Комната смеха - Анна Данилова

Вадим стоял перед дверью квартиры Валентины в нерешительности. Он и на этот раз знал, как дальше будут развиваться события и что произойдет в следующую минуту. Но ему было что сказать ей и было что предложить. Поездка в Раздоры без Валентины не имела смысла. Он позвонил. Подождал и позвонил еще раз. Нарочно посмотрел в «глазок», чтобы Валентина видела, кто пришел.

– Это я, открой… пожалуйста…

Она распахнула дверь, схватила его за руку и втянула к себе.

– Тсс… – Она приложила палец к губам и тщательно закрылась на все запоры. – Только тихо, тихо…

– Я должен перед тобой извиниться…

– Брось, все это пустяки по сравнению с тем, что должно произойти…

– Ты не одна?

– Пока одна.

Он с облегчением вздохнул. Хотя бы на первые минуты встречи его прогнозы не оправдались, и вместо женской истерики, выяснения отношений и упреков происходит пусть что-то непонятное, но в то же время интригующее, обнадеживающее.

– Что случилось?

– Случилось то, Вадим, что и должно было случиться.

– Ты говоришь загадками…

Валентина взглянула на свои часики и покачала головой:

– Сейчас половина девятого, так?

– Да, наверное… Так что случилось? Ты себя нормально чувствуешь?

– Вадим… – В глазах ее появились слезы. – Я все вспомнила.

Он не поверил своим ушам. Чего-чего, а этого он ожидал меньше всего. Все те новости, которые он приберег для этой встречи, померкли перед этой, ошеломляющей.

– У тебя есть пистолет? – вдруг спросила она шепотом.

– Есть… Но зачем он тебе? Ты что, знаешь, кто убил Басю?

– Да, знаю. И этот человек придет через полчаса.

Услышанное вызвало у Вадима шок. Валентина умела удивлять, потрясать. Ему вдруг подумалось, что до этого дня они оба, да и вся прокуратура, словно топтались на месте, пытаясь увязать вместе все, казалось бы, разрозненные нити следствия, касающиеся «асфальтовых девушек» и убийства Эммы Майер, а вот сегодня, буквально в один вечер, все раскрылось. Он, Вадим Гарманов, теперь знал, кто и при каких обстоятельствах убил Эмму Майер, а Валентина назовет ему сейчас имя убийцы своей лучшей подруги и… своего насильника.

– По известным тебе причинам, – она вскинула голову и отвернулась от него, не желая, видимо, из-за всколыхнувшейся в ней гордыни встречаться с ним взглядом, – я не смела звонить тебе и просить о помощи…

– Я пришел попросить прощения, ты должна понять меня, я сорвался… Извини. – Ему не терпелось узнать имя убийцы. – Так кто он?

– Перед тем как назвать тебе его имя, я расскажу тебе, что же произошло в тот злосчастный день, когда погибла Бася. Итак. Я закончила работу в пять и прямиком направилась на Арбат, благо он находится в двух шагах от нашего офиса, чтобы купить чего-нибудь к чаю. Накануне по телефону я пригласила к себе Баську, и мы должны были встретиться с ней у станции метро «Арбатская». И вот, подхожу я к метро и вижу Баську, но не одну, а с тем человеком. Оказывается, они поджидали меня. Вдвоем. Я была удивлена тем, что они вместе, потому что до этого вечера они, насколько мне известно, не были знакомы. «Не удивляйся, – говорит мне Баська, – но твой приятель просто-напросто нечаянно подслушал наш разговор по телефону, точнее, он слышал, как ты назначала мне встречу у метро, и решил присоединиться к нам, я правильно говорю?» Казалось бы, ну что тут такого необычного? Встретились у метро две подружки и мой коллега по работе. Да, он навязался, это очевидно, но что тут такого, это не повод бить тревогу или кого-то в чем-то подозревать! Я сказала, что купила кое-что к чаю, и мы втроем нырнули в метро. Но по дороге, проехав за смехом и веселым, ничего не значащим разговором несколько остановок, он, этот человек, вдруг приглашает нас к себе на шампанское и признается в том, что у него сегодня, оказывается, день рождения. Баська хохочет, ей весело, а почему бы и нет? И тогда я тоже начинаю смеяться, мне нравится мое настроение, и это метро, забитое веселыми людьми… И вообще, в тот вечер все было хорошо, просто отлично!

– Это все было на самом деле или ты снова все это… видела, надев что-то?.. – Он явно не знал, как правильно построить вопрос, чтобы не обидеть ее своим недоверием.

– Все это я, повторяю, вспомнила. Вспомнила, как обычный человек, к которому вернулась память.