Ассасин - Евгений Сухов

Сглотнув ком горечи, Альберт немедленно написал на чистом листке бумаги все, что продиктовал ему Анисимов. Заявление о сотрудничестве и по сей день хранилось в сейфе в одной из папок. Оно даже не пожелтело. Когда агент был особенно несговорчив, Анисимов, не жалея его самолюбия, тряс у него перед глазами заявлением и всерьез обещал устроить «утечку информации».

Ценность Альберта как информатора была в том, что он, наплевав на научную карьеру, после окончания вуза прямиком отправился служить в ФСБ, где его определили в радиоэлектронный отдел. Анисимов теперь нередко пользовался базой службы безопасности для своих розыскных целей.

В «конторе» Альберт пошел в гору, его ценили как весьма толкового технаря. Со временем, обладая академическими знаниями, он стал курировать перспективные технические проекты. Однако Анисимов педантично требовал у него отчетов, складывая их в папку, на которой красным карандашом была написана лишь одна буква «А». Кто скрывался за этой буквой, было известно одному Анисимову.

Серьезность ситуации заключалась в том, что он контролировал офицера ФСБ, то есть играл на грани фола. Узнай руководство о его самодеятельности, немедленно выперло бы его за дверь безо всякого выходного пособия.

Альберт появился ровно через пятнадцать минут. Он вообще отличался завидной пунктуальностью. Суховато поздоровался, посмотрел на Анисимова даже с некоторым вызовом (это что-то новенькое, придется парня поставить в угол!).

— Что-то ты сегодня не в настроении, — заметил с улыбкой Анисимов.

— Интересно, в каком бы ты сам был настроении, если бы тебя вызвал начальник отдела, а ты вместо этого идешь на сомнительную встречу со своим куратором.

Из опыта Анисимов знал, что с агентами следует держать дистанцию. Но он не исключал варианта, что с некоторыми из них можно даже посидеть, выпить, но даже после дружеского похлопывания по плечу дистанция должна быть соблюдена. Среди информаторов было немало таких, кто стремился вскарабкаться на шею своего куратора и воспринимал его как дополнительный источник заработка, требуя деньги, значительно превышающие ценность предоставленной им информации.

В их число входил и Альберт.

На последнем курсе он вдруг объявил о том, что сошелся с наркокурьерами, и беззастенчиво требовал у Игоря деньги за дополнительную информацию. Анисимову потребовались долгих три месяца, чтобы понять, что в действительности это было самое настоящее мошенничество. Однако он ни разу не обмолвился, что раскусил своего информатора.

Кажется, пришло время, чтобы загнать шары в лузу.

Широко улыбнувшись, Анисимов дружески приобнял Альберта за плечи и заговорил:

— Дорогой ты мой Альберт, между нами существует большая разница. Ведь я в отличие от тебя никогда не был информатором, а следовательно, мне не нужно кого-то опасаться. — Альберт нервно сглотнул. — А потом, ты наверняка нашел причину для своего ухода. Ты же у нас такой опытный!

— Мне не до шуток, — нахмурился Альберт.

— А я и не шучу, — серьезно сказал Анисимов, отстранившись. — Просто вспоминаю, как ты меня надувал с этими наркодилерами. Ты, наверное, до сих пор думаешь, что я ни о чем не догадывался? — Альберт насупился. — А я ведь после второй нашей встречи все понял. И знаешь как? Ты мне говорил, что у тебя назначена встреча со Шприцем, а только Шприца тогда в городе не было. Мы его к тому времени уже целую неделю в обезьяннике держали.

— Чего же ты от меня хочешь?! — вскинулся Альберт.

Проходившая мимо пара с недоумением посмотрела на него.

— Тише, тише… Не надо привлекать к себе внимание. Ведь ты тоже где-то оперативник. А настоящий оперативник должен сливаться с толпой, быть незаметным, как воздух, и бесшумным, как тень. Давай пройдемся немного, а то на нас уже внимание обращают.

Развернувшись, Анисимов неторопливо пошел по тротуару. Альберт, недовольно сопя, пошел с ним рядом. Некоторое время они шли молча. Выдержав паузу, Игорь заговорил:

— Меня интересует женщина — Алла Евгеньевна Шухова. Адресок я тебе дам. Мне нужно знать о ней все. Где она работала и чем занималась в свободное время, круг ее знакомых, родственников, друзей…

— Фамилия знакомая. Это случайно не та, которую убили позавчера ночью?

— Она самая. Кстати, откуда ты об этом знаешь?

Альберт усмехнулся:

— Вижу, что ты напрягся. Расслабься, я ведь читаю сводки.

— Ну да, конечно… У меня сложилось впечатление, что за ней стояли какие-то очень серьезные силы.

Не выдержав его взгляда, Альберт отвернулся и сердито спросил:

— И как я, по-твоему, узнаю? Тем более если силы действительно очень серьезные. Это разведка, что ли?

— Меня это не касается!

— Если такие данные на нее и имеются, то они строго засекречены. Ты мне предлагаешь взломать базу данных, так, что ли?

— Ты у нас компьютерный гений, лучше тебя это никто не сделает.

— Ты представляешь, что меня ждет, если кто-то об этом узнает?

Отвернувшись, Анисимов смотрел на молодую пару, сидящую на скамейке: парню лет двадцать, девушке от силы восемнадцать. Юноша был долговяз, с чудной пегой растительностью, пробивающейся на остром подбородке. Но, несмотря на молодость, действовал он смело, поглаживая девушку чуток пониже талии. Причем откровенным ухаживаниям не мешала даже бутылка пива, к которой он без конца прикладывался.

Анисимов отвернулся — чего пялиться на чужое счастье!

— Никто не узнает. Ты-то не станешь объявлять об этом всему миру. К тому же у тебя достаточно мозгов, чтобы проникнуть в базу данных и не засветиться.

— Ты все время забываешь, с кем имеешь дело, — в словах Альберта послышалась откровенная угроза. — Я уже давно не тот школяр, которого ты зацепил на невинной шалости. Да и ведомство мое посильнее, чем твое. Интересно, как мое начальство отреагирует на твою убедительную просьбу?

— Послушай, ты, кажется, чего-то не понимаешь. Я не прошу тебя выведать государственные секреты. Мне только нужно узнать, что это за женщина! Это нужно лично мне. Но если ты не хочешь этим заниматься, то так и скажи. Знаешь, я даже не буду настаивать. — В голосе Анисимова прозвучал металл. — Мы просто разойдемся с тобой в разные стороны, вот и все!

— Черт с тобой! — безнадежно махнул Альберт рукой. — Только давай условимся, это будет в последний раз. — Натолкнувшись на немигающий взгляд Анисимова, он добавил: — Ну или хотя бы чтобы наши встречи происходили как-нибудь пореже.

— Хорошо, обещаю.