Дом одиноких сердец - Елена Михалкова

– А как же? Здесь, – Окунева широким жестом повелавокруг себя, – завистники, бездари, ничего не добившиеся в жизни. Вот им ихочется… хотя бы прикоснуться к чужой судьбе, особенно если она неординарна,самобытна… Все это подслушивание, пересказы, мелкая месть… Противно инедостойно, а люди упиваются!

Даша сочувственно покивала.

– Виктория Ильинична, но ведь вы можете исправитьситуацию, – осторожно предложила она. – Не нужно никаких пересказов –расскажите все сами. Я обещаю, что запишу все так, как вы захотите.

Окунева с интересом взглянула на нее.

– А вам-то это зачем понадобилось? Что вы вообщеоколачиваетесь у нас? Место себе заранее присматриваете?

От последнего вопроса Дашу передернуло, но она постараласьулыбнуться.

– Понимаете, Виктория Ильинична, здесь есть оченьинтересные люди. Я хочу написать большую статью в журнал. Вот, собственно,поэтому…

– А-а, так вы протеже Боровицкого! – понялаОкунева. – Ну что ж, если вы обещаете не идти по стопам своего учителя, нестанете ничего додумывать от себя, то ваша статья может получиться. Подождитездесь, я принесу свою шаль. В моем возрасте нельзя безответственно относиться ксвоему здоровью.

Окунева легко поднялась со скамейки и пошла по дорожке, аДаша вытащила из сумки блокнот и задумалась. На сколько затянется беседа, былонеизвестно, а впереди ждало еще одно дело. И оно было куда важнее биографииВиктории Ильиничны.

Спустя два часа она неторопливо возвращалась по парку,переваривая услышанное. Пожалуй, кое-что начало проясняться. Даше в который развспомнились слова Раевой: «Это неправильный мир». Сейчас она начала понимать,что управляющая, пожалуй, права.

Даша шла медленно, в парке было тихо, и, когда справа закустами хрустнула ветка, она сразу услышала. «Не паниковать! Это просто упаласухая ветка», – приказала она самой себе, но сердце предательскипровалилось куда-то к желудку и никак не хотело возвращаться обратно на место.Даша обернулась и за стволами деревьев увидела силуэт.

На сей раз человек в кожаной куртке не стал повторятьпрошлых ошибок. Во-первых, он натянул на лицо старый капюшон с прорезями дляглаз. Во-вторых, он ждал бледную сучку не около выхода, а в самой глубинепарка. «Хрен ты теперь сбежишь, тварь!» – довольно подумал он, разглядываязамершую женщину. Кастет в кармане приятно холодил руку. Человек не сталотказывать себе в удовольствии полюбоваться испуганным лицом женщины. К тому жепростое нападение его не интересовало – нет, сучка должна была сначалаиспугаться! Авось лучше дойдет, что можно делать в жизни, а чего нельзя…

Даша отступила на шаг назад и оглянулась вокруг. Никого.Неудивительно – в эту часть парка не забирались даже собачники вроде нее самой.Она вспомнила о Проше, оставленном сегодня дома, и мысленно прикинуларасстояние, которое ей нужно пробежать. Но что-то удерживало ее на месте. Как ив прошлый раз, человек за деревьями не торопился выходить, но теперь у нее небыло никаких иллюзий насчет его намерений.

– Слушай, это ты мою дочь преследовал? –неожиданно крикнула она громко.

Человек стоял неподвижно. «Что, совсем обоссалась отстраха? – с удовольствием подумал он. – Ничего, еще минута – и будешьпередо мной на коленях ползать».

– Что молчишь, урод? – вызывающе спросилаДаша. – Думаешь, ты меня легко догонишь? Ну, попробуй.

Она побежала и тут же услышала шелест веток за спиной.Быстро обернувшись, она увидела преследователя и заметила, что сегодня онзакрыл лицо маской. Мелькнула ассоциация с бойкими ниндзя из старых фильмов, ав следующую секунду Даша осознала, что расстояние между ними неумолимосокращается. Тяжелые осенние ботинки на ногах не давали разогнаться, и онабоялась, что упадет, поскользнувшись на листьях. Она завернула по какой-тотропинке влево, потом вправо, пробежала под кленами, нависающими над головой, инырнула между кустов к старой, заброшенной детской площадке.

Сначала он удивился, а потом обрадовался. Эта дура даже несообразила бежать к выходу. Конечно, это ничего бы не изменило, но так всеупростилось до предела. Все-таки риск нарваться на какую-нибудь прогуливающуюсябрюхатую бабу или, еще хуже, на собачника был велик, и на такой случай у негоне было запасного плана – он решил действовать по ситуации. Но раз добыча самаисключила неудобный для него вариант – значит, удача наконец-то на его стороне.

Даша выскочила на площадку и попыталась срезать путь, носразу же поскользнулась на мокрой земле. Проехав ногами вперед и падаянавзничь, она успела заметить мужика, выскочившего на открытое место следом заней и что-то достающего из кармана на ходу. В следующий миг она попыталасьвскочить, схватилась за какую-то деревяшку, но оцарапала руку о торчавший изнее гвоздь и опять упала, ударившись затылком об землю. На секунду она закрылаглаза, и перед ее мысленным взглядом встал Ангел Иванович, укоризненно качающийголовой.

Все получилось даже проще, чем он думал, и это его слегкаразочаровало. Все-таки он настроился на изматывающую погоню, на упоение страхомбабы, понявшей, что ей никуда не деться… А она еще и грохнулась так нелепо,будто жизнь решила поднести ему сегодня все на блюдечке с голубой каемочкой. Оностановился и не спеша сделал пару шагов вперед, наблюдая, как дура морщится отболи. Дышать в капюшоне было неудобно, и он подумал, не стащить ли его такимкрасивым жестом, чтобы она надолго запомнила и жест, и его лицо, но решил, чтоне стоит. Сделал последний шаг, остановился над женщиной, лежащей на земле, ивыдал давно заготовленную фразу, которая наконец-то дождалась своего часа:

– Ну что, сука, есть справедливость на земле! К каждомуона приходит по-разному…

Он вынул руку с кастетом из кармана и хотел эффектнозакончить фразу, но ее завершили за него.

– Вот именно, – произнес сзади мрачныйголос. – У тебя это будет вот так.

Он обернулся, успел заметить только кулак, летящий прямо вглаза, и инстинктивно зажмурился. Почувствовал страшный удар и рухнул безсознания на землю.

– Саша, ну и рука у тебя! – осуждающе сказалаДаша, вглядываясь в лицо своего преследователя, начинающее наливатьсякрасноватым цветом. – А если бы ты ему сотрясение мозга устроил?

– А он и устроил, – пожал плечами Максим,заканчивая обматывать руки пленника веревкой. – Жалко, что все мозги козлуне выбил. Так, моя часть работы закончена. Ну и где наши славные менты?

– Где-где… – отозвался Саша, курящий встороне. – Они раньше чем через три часа не появятся. Я же говорю – нужноего самим в отделение вести!

– Что-то у меня нет желания тащить этого урода насебе, – Максим сплюнул и отошел в сторону.

– Он, кажется, в себя приходит, – встревоженносказала Даша. – Ребята, вы посмотрите…

Все трое склонились над парнем, лежащим на земле. Приближайшем рассмотрении оказалось, что он совсем молод, не старше двадцати лет.Кого-то он Даше смутно напомнил, но она никак не могла понять кого. Кастетнападавшего лежал в кармане у Саши, заботливо обернутый в пакет.