Зеркало вампиров - Чингиз Абдуллаев

Досье на Графа было изложено в традиционных для таких документовтонах. Оказалось, что аристократизм Графа всего лишь прикрытие его подлиннойфамилии. Аристарх Савельевич Графов. Родился в пятьдесят втором. Несколькосудимостей, в основном за вооруженные грабежи и соучастие в убийствах. В общейсложности отсидел больше четырнадцати лет. И к сорока годам был коронован.Обращала на себя внимание справка ФСБ. В группировке Графа находилось пооперативным и агентурным данным несколько бывших сотрудников милиции, военнойразведки и КГБ.

В справке обращалось внимание и на связи Графа с некоторымибывшими офицерами спецназа и военной разведки. В том числе и с ветеранамиАфганистана. Прочитав эту справку, Дронго нахмурился. Такой человек, как Граф,вполне мог оказаться поставщиком киллера, который и убрал Алексея Миронова.Сначала нужно было разобраться с Графом, а уже потом выходить на человека, чьюфамилию написал на салфетке Аркадий Глинштейн и фамилия которого привела вярость Романа Анатольевича.

В три часа дня у Дронго должна была состояться встреча сПавлом Капустиным, тем самым талантливым журналистом, с которым он давно хотелпознакомиться и который, по общему мнению, считался духовным наследникомАлексея Миронова. Правда, с той лишь разницей, что Капустин не остался работатьна канале, где работал Миронов, а перешел на СТВ.

На этот раз за ним заехала Лена, явно взявшаяся его опекать.Сама пережившая большое потрясение, она знала, как трудно бывает преодолетьстресс и выйти на прежний уровень работоспособности. Именно поэтому она такнастойчиво опекала Дронго, считая, что тот нуждается в некоторой помощи состороны. Он понимал ее и не стал возражать. С собой он захватил фотоаппарат.

К Павлу Капустину — фактическому руководителю СТВ — ониподнялись вместе. Капустин уже знал, что к нему придет для интервью некий журналистКузнецов, представляющий интересы популярного итальянского журнала в России.Ему также сообщили, что вместе с Кузнецовым будет еще одна журналистка, на чтоон благосклонно дал согласие.

После происшествия с Олегом Курочкиным Павел не спал всю ночь.Но уже на следующий день все пошло как обычно. И когда он увидел Курочкина, ониразговаривали так, словно между ними не было отмененной программы, пачкистодолларовых купюр и протянутой руки молодого журналиста, крепко сжимающейденьги.

Они приехали ровно к трем часам и почти сразу были принятыКапустиным в его новом кабинете, где раньше работал Косенко. У дверей кабинетаих встретил сам Капустин, молодой, стремительный, энергичный. Он был вэлегантном темном костюме. И сразу предложил гостям разместиться поудобней,завоевывая их расположение своим демократизмом. Принесли кофе и печенье дляжурналистов. Капустин, улыбаясь, спросил:

— Что именно вас интересует, господа?

— Вообще работа тележурналиста, — пояснил Дронго. — Процессподбора материалов, отбора информации, подачи ее. В общем — все, что вы можетерассказать. Нам хотелось бы сделать репортаж о самом молодом руководителетелеканала. И очень успешно развивающегося канала.

Похвала была приятна, но Капустин еще не настолькозаматерел, чтобы не заметить очевидной лести.

— У нас и на других каналах много молодых, — сказал он,улыбаясь, — а проблемы везде одинаковые. И на нашем телевидении, и наитальянском, и на американском. Разве что только проблемы оплаты трудажурналистов разные. Но это уже больше проблемы правительства, чем нашисобственные.

— Вы перешли с центрального канала? Что вас там неустраивало? Система оплаты, ваше положение или что-нибудь еще?