Черный список - Александра Маринина

И еще одно. Самое, может быть, главное. Люди изтаинственного «черного» списка. Пока я сижу здесь и строю из себя крупногоаналитика, они ходят по краю пропасти, и во что бы то ни стало нужно узнать ихимена, чтобы не допустить новых убийств. А для этого нужно понять, почему онипопали в этот страшный список. Катя Иванникова. Кто еще?

В моей мозаике не хватало какой-то важной детали.

* * *

Я не заметил, как задремал, сказалась прошлая бессоннаяночь. Разбудил меня осторожный стук в окно.

– Дмитрий Николаевич, – послышался голос моегокраснощекого соседа. – Вы дома?

Я лихорадочно вскочил с узкой пружинной койки и потрясголовой. Не зря говорят, что на закате спать нельзя, голова делается тяжелой идурной.

– Дома, заходите, – крикнул я, стараясь сделать свойголос как можно более бодрым.

Отец Сани и Сени занял собой все свободное пространство моейубогой конуры, такой он был большой.

– Вам просили передать, – сказал он, протягивая мнеобъемистый пакет.

– Кто? – подозрительно спросил я.

– Девушка какая-то, Ларисой зовут. Я пацанов в кино водил, аона к нам на улице подошла и попросила вам передать.

– Спасибо.

Я ждал, что сосед отдаст пакет и уйдет, но он почему-топродолжал стоять посреди моих жалких квадратных метров, переминаясь с ноги наногу, как смущенный бегемот. Меня жгло любопытство, но не открывать же пакетпри нем. Я уже догадался, что в пакете были буклеты, а девушка, назвавшаясяЛарисой, была не кем иным, как родной сестрой Сережи Лисицына, который нерискнул заходить сюда, и правильно сделал. Если Стасова караулят возле дома 8,то визит на Первомайскую улицу бывшего оперативника Лисицына не останетсянезамеченным. Лисицын мог приходить только к Стасову, больше ему здесь делатьнечего, это не его участок.

– Дмитрий Николаевич… – начал сосед, но я его перебил:

– Что за церемонии! Просто Дима.

– Виктор, – представился он в ответ, крепко пожимая мнеруку. – Так вот, Дима, мы с женой хотим пригласить вас вечером в ресторан.У нас, видите ли, сегодня годовщина свадьбы, десять лет… Хотим отметить…

С какой это стати, хотел бы я знать? Мы только сегодняпознакомились, и вдруг такая честь. Лишних денег много, что ли?

– Дима, не отказывайтесь, пожалуйста. Я понимаю, нашеприглашение выглядит немного странным, ведь мы почти незнакомы, но мальчики… Выих прямо очаровали. Они так и заявили: только вместе с дядей Димой. Знаете, онине очень-то послушные у нас, балованные, как все поздние дети, никакого сладу сними нет. А вас они слушаются. Без вас ужин в ресторане будет испорчен, ониначнут баловаться, разобьют что-нибудь… В общем, сами понимаете.

Я понимал. Такие сцены мне в жизни видеть приходилось, и неодин раз. Надо же, оказывается, Старшего и Младшего увлекли мои рассказы проворов и бандитов, которыми я потчевал их на протяжении всего арбузного похода.То-то они шли рядом со мной смирно и никуда не пытались убежать!

Ни в какой ресторан мне идти не хотелось, тем более что в десятьтридцать у меня было назначено рандеву с шеф-поваром. Но и портить отношения ссоседями не стоило. Ладно, будем извлекать из ситуации максимальную пользу.

– В какой ресторан мы идем? – весело спросил я, даваяпонять, что приглашение принято.

– Мы еще не решили. Какой подвернется, – радостнозаулыбался толстяк Виктор. – А вы можете что-нибудь посоветовать?

– Да я здесь был только в одном ресторане, в «Морскойзвезде», мне там очень понравилось, и кухня хорошая, и сервис. А про другие незнаю.

– Решено. Мы идем в «Морскую звезду», – торжественнообъявил сосед. – Через полчаса вас устроит?

Я покосился на увесистый пакет. Меня и через три часа неустроит, потому что на изучение фильмографий всех участников фестиваляпонадобится гораздо больше времени. Но отступать было поздно.

– А через час нельзя? – осторожно спросил я.

– Годится, через час.

Выпроводив Виктора, я запер дверь, занавесил окно, включилсвет и погрузился в очередную порцию набранных мелким шрифтом названий и дат. Уменя было такое чувство, что недостающая деталь все время мелькает у меня передглазами, но я по глупости своей ее не вижу. Я начал злиться, голова разболеласьеще сильнее, от бесчисленных выкуренных за день сигарет саднило горло, а ответана свой вопрос я так и не нашел. Хотя был уверен, что он, ответ этот, стоит уменя за спиной, дышит в затылок и ехидно, гаденько хихикает над моей слепотой.

Ровно через час, побритый и благоухающий туалетной водой, яшагал рядом с Виктором, его супругой и двумя мальчишками в сторону ресторана«Морская звезда». Старший и Младший крепко держались за мои руки и требовалирассказать про Мишку Япончика и Соньку Золотую Ручку.

В ресторане я сразу повел их в ту часть зала, которая дальшевсего находилась от зоны обслуживания однажды узнавшего меня официанта.Конечно, внешность у меня была другая, но не настолько, чтобы можно былообмануть такого ушлого парня с хорошей зрительной памятью. Лучше не рисковать.

Мы долго изучали меню, потом я взмахом руки подозвалофицианта.

– Будьте любезны, пригласите сюда шефа, – попросил я.

– А в чем дело? – сразу насторожился тот.

– У моих друзей юбилей, и я хочу сделать специальныйзаказ.

Через несколько минут в зале показался тучный одышливыйшеф-повар.

– Я вас слушаю, – обратился он ко мне, глядя мне влицо равнодушными глазами.

Он меня не узнал. Придется ему подсказывать.

По мере того, как я объяснял ему рецепт приготовления рыбыпо методу известного кулинара Николая Щипанова, взгляд его прояснялся. Из моейсумбурной, пересыпанной специальными кулинарными терминами речи он понял, чтовстреча, назначенная на половину одиннадцатого, отменяется и переносится прямосюда, в ресторан. Шеф оказался мужиком сообразительным, он тут же достал изнеобъятного кармана своего белого фартука блокнот и ручку и стал записыватьрецепт под мою диктовку.

– Проверьте, правильно ли я записал, – сказал он,протягивая мне блокнот.

На листке мелким убористым почерком было написано:

«Оч. круп. маф. из соседн. гор. Кл. Ямщик. Игорн. б-с +нарк. Угр. уб.»

– Все верно, – снисходительно кивнул я головой,возвращая ему блокнот. – Только не забудьте в молоко вбить два яйца, чтобыцвет был золотистый, а не мучнисто-белый.

Шеф-повар удалился в свои владения, а я снова принялсяразвлекать Старшего и Младшего полуфантастическими криминальными сказаниями.Впрочем, делал я это машинально, сам себя плохо слышал, потому что лихорадочнообдумывал то, что мне сейчас сообщил шеф. Меня разыскивает какой-то оченькрупный мафиози из соседнего города по кличке Ямщик, причем разыскивает ссамыми неблаговидными намерениями. «Угр. уб.» Ничего себе! Этому-то я гдедорогу перешел? И что общего может быть у человека, который держит в своихруках игорный бизнес и наркотики, с почтенным пенсионером Сокольником?