Девы - Алекс Михаэлидес

— И почему же вы так решили? — впервые подал голос Фоска.

Мариана посмотрела на него в упор.

— Потому что Тара была вашей любовницей. А потом что-то случилось. Возможно, она узнала об измене и припугнула, что расскажет о вашей связи. Чем это могло для вас обернуться? Вы потеряли бы работу и репутацию, вас перестали бы принимать в академических кругах. Конечно, вы не могли этого допустить, поэтому пригрозили Таре, что убьете ее, и исполнили свое обещание. К несчастью для вас, Тара успела обо всем рассказать Зои. А Зои сообщила мне.

Фоска потрясенно уставился на нее. Его черные глаза сверкнули, словно лед.

— Вот оно что… Значит, так вы думаете?

Мариана выдержала его взгляд.

— Да. Я так думаю. Как и остальные Девы, Вероника и Серена обеспечили вам алиби — до такой степени они были подвержены вашему влиянию. Однако потом… что? Им надоело вас покрывать и они пригрозили пойти в полицию? И вы решили позаботиться о том, чтобы они никому не проболтались?

Мариана замолчала. В наступившей тишине старший инспектор Сангха потянулся за флягой и налил себе чаю. Декан в изумлении таращился на Мариану, явно не веря своим ушам. Джулиан, напротив, избегал смотреть на нее и притворялся, что читает свои записи.

Первым заговорил Фоска. Он обратился к инспектору:

— Разумеется, я все это отрицаю и готов ответить на любые вопросы. Но сначала скажите, пожалуйста, инспектор: мне нужен адвокат?

Сангха успокоительно махнул рукой.

— До этого пока не дошло, профессор. Подождите секунду. Мариана, у вас есть какие-нибудь убедительные доказательства? Чтобы мы могли удостовериться, что ваши обвинения небезосновательны?

— Есть. Послания.

— Ах да, знаменитые послания… — Сангха оглядел разложенные на столе открытки и, взяв их в руки, перетасовал, словно карты. — Если я правильно вас понял, вы убеждены, что убийца каждый раз присылает будущей жертве открытку, извещая о своих намерениях?

— Да.

— Следовательно, раз вы тоже получили открытку, то и вам грозит серьезная опасность? Как вы считаете, почему убийца выбрал вас?

Мариана пожала плечами и, отвернувшись от Фоски, чтобы снова не вспылить, пояснила:

— Я представляю угрозу. Я подобралась к нему слишком близко. Разгадала его замысел.

— Перерисовать текст на древнегреческом мог кто угодно, — заметил Фоска. — Для этого не обязательно заканчивать Гарвард.

— Я в курсе, профессор. Но у вас в комнате я нашла собрание сочинений Еврипида, и именно эти строчки были подчеркнуты. Скажете, это совпадение?

Фоска рассмеялся.

— Если б вы сейчас зашли ко мне и взяли с полку любую книгу, то удостоверились бы, что я подчеркиваю практически все подряд. — Прежде чем Мариана успела возразить, он продолжил: — Неужели вы действительно верите, что я стал бы присылать будущим жертвам цитаты из произведений, которые сам же преподаю? По-вашему, я совершил бы такую глупость?

Мариана покачала головой.

— Это не глупость. Вы рассчитывали, что никто не догадается о смысле этих открыток и не придаст им никакого значения. У вас такой юмор: вы хотели посмеяться над девушками. Это вполне в вашем духе, потому-то я и не сомневаюсь, что убийца — именно вы.

— К счастью для профессора Фоски, — вмешался инспектор Сангха, — ровно в полночь, когда убили Серену, его видели в колледже.

— Кто видел?

Инспектор потянулся к фляге, чтобы подлить себе чаю, но заметил, что та опустела, и вздохнул.

— Моррис. Главный консьерж. Проходя мимо, он встретил профессора, который вышел покурить, и они несколько минут разговаривали.

— Моррис лжет!

— Мариана…

— Да вы послушайте…

Прежде, чем Сангха успел ее остановить, Мариана выпалила, что консьерж, вероятно, шантажирует Фоску. А также упомянула, что следила за Моррисом и видела его с Сереной на кладбище.

Резко подавшись вперед, инспектор впился в нее взглядом.

— На кладбище?! Расскажите-ка все по порядку.

И Мариана принялась излагать все с самого начала, в мельчайших подробностях. К ее огорчению, по ходу разговора инспектор Сангха все больше убеждался, что убийца — именно Моррис, а не Эдвард Фоска.

Джулиан был того же мнения.

— Это объясняет, почему преступник разгуливает по колледжу незамеченным, — заявил он. — На кого мы не обращаем внимания? На того, кто имеет полное право находиться на этой территории. На человека в форме — консьержа!

— Именно, — согласился Сангха и после недолгого раздумья велел своему помощнику привести Морриса на допрос.

Мариана открыла было рот, чтобы еще раз попытаться убедить его в виновности Фоски, хотя и понимала, что, скорее всего, ничего не выйдет. Но тут к ней обратился Джулиан:

— Послушай, Мариана. Я на твоей стороне, поэтому не обижайся на то, что я скажу, ладно?

— В чем дело?

— Если честно, я давно заметил, что ты ведешь себя неадекватно. Еще во время нашей первой встречи. Мне сразу показалось, что у тебя началась легкая паранойя.

У Марианы вырвался короткий смешок.

— Что?!

— Понимаю, это трудно принять, но тебя явно мучают навязчивые идеи. Ты нездорова, Мариана. Тебе нужно лечиться. И я буду рад помочь. Если ты позволишь…

— Да пошел ты, Джулиан!

Сангха резко стукнул флягой по столу.

— Довольно!

Все умолкли, и в наступившей тишине инспектор твердо заговорил:

— Мариана, вы переполнили чашу моего терпения. Вы предъявили профессору Фоске надуманные, голословные обвинения и, хуже того, нанесли ему побои. Он имеет полное право подать на вас в суд.

Мариана попыталась перебить его, но инспектор Сангха неумолимо продолжал:

— Нет уж, теперь послушайте меня. Я требую, чтобы завтра же утром духу вашего здесь не было, чтобы вы убрались как можно дальше отсюда: от колледжа, от профессора Фоски, от расследования и от меня. Иначе я буду вынужден арестовать вас за препятствование следствию. Вам ясно? Воспользуйтесь советом Джулиана. Обратитесь к врачу. Пройдите лечение.

Мариана чуть не взвыла от бессилия. Хватая ртом воздух, она с трудом подавила рвущийся наружу вопль. Спорить дальше не имело смысла. Кипя в глубине души от негодования, Мариана опустила голову.

Она проиграла.