Кодекс 632 - Жозе Родригеш Душ Сантуш

Лицо и поза Молиарти выражали крайнюю степень напряжения.

— Какого дьявола это означает?

— Не знаю, Нельсон. Постараюсь выяснить.

Американец опустил голову, признавая поражение.

— Что там еще с иберийскими авторами?

— С португальцами все, переходим к испанцам. В 1518 году отец Андрес Бернальдес опубликовал «Историю католических королей». Этот замечательный человек утверждает, что Колумб родился сразу в двух городах, Милане и Генуе.

— Как это в двух городах? Родиться можно либо здесь, либо там.

— Не всегда, если верить Бернальдесу. В гранадском издании 1556 года местом рождения Колумба назван Милан, а в мадридском 1570-го сказано, что он из Генуи.

— Вы же сказали, что книга опубликована в восемнадцатом?

— Так-то оно так. Но от первого издания не сохранилось ни одного экземпляра. Самые старые из дошедших до наших дней — гранадское и мадридское, в обоих эта история с двумя городами.

Американец поднял глаза к потолку, демонстрируя нетерпение.

— Наш следующий клиент тоже испанец. — Томаш достал новую стопку ксерокопий. — Его звали Гонсало Фернандес де Овьедо, и в 1535 году он начал издавать труд под названием «Природа и история Индий». Овьедо подробно описывает спор итальянцев о происхождении Колумба. Одни говорят, что адмирал родом из Савоны, другие — из Нерви, третьи — из Чугурео. Овьедо не знал Колумба, он ссылается на других авторов и постоянно добавляет: «как мне доводилось слышать». — Норонья убрал бумаги в портфель. — В общем, это очередной источник второго ряда.

Американец недовольно поморщился.

— What else?

— Остальные документы относятся к более поздним эпохам, из XVI века осталось три свидетельства, но они самые важные.

Томаш сделал многозначительную паузу, чтобы подразнить Молиарти.

— Кого вы имеете в виду?

— Испанского хрониста фрая Бартоломе де Лас Касаса, Эрнандо Колона и самого Колумба.

— Великолепно.

— Начнем с Бартоломе де Лас Касаса, они вместе с Эрнандо Колоном были единственными современниками адмирала, оставившими его подробную биографию. Лас Касас писал свою «Историю Индий» с 1525-го по 1559 год. Он познакомился с Колумбом еще в те времена, когда тот впервые прибыл в Испанию, и имел доступ к его архиву в севильском монастыре Богоматери-в-пещерах. Лас Касас считал адмирала генуэзцем.

— Вот! — воскликнул Молиарти, в порыве энтузиазма едва не смахнув со стола тарелку с остатками форели. — Наконец-то надежный источник.

— Не стану спорить, — ответил Томаш, придерживая свою тарелку. — Но и здесь все, к сожалению, не так просто. Во-первых, «Историю Индий» издали только в 1876 году, через триста лет после написания. Представляете, через сколько рук она прошла? Тошкану пытался отделить оригинал от позднейших наслоений. Во-вторых, под вопросом подлинность самого сочинения Лас Касаса. Историк Менендес Пидаль уличил хрониста во множестве неточностей и передергиваний, начиная с того, что он едва ли мог познакомиться с Колумбом вскоре после его приезда в Испанию.

— Не мог?

— Давайте посчитаем, — предложил Томаш, доставая карандаш. — Христофор Колумб прибыл в Испанию из Португалии в 1484 году. — Он написал на полях ксерокопии «1484». — Лас Касас родился в 1474-м. — Норонья подписал под первым числом «1474» и поставил между датами минус. — Получается, что хронист повстречал адмирала, когда того еще никто не знал, а ему самому было всего десять лет. — Томаш приписал на полях: 1484–1474=10 Вы можете представить, чтобы мальчишке десяти лет от роду запала в память встреча с ничем не примечательным и никому не известным человеком? Такое бывает?

Молиарти громко вздохнул.

— Вряд ли…

— Перейдем к следующему свидетелю, важнейшему, если не считать самого Колумба, — Томаш вытащил из портфеля испанскую книжку, приобретенную в Севилье. — Эрнандо Колон, младший сын мореплавателя от испанки Беатрис де Араны, автор «Истории адмирала». Этот автор, вне всякого сомнения, кладезь бесценной информации. Эрнандо Колон — родной сын адмирала, так что никому не придет в голову утверждать, будто они не были знакомы. Один этот факт заставляет отнестись к его словам с должным уважением. Между прочим, наш Эрнандито всегда утверждал, что засел за свой труд лишь для того, чтобы опровергнуть ложь о своем отце, звучавшую отовсюду. В числе прочих лжецов он называл Агостино Джустиниани, поведавшего миру о том, что адмирал родился в Генуе.

— Разве сам Эрнандо так не думал?

— В том-то и дело. Сын Колумба нигде прямо не говорит, что его отец был генуэзцем. Наоборот. Эрнандо бывал в Италии трижды, в 1516-м, 1529-м и 1530-м, в надежде узнать хоть что-нибудь о своей семье. Искал родственников, расспрашивал людей по фамилии Колумб, копался в метриках. Безрезультатно. Трижды посетив Геную, он не обнаружил никаких следов своих предков. В конце концов Эрнандо решил, что его отец был родом из города Пьяченца: на тамошнем кладбище нашлись надгробия Колумбов. Эрнандо утверждал, что адмирал происходил из благородной, но разорившейся и дошедшей до крайней степени бедности семьи и вовсе не был неотесанным подмастерьем, а получил неплохое образование, которого хватило, чтобы рисовать точные карты и командовать армадами судов. В «Истории адмирала» описан и приезд Колумба в Португалию. Эрнандо обнаружил в португальской хронике упоминание о «человеке, называющем себя Колумбом», и понял, что речь идет о его отце. Христофор поступил на судно своего родственника Молодого Колумба; во время морского сражения между Лиссабоном и мысом Сан-Висенте, неподалеку от Алгарве, он упал за борт и добрался до берега вплавь, держась за весло. Потом он отправился в Лиссабон, где, по словам Эрнандо, «было немало его соотечественников-генуэзцев».

— Вот оно! — торжествовал Молиарти. — Неопровержимое доказательство, слова родного сына!

— Я бы с вами согласился, — не замедлил Томаш охладить пыл американца, — если бы мы точно знали, что книга действительно написана Эрнандо Колоном.

— А кем же еще?

Историк призвал на помощь заметки Тошкану.

— Здесь у профессора снова возникли сомнения относительно подлинности текста. Слишком много странностей, — объяснил Томаш. — Начнем с рукописи. Эрнандо написал книгу, но не стал публиковать. Он умер, не оставив потомства, и рукопись досталась племяннику, Луису де Колону, старшему сыну его португальского брата Дьогу Колома. В 1569 году Луис де Колон познакомился с неким генуэзцем по имени Балиано Форнари, который предложил ему издать книгу на трех языках: испанском, португальском и латыни. Луис согласился передать рукопись генуэзцу. Тот вернулся в Италию, перевел книгу и в 1576 году подготовил первое издание, указав в предисловии, что делает это «во славу города Генуи, подарившего миру величайшего из мореплавателей». Публикации на других языках так и не состоялись, а рукопись вообще исчезла. — Томаш постучал кончиками пальцев по обложке «Истории адмирала». — Так что мы имеем дело не с оригиналом, а с обратным переводом на испанский с итальянского перевода, причем сделанного большим патриотом Генуи, стремившимся во что бы то ни стало возвеличить родной город. — Он отложил книгу. — В общем, сами понимаете, перед нами еще один источник второго ряда.