В омут с головой - Михаил Март

Не переступая порога, адвокат выключил свет и задвинул стеллаж на место. Осталось осмотреть второй этаж.

В целом, ему здесь нравилось. Милое, уютное гнездышко, чистый воздух, тишина. Отличное место для уединения и отдыха. Он вспомнил своего соавтора Петра Шалыгина. Вот для кого здесь истинный рай. Мечта любого писателя-отшельника, тоскующего о покое.

На втором этаже располагалась спальня, ванная, туалет и маленький кабинет. Полный комфорт. Где-то должен быть на участке колодец и насос, качающий воду. Продумано все в деталях. Небольшая библиотека в кабинете — это всегда характеристика ее владельца. Журналов мод он здесь не нашел, но книг по геологии, об охоте и о животных хватало. Художественной литературы на полках было мало. «Библиотека приключений». Свифт, Даниель Дефо, Джек Лондон, Стивенсон… Набор для старших школьников.

Зимин на секунду замер. Тишина. Но что-то его встревожило. Тишина часто бывает обманчивой. Он привык верить не ушам, а своим инстинктам.

Зимин подошел к окну и осторожно выглянул из-за плотной шторы. То, что он увидел, не очень-то его удивило. Не один он умел пользоваться собственными мозгами.

На пеньке посреди лужайки сидел Боровский, держа ветку в одной руке и перочинный нож в другой. Неторопливыми движениями он вырезал узоры на мягкой древесине и сдувал тонкую кору. Похоже, из обычной ветки получится неплохая лесная флейта. Бывший генерал пришел в гости в штатском, без пиджака, чтобы издали каждый мог понять, что он безоружен.

Что ж, не имело смысла забиваться в угол. Рано или поздно, их встреча должна была состояться. Одно Кирилл не учел. Придя сюда, он привел Боровского к Кате и этим подверг ее риску. Вернувшись, она потеряет свободу передвижения и, как говорили при советской власти, станет «невыездной».

Зимин спустился вниз, открыл решетку, окно и выпрыгнул в сад с другой стороны дома. Обойдя его, вышел на лужайку и, неторопливо приблизившись к незваному гостю, присел на траву.

— Жаль, погодка испортилась, — протянул он, глядя на небо.

Гость продолжал ковырять ножом ветку, будто они уже давно сидели вместе, все обговорили и умирали со скуки, думая каждый о своем.

— Лето в этих местах короткое, Кирилл Юрьевич.

— А вам, Денис Спиридоныч, непонятна моя настырность? Я поясню, чтобы между нами не было недомолвок. Мы с вами делаем одно дело, но по-разному. Я тоже презираю преступников и считаю, если ты отнял у кого-то жизнь, то должен отдать свою взамен. Так оно справедливее будет. Но я протестую против произвола людей, обремененных властью, которые, прикрываясь погонами, сажают в тюрьмы невиновных, не разобравшись в сути вещей.

— Бартеньев убийца. Он сидел за убийство, бежал. А потом убил Никиту Лугового. А то, что я арестовал его жену, а не его, так я ждал подходящего случая три года. И перед тем как мы ее расстреляли, ей зачитали обвинение в соответствии с совершенным ею шесть лет назад преступлением, когда она убила троих оперативников во Владивостоке. Только потом я арестовал Бартеньева.

— Значит, у вас не работает система сроков давности?

— Сколько бы лет ни прошло, убийца не в состоянии смыть кровь со своих рук. Я ведь знаю биографию каждого, кто живет в Тихих Омутах. Басни, которые они мне рассказывают, меня не интересуют. Существует база данных и дактилоскопический архив, где можно идентифицировать отпечатки всех, кто находился под следствием. Я сотрудничаю с милицией Снежинска, что расположен на востоке. Вы проезжали этот город по дороге сюда. Шоссе ведь одно. А также мне помогает милиция Батайска, что на западе. Эти подразделения стоят у нас на довольствии. И не верьте басням, будто мы устраиваем за беглыми из Омутов погони. Куда бы они ни свернули, их встретят и обезвредят без нас.

— Спасибо за предупреждение.

— Я к тому, что ваш джип, спрятанный в лесу, не лучший способ передвижения.

— Уже понял. Хотите мне сказать о бесполезности моих замыслов. К счастью, вы о них ничего не знаете. Но давайте поговорим о Бар-теньеве. В общем и целом с вами можно согласиться, но необходимо внести коррективы. Поправка первая. В Хатанге пойман серийный убийца, и следствие установило, что то самое убийство пятнадцатилетней девочки, за которое осудили Бартеньева, совершил пойманный маньяк. С вашими связями и возможностями нетрудно проверить эту информацию. Следующее. Где доказательства, что Лугового убил Бартеньев?

— Свидетели видели его из окна той ночью.

— Это я знаю. Потому как сам лично разбил окно камнем, когда Бартеньев вышел из офиса комбината в ночь убийства. Тогда мне еще не было известно о следствии в Хатанге и о признаниях серийного убийцы. Я топил Бартеньева умышленно. Но после того как он уехал, я поднялся на второй этаж и понял, что произошло. Еще на улице я слышал крик из окон кабинета. Но был уверен, что конец наступил Бартеньеву. Я ждал выхода Лугового и был крайне удивлен, увидев Антона. Слишком неравные силы столкнулись лбами. Что мне вам объяснять, вы сами все понимаете. Луговой пришел к выводу, что его любовница Елена Бартеньева вошла в сговор со своим мужем Антоном, они решили его «кинуть» и оставить на растерзание Екатерине Ольшанской. Пьяный бред! Леля сама получила наличные и могла удрать без Антона, так как его презирала. Луговой решил вернуть деньги и покончить с шантажистом. Не забывайте, что Луговой по природе своей убийца, страдающий психическим заболеванием. Я же вам оставил его досье. Бартеньев защищался. Бог уберег его от гибели. Стопроцентная самозащита. А заодно он выполнил вашу работу, казнил убийцу, пусть даже случайно. Я встретил Антона на следующий день. Вы его тоже видели. И как такой опытный человек, как вы, генерал, не смогли заметить синяков на шее Антона. Парня душили, поражаюсь, каким чудом уцелели его шейные позвонки. Теперь я считаю себя виновным в том, что невинный человек попал за решетку второй раз за преступление, которое не совершал. Не потакайте мне в этом, генерал, и не совершайте тех же ошибок. У вас под носом гуляют настоящие преступники, заслуживающие особого внимания.

— Я выпущу Бартеньева. Но это его не спасет. Бартеньев автоматически стал врагом мэра, и только потому, что за него заступился губернатор. Я не хозяин этих мест. Город и люди в нем -вот и вся моя вотчина. У мэра целое войско охраны, лесники и охотники, огромное подразделение на реке, оружие, аэродром. У него сила и власть. Мой удел — общественный порядок, трибунал и тюрьма с кучкой надзирателей. Дальше мои полномочия не продвигаются. Каждый сверчок знай свой шесток. — Помолчав, Боровский спросил: — Как вам удалось перетянуть на свою сторону Ольшанскую? Эта женщина всем обязана Нагорному.

Зимин выплюнул изжеванную травинку, сорвал новую.

— Вы сказали, Денис Спиридоныч, что у тяжких преступлений нет срока давности. Могу с вами согласиться. Расскажите мне случай, когда вам приходилось искать убийцу много лет.

— Таких случаев в моей практике хватало. Одного головореза я искал семь лет. И нашел его в колонии строго режима, где он отсиживался за грабеж. Прикрылся легкой статьей и лег на дно. Лучший способ избежать «вышки». Пришлось доставать дело из архива и начинать все заново.