Судьба-волшебница - Татьяна Полякова

– Все понял, – кивнул Сергей, почувствовав облегчение. И вдруг спросил: – А девка твоя кто?

– Это сейчас самый насущный вопрос? – развел руками Левандовский, успев разложить предметы устрашения по карманам: пистолет в один, глушитель – в другой.

– А чо такого-то? – вновь забеспокоился блондин.

– Она – мой ассистент. Тебе повезло, что наедине вас не оставил. Мужиков люто ненавидит, детородные органы вырывает голыми руками…

– Да ладно… – неуверенно хмыкнул блондин.

– Хочешь попробовать?

Я сладенько улыбнулась, и мы покинули квартиру, дверь запирать не стали. А я тут же зашипела:

– Ну, ты и свинья.

– Не разумею, – покачал головой Левандовский. После чего добавил: – Сцене не хватало драматизма. Сама со мной напросилась, терпи.

– Надо было взять письменные показания.

– Он от всего откажется. Заявит, что оговорил себя под пистолетом. Хотя наш разговор я, конечно, записал. – Он продемонстрировал мне крошечный диктофон. – Не стал ему показывать, чтоб не смущать.

Мы выехали со двора, Левандовский набрал номер на мобильном и сказал:

– Привет, Иван Сергеевич. Проверил бы одну квартирку, шумно там очень. – Он продиктовал адрес блондина. – Буду благодарен, если обо мне ты упоминать не станешь. Спасибо… да, и еще… ты там пошарь как следует, уверен, найдешь много интересного. А когда будешь допрашивать клиента, поинтересуйся, что ему известно об убийстве в Никольском переулке… О каком конкретно? Он и о том, и о другом охотно расскажет, по крайней мере, десять минут назад пел соловьем.

Разговор Левандовский закончил и мне подмигнул.

– Не могу сказать, что твой стиль работы мне по душе, – сказала я сурово. А он дурашливо вздохнул:

– Да и мне не очень. Но что поделать?

Всю дорогу до моего дома мы неутомимо пререкались по этому поводу, а дома нас ждал сюрприз, то есть, если быть точной, ждал он нас в квартире Стаси, куда мы завернули, предварительно заскочив в супермаркет и обогатив себя двумя бутылками отменного коньяка.

– Ты спаиваешь старушку, – съязвила я.

– Еще вопрос, кто кого спаивает.

Стася распахнула дверь после первого звонка, выглядела, мягко говоря, недовольной. Пока я гадала, что ее могло разгневать, она ткнула пальцем куда-то в глубь квартиры и рявкнула:

– Полюбуйся. – И тут же, расцветя улыбкой, защебетала с Левандовским.

Теряясь в догадках, я прошла в кухню, по некоему движению в этой части жилища сообразив, что любоваться предположительно надо там. За столом с чашкой чая в одной руке и куском шарлоткив другой сидела Ирка и весело мне улыбалась:

– Привет, Зоська.

Я плюхнулась на ближайший стул, таращась на нее во все глаза.

– А обнимашечки? – скуксилась она.

Меня же переполняли противоречивые чувства. С одной стороны, при виде подруги я испытала огромное облегчение, потому что всерьез боялась: в живых ее уже нет. С другой, очень хотелось влепить ей хорошую затрещину за все мои мытарства и беспокойство за нее в том числе. Порыв я все-таки сдержала и сказала:

– Рада, что тебе еще шею не свернули.

В этот момент в кухне появилась Стася с Левандовским, думаю, старушка спешно ввела его в курс дела, выглядел он чрезвычайно серьезным, если не сказать суровым.

– Брось… – протянула подруга. А увидев Левандовского, слегка смешалась и тут же спросила: – А это кто?

– Знакомься. Мой адвокат, Марк Владиславович Левандовский.

– Зачем тебе адвокат? – удивилась Ирка.

– На спрос, а кто спросит, тому – сама знаешь… Может, и тебе адвокат понадобится.

– С какой стати?

– С такой, что тебе запросто припаяют организацию ограбления, это как минимум. А как максимум: безвременную кончину бывшего босса.

– Ты ему все разболтала, да? – потерла нос Ирка. Обиды в голосе не чувствовалось, впрочем, это было ее отличительной чертой еще в детстве: все воспринимать как данность и ни на кого не обижаться.

– Полиция не в курсе, но только потому, что благодаря тебе и я в дерьме по самые уши.

– Кто ж знал, что так получится. План-то гениальный. Будь под рукой кто-то вместо Горя, все бы склеилось в лучшем виде. Ну, а Горе, ты знаешь… Самой надо было идти, – добавила она со вздохом.

– Будьте так добры, просветите нас: в чем заключался ваш гениальный замысел? – спросил Левандовский, разглядывая Ирку с таким видом, точно обнаружил в своей тарелке таракана. Само собой, подружке это не понравилось, она нахмурилась, поежилась и уставилась на меня.

– Валяй, валяй, – сказала я. – Думаю, ты не просто так явилась. Хочешь, чтобы помогли, отвечай на вопросы и не вздумай врать.

– Вот именно, – влезла Стася.

– Чего уж теперь врать-то, – вновь вздохнула Ирка. – Я тебе и раньше не врала, просто недоговаривала.

– Вы решили обчистить сейф Кудрявцева? – поторопила я.

– Ага. Там всегда бабло было. А если повезет, то много бабла. Знаешь, какая у него кликуха была? Мытарь. Главный по поборам. Все в этом городе ему отстегивали, а он дружкам в администрацию нес, и в областную, и в городскую… У воров украсть не грех.

– И как ты, дубина стоеросовая, рассчитывала после этого здесь жить? Неужто думала, Кудрявцев не докопается?

– Мы с Горем планировали сразу отчалить на полгодика. Да и доказать надо, что без меня не обошлось. Я ж нарочно сама к нему не поехала, чтоб в стороне остаться. С тебя взятки гладки, у Горы есть причина смыться: набил морду менту. Вот и скрывается. Все было бы в лучшем виде, если б Витю не кокнули. Мы б опять подружились, я бы его пожалела, а он бы на моей груди нашел успокоение. А деньги – тьфу, придумал бы кого ободрать как липку.

– Кроме денег там было кое-что еще, – произнес Левандовский, продолжая разглядывать Ирку. Она повернулась так, чтобы смотреть исключительно на меня, оставаясь к Левандовскому в профиль, должно быть, его взгляд ее нервировал.

– Нас только бабки интересовали, – отмахнулась она. – Дальше рассказывать?

– Конечно.

– У меня были ключи от его дома. Горе немного посидел в засаде, а потом спокойно прошел в спальню, там, где сейф. Спрятался под кроватью. А что? Вполне надежное место. В доме был только Кудрявцев, да и тот на лужайку убрел. Горе в окно прекрасно видел, как ты подъехала, как с Витей встретилась. Под кровать уже не полез, спрятался за портьерой. Дождался, когда Кудрявцев сейф откроет, и стукнул его по башке.

– Чем? – спросил Левандовский.

– А я знаю?

– Уверен, вы и это продумали, не доверив своему другу детства выбор оружия.

– Кастетом, – вздохнула она. – Просто оглушил, и все. А потом Гору самого оглушили. Очнулся, рядом мертвый Витя, у самого башка в крови. Похоже, его тем же кастетом и отоварили. Он, когда деньги из сейфа выгребал, оружие на кровати оставил. Слава богу, успел смыться до приезда жены. Жесть. Витю жалко, а бабло и того жальче. Я дружку говорю: надо сматываться. Вот только куда, если этот гад и мои деньги упер. А Горе, как на грех, завелся: нужно гада искать. Найдешь его, как же. В общем, я к подруге в соседнюю область сдернула, а он здесь остался. Сначала я про Арни узнала, а теперь вот про Гору. В морге наш Егор лежит, мать его опознала. Пришлось возвращаться.