолка, ну включи же телефон! — простонал Маркиз, повторно набирая номер.

Но ответ был таким же.

— Боюсь, что я не совсем правильно рассчитал, — проговорил Маркиз, сорвав машину с места и помчавшись в сторону дома, — я думал, что эта женщина выведет нас на киллера, что она — его связная…

— А кто она на самом деле? — удивленно спросил Ухо.

Но Леня ничего ему не ответил.

Лола блаженствовала.

Она лежала в ванне, наполненной ароматной розовой пеной, время от времени отпивала маленький глоток мартини из высокого хрустального бокала и читала увлекательный детектив в мятой потрепанной обложке. Такое времяпрепровождение она любила больше всего на свете — пожалуй, если совсем честно, даже больше театра…

Замирая от сладкой жути, она уже подбиралась к самой кульминации детектива, когда за дверью ванной послышалось требовательное взволнованное повизгивание.

— Пу И, чудовище, ну не будь таким эгоистом! — простонала Лола, переворачивая страницу. Умный сыщик уже собирался сообщить ей, кто же убил богатую старушку, но Пу И не думал униматься и его визг стал просто невыносим.

Лола тяжело вздохнула, поднялась из пены, как новая Афродита, накинула махровый халат и вышла из ванной.

Пу И был перепуган не на шутку, шерсть у него на загривке стояла дыбом, а кончик хвоста мелко подрагивал.

— Пу И, детка, нельзя быть таким трусишкой! — ласково выговорила Лола своему любимцу. — Кто тебя напугал? Наверное, тебе просто что-то приснилось?

Песик с истошным лаем бросился в гостиную.

— Ну что такое, ну что случилось? — говорила Лола, неохотно следуя за ним. — Вот видишь, Аскольд совершенно спокоен, бери с него пример…

Это было некоторым преувеличением. Благородный черно-белый кот Аскольд действительно лежал на своем любимом месте — на кресле, которое Маркиз по недоразумению считал своим, но шерсть у него стояла дыбом, и он с явным испугом смотрел в сторону окна.

— Ну, чего вы испугались? Что там такое? — недовольно проговорила Лола и отдернула закрывавшую окно плотную штору, хотя Леня сто раз говорил, чтобы она этого не делала. — Видите же, что там ничего…

Закончить эту фразу она не смогла: из окна на нее смотрело лицо в черной шерстяной маске с круглыми провалами глаз.

Лола истошно завопила и мгновенно задернула штору, как будто тонкая ткань могла защитить ее от страшного человека в маске. Ее вопль был таким оглушительным, что даже ленивый Аскольд слетел с любимого кресла на пол.

Но каким бы громким ни был этот вопль ужаса — его тут же заглушил другой звук.

Негромкий звук разбитого оконного стекла.

Удерживая руль левой рукой, правой Маркиз снова набрал номер своего домашнего телефона.

«Аппарат вызываемого абонента выключен…» — начал вежливый равнодушный голос все ту же фразу.

Леня в сердцах отбросил мобильник и свернул на свою улицу.

Если на оживленных магистралях было еще светло, как днем, от яркого света реклам и подсвеченных витрин, то здесь, в стороне от людных улиц, было уже совсем темно. Только уютный домашний свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы из чужих окон. Сбрасывая скорость, Леня машинально нашел окна своей квартиры.

И едва сдержал крик.

На фоне тускло освещенного сквозь штору окна он увидел слегка покачивающийся силуэт. Темная человеческая фигура висела прямо против окна гостиной.

Штора на секунду раздвинулась, в узком просвете мелькнуло лицо Лолы, тут же исказившееся гримасой ужаса. Штора задернулась, и из-за окна раздался истошный вопль.

Все дальнейшее произошло так быстро, что Леня не успел перевести дыхание.

Человек, висящий перед окном, ударил в стекло чем-то тяжелым, так что оно разлетелось на мелкие куски. Он слегка оттолкнулся от стены, чтобы, качнувшись назад, как маятник, влететь в разбитое окно…

Но вместо этого рухнул вниз, в темное ущелье улицы, на покрытый подтаявшим снегом тротуар.

Леня остановил машину, выскочил из нее и в два шага подлетел к лежащему в нелепой, неестественной позе телу.

Черный спортивный комбинезон, натянутая на лицо черная вязаная шапочка с прорезями для глаз делали человека на снегу неузнаваемым, бесполым, похожим на привидение.

Маркиз сорвал трикотажную маску с этого привидения и увидел смертельно бледное лицо, струйку крови в углу рта, коротко стриженные волосы. Проницательные темные глаза начали покрываться последней смертной поволокой, но Лора Леонидовна нашла в себе силы усмехнуться и чуть слышно проговорить:

— Веревка… подвела… ничего делать не умеют!