Иллюзия - Максим Шаттам

– Не важно: ты позвонишь Деприжану и прикинешься Алисой; по его реакции мы сразу узнаем, что ему известно. Если он не задумываясь поддержит разговор, значит верит, что она жива, и в таком случае не имеет к этой истории никакого отношения. Но если начнет заикаться и путаться, то…

Лили отпрянула и в полном шоке уставилась на него.

– Жива? – повторила она. – Подожди, ты думаешь, что Алиса могла умереть?

Юго поставил локти на стол и сцепил пальцы.

– Я рассматриваю все варианты. И давай посмотрим правде в глаза: если Деприжан солгал, если он не говорил с Алисой по телефону и этот тип на самом деле не таксист, а сообщник, то да, боюсь, единственное возможное объяснение звучит довольно зловеще.

Лили медленно выдыхала до тех пор, пока из ее легких не вышел весь воздух. А глаза, наоборот, бегали из стороны в сторону, словно пытаясь вырваться из орбит. Юго вдруг представил себе ее проткнутые гвоздями глазные яблоки и заморгал, стараясь избавиться от зловещего видения.

Лили подытожила:

– Ты считаешь, что Алиса убита, потому что не веришь, что человек, голос которого мы слышали на днях по телефону в кабинете Филиппа, на самом деле таксист? Это чертовски сложный логический ход.

– Клянусь, я…

– Нет-нет, я согласна. Так и сделаем. Просто чтобы избавиться от всех сомнений. И у меня есть идея, как это осуществить практически.

Лили отвела Юго в Башню, и они по служебной лестнице поднялись на чердак, переоборудованный под офисы. В это время года стулья были накрыты чехлами и все аккуратно убрано: не валялось ни единой бумажки или папки. Лили встала у окна и достала из кармана мобильный телефон, который подняла над головой, словно призывая громы и молнии.

– Обычно здесь есть что-то наподобие сети. Не очень хорошей, но, если повезет, поговорить удастся.

– А если тут ловит плохо, это даже лучше, ему будет труднее узнать твой голос.

Юго рассчитывал, что угадал, предположив, что у директора проблемы со слухом. Он не видел у него в ушах слухового аппарата, но надеялся, что это просто от лени или из кокетства, а не потому, что тот Деприжану не нужен.

– Включи громкую связь, чтобы я тоже слышал. Первые несколько секунд будут решающими.

– Подожди, нужно позвонить ему со скрытого номера. Только бы Адель не взяла трубку…

Когда соединение было установлено, у Юго учащенно забилось сердце.

– Алло? – раздался голос Деприжана.

В мастерском исполнении Лили ее голос звучал – нежнее не бывает:

– Месье Деприжан? Это Алиса.

– Алиса? Алиса Ланглуа? Вот уж не ожидал услышать вас так скоро. Надеюсь, никаких проблем с выплатой по истечении трудового соглашения?

Юго закрыл глаза. Директор не юлил. Отреагировал мгновенно. Ни удивления, ни колебаний. Совершенно обычный разговор. Правдоподобный. Юго покачал головой.

– Все в порядке, месье Деприжан, я просто хотела попросить… Я забыла вернуть Джине ее свитер, а поскольку мобильной связи с ней нет, не могли бы вы передать ей мое сообщение?

– Конечно передам.

– Он ее ждет после химчистки, я его уберу, и она сможет забрать его, как только захочет. Вы можете ей передать? С моими извинениями.

– Сделаю, будьте уверены. У вас все в порядке? Возвращение к обычной жизни проходит не слишком тяжело? Приступ депрессии позади? Как я уже говорил, это может потребовать какого-то времени. Жить среди нас – дело непростое!

И он рассмеялся.

Лили оборвала разговор и повесила трубку.

– Что скажешь?

– Нет, он не притворялся, – признал Юго.

– Мне тоже так показалось.

– Но это не значит, что тот тип с фермы ни при чем.

– Юго! Прекрати, ты просто зациклился. Мы позвонили, ты должен быть доволен!

– Я знаю, но если Деприжан не задействован напрямую, возможно, им манипулирует кто-то другой.

– Ты планируешь заманивать в ловушку всех сотрудников, одного за другим?

– Нет, просто проверить еще одного возможного подозреваемого.

Лили с досадой отвернулась.

39

Юго не мог похвастаться особым терпением. Но выбора у него не оставалось. Было бы неразумно сразу после звонка «Алисы» бросаться задавать вопросы о таксисте. Следовало переждать, чтобы все успокоилось, и распределить встречи так, чтобы не засветиться.

Его план Б на воскресенье оказался гораздо удачнее. Он расстался с Лили сразу после полудня, напомнив ей, что вечером они ужинают вместе, и, прежде чем взяться за подготовку их любовного гнездышка, провел несколько часов на кухне, готовя свои коронные блюда.

В восемь вечера, когда Лили вошла в савойский ресторан, который Юго украсил свечами, чтобы дополнительно осветить накрытый в центре стол, он был потрясен красотой своей партнерши и понял, что не зря потратил столько усилий.

Лили надела туфли на каблуках, длинное платье, изящное колье в несколько рядов, которое подчеркивало ее декольте, и нанесла макияж, оттеняющий ее живые глаза. Даже ее непокорные волосы с помощью каких-то незаметных ухищрений были искусно зачесаны на одну сторону.

На мгновение Юго остолбенел, чем вызвал у Лили улыбку.

– Я просто очарована! – воскликнула она.

– Могу сказать то же самое.

Он пригласил ее к столу, а затем вышел в коридор, чтобы опустить металлическую штору, которая закрыла стеклянную стену ресторана и полностью изолировала их.

– Я проверил, даже свечей снаружи не видно, – объявил он с восторгом. – Сегодня я предлагаю меню «Три вкуса».

Она подняла указательный палец, чтобы его прервать.

– Если ты окажешься одним из трех, я сочту это бестактным, – шаловливо предупредила она.

Юго вынул из приготовленного заранее и спрятанного за спинкой стула ведерка со льдом бутылку марочного «Мерсо» урожая 2016 года.

– Где ты это достал?

– У меня есть связи, – сказал он, наполняя бокалы.

В этом деле ему очень помог А. С.

Закуска в виде верринов[39] с тремя ароматами произвела сильное впечатление.

Лили не могла поверить, что он умеет готовить такое блюдо. Юго и бровью не повел, а в конце трапезы, не в силах больше проглотить ни кусочка, Лили взмолилась о пощаде и, впечатленная его кулинарными талантами, устроила ему овацию. Юго уже давно готовил только для себя и теперь страшно гордился. Гурман заново открывал свои ощущения и способности. Самым сложным было обойтись теми ингредиентами, которые имелись в продуктовом магазине.

Но еще больше он гордился тем, что за весь вечер ни разу не упомянул ни Страфа, ни Алису. Только легкая, приятная беседа.

– Когда я думаю об этой татуировке у тебя на спине, – начал он. – Если бы твои ученики, зимой, знали…

– Ну