Взрослое лето - Владимир Голубев

Игорь заглянул в гараж, никого. Поднялся на стремянку и пошарил на верхней полке. Ага, так и есть, медная трубка пылилась в укромном месте.

– Отлично, то, что надо!

Он вставил трубку в тиски и сжал один её конец. Паяльной лампой расправил несколько грузил и залил свинец вовнутрь. Поработав ещё несколько минут надфилем, он завернул трубку с рулоном изоленты в пакет и спрятал его в траве, под розовым кустом.

– Ну, ты чего не идёшь? – крикнула мама. – Я и молока налила и обед разогрела.

– Спасибо, мамочка, бегу.

За столом сидел отец и хлебал окрошку.

– Привет.

– Привет.

После обеда, выпив квасу, Игорь выключил тарахтящий телевизор и убрал пульт под диванную подушку.

– Ты что, сынок? – подняв брови, недоумённо спросил отец.

– Я сегодня встречался с Милой.

– Какой Милой? – как ни в чём не бывало спросила мать.

– Мать, да хватит уже делать вид, что ты ничего не знаешь, в кои веки наш сын совершил мужской поступок, – сказал отец, – говори, не томи. Она простила тебя или нет?

– Не простила. Да я ещё попёрся к ней как последний баран в этой дебильной футболке, тоже мне фирма, пацаны подарили перед отпуском. И цветов не купил, в ресторан не пригласил. В общем, вёл себя как последний безмозглый идиот.

– Правильно сделала, молодец девка! – обрадовался отец. – Короче, сынок, мы теперь из своей пенсии с матерью можем выделить денег на цветы и на подарки для нашей внучки, которой мы не видим из-за тебя уже столько лет.

– Я напортачил, мне и налаживать. Поеду в город и попробую помириться с Милой и Алёнкой.

– Молодец.

– Дождались, мать, дождались. Доставай коньяк, что мне подарили на работе при выходе на пенсию. Слава Богу, сын одумался, а то я уж думал, ты всю жизнь проносишься оленем по своей тундре.

– Сынок, мы с папой очень рады. Оденься поприличнее, может тебе надо купить хороший костюм? Кстати, он всегда пригодится!

– Куплю. Завтра с утра поеду. А сейчас мне надо наведаться в торговый центр.

К вечеру Игорь приобрёл джипиэс-навигатор, пять упаковок спичек, бинокль, охотничий нож, рюкзак и спальник. И спокойно проспал до утра, ведь теперь он точно знал, что ему делать, спасибо следователю Михаилу Владимировичу.

Утром Женя не приехал.

– Сдрейфил, – сказала ёжику Алёна, конечно, имея в виду будущего журналиста, – значит, так тому и быть, завтра пойду туда одна.

Она начала собираться. В рюкзак сложила дедовский компас и бинокль, перочинный нож, топорик, фонарик, бутылку с водой, моток верёвки, бинт, запасные носки, печенье, упаковку петард, два коробка спичек аккуратно завернула в два полиэтиленовых пакета, а ещё газету для растопки костра. Прихватила с собой несколько пакетов из супермаркета, вдруг пошли грибы, и дождевик на случай ненастья. Утром ей останется взять только несколько бутербродов, пару яблок, и все готово. Так, и с вечера надо непременно зарядить телефон!

Мила вернулась вечером, усталая и нервная. Как ни крути, первый день на новом месте! Но в целом день, несомненно, удался – ей всё понравилось и всё устраивало. Сергей Геннадьевич пообещал приехать к концу недели, чтобы лично поздравить новую сотрудницу с выходом на работу.

К вечеру брызнул дождик, и огород решили не поливать. Коричнево-жёлтая листва с тополей летела во двор, напоминая о грядущей осени.

Алёнка не стала звонить Жене, понимая, что своим звонком поставит парня в неудобное положение, ему придётся врать или оправдываться, а ей этого не хотелось. Пусть всё образуется как-нибудь само собой, решила девочка. Она не смогла сразу заснуть и долго ворочалась, думая о завтрашнем дне. Ночь прошла тревожно, ей снилось, будто она чёрная птица, с замиранием сердца перелетающая с берёзы на берёзу, в немом ужасе хватаясь за ветки.

Утром Мила уехала на работу, Алёнка больше не стала ложиться. Позавтракав, приготовила бутерброды, взяла яблок, сушек и печенье и, уложив до конца рюкзак, собралась к Гнилому болоту. Маме на случай задержки или непредвиденных обстоятельств оставила записку: «Ушла за грибами в сторону Гнилого болота».

Закрыв дом и спрятав ключ под миску с едой не появлявшегося несколько дней Колючего колобка, Алена вышла на дорогу. Шагать было не тяжело, в примятой траве оставалась наезженная колея. Вскоре её обступили деревья, и она оказалась в утреннем полумраке. Солнце ещё только поднималось над верхушками деревьев, и поэтому здесь, около самой земли, было влажно от утренней росы, а из сумрачного леса тянуло прохладой. До места, где они с Женей останавливались позавчера, она дошла менее чем за час и при подходе свернула в лес. Пройдя подлеском к месту разрушения дороги, она присела немного передохнуть и подумать о дальнейших действиях. Сегодня не беспокоило ощущение, будто за ней подсматривают, и потому на сердце было спокойно. Она вытащила из рюкзака телефон – связь отсутствовала.

Вскоре со стороны дома послышался стрекот скутера. «Неужели Женя?» – подумала девочка и подобралась к дороге вплотную, вскоре среди зарослей иван-чая появился красный шлем. Он парил над травой, как факел отважного Данко. Остановившись перед промоиной, парень увидел Алёну.

– Привет, мелюзга, почему одна свалила на дело, не позвонила? И меня не дождалась?

– Привет, ты настоящий герой и выведешь бедное человечество из мрака. Мы будем распевать бравурные песни, нет оды и гимны о бесстрашном Евгении Великом!

– Спасибо за столь лестную оценку моих скромных действий. Но что же дальше?

– Прячем твой мопед и идём к Гнилому болоту.

– Согласен.

Они осторожно затолкали скутер в лес и спрятали под сосну.

– Идём, у меня есть компас, и я немного помню дорогу.

– Веди, Будённый, нас смелее в бой! Пусть гром гремит, пускай пожар кругом! Подпевай, Лена!

– Перестань, я терпеть не могу революционных песен.

– Почему? В них столько энтузиазма и оптимизма!

– Идём молча, захочешь отдохнуть или переговорить, кинешь в меня чем-нибудь. Я пойду первой. Вот начинается просека. Всё, умолкаем.

Они вышли на старую просеку, которая петляла каждые сто шагов. Пройдя минут двадцать, Алёнка остановилась и рукой указала на заросли орешника рядом с лесной дорогой.

– Пойдём переговорим.

Оказавшись в кустах, девочка зашептала:

– Какая-то машина иногда ездит по дороге, а ещё ты видел след от резинового сапога? Это точно Аникин.

– Как ты все рассмотрела?

– Пожалуйста, будь повнимательней. Мы одни в лесу, мало ли что у этого маньяка на уме и в рюкзаке. А связь здесь не работает.

– Подожди, я проверю, – Женя достал телефон, но сигнал сотовой связи отсутствовал, – ты права, ничего нет. Для чего нам здесь нужен телефон?