Крылья - Майкл Крайтон

— Я никогда этого не делаю, — ответил Роджерс. — Я никогда не закатываю рукава.

— Это придало бы вам уверенный, чуть небрежный вид. Закатанные рукава словно намекают на готовность к схватке. Журналист, готовый ринуться в бой. Понимаете мою мысль?

— Я никогда не закатываю рукава. Дженнифер нахмурилась:

— Никогда?

— Никогда.

— Я хочу создать вам определенный имидж. С закатанными рукавами вы будете выглядеть более сильным, уверенным, напористым.

— Мне очень жаль.

Дженнифер терялась в догадках. Подавляющее большинство людей, оказавшись перед объективом камер «Ньюслайн», готовы сделать все, что угодно. Если бы их попросили дать интервью в нижнем белье, они подчинились бы не раздумывая. Кстати сказать, такие случаи бывали. Кого он из себя корчит, этот убогий газетчик? Сколько он получает? От силы тридцать тысяч в год — месячные подотчетные суммы Дженнифер исчислялись куда большими цифрами.

— Видите ли, я не могу показывать свои руки, — объяснил Роджерс. — У меня э-ээ… псориаз.

— Это не беда. Гример!

* * *

Роджерс отвечал на вопросы, перебросив куртку через плечо, сняв галстук и закатав рукава. Он говорил путаными фразами по тридцать-сорок секунд за раз. Стоило Дженнифер повторить вопрос в надежде на короткий ответ, Роджерс начинал обливаться потом и отвечал еще пространнее.

Время от времени приходилось прерывать работу, чтобы вытереть испарину с его лица. Дженнифер не уставала повторять, что все идет замечательно, что он отлично справляется со своей задачей.

Так оно и было, хотя Роджерс даже не догадывался о роли, которая ему была уготована. По-видимому, он не понимал, что запись будет смонтирована из кусков, средняя продолжительность которых составит менее трех секунд, что из его выступления в эфир пойдут лишь отдельные фразы, да и то, возможно, не полностью. Роджерс очень старался, хотел оказаться полезным, но он заваливал Дженнифер множеством подробностей, которым она не могла найти применения, то и дело пускался в отвлеченные рассуждения, которые нимало ее не интересовали.

В конце концов Дженнифер начала опасаться, что не сумеет извлечь какой-либо пользы из этого интервью и лишь понапрасну потратит с Роджерсом время. Поэтому она решила пустить в ход прием, к которому неизменно прибегала в подобных случаях.

— Все просто замечательно, — сказала она. — Мы приближаемся к завершению эпизода, и нам нужно снять несколько ударных моментов. — Она сжала пальцы в кулак. — Я задам вам несколько вопросов, и вы ответите на каждый одной энергичной фразой.

— Хорошо, — отозвался Роджерс.

— Мистер Роджерс, могут ли происшествия с N-22 помешать «Нортону» заключить сделку с Китаем?

— Если учесть, сколько инцидентов произошло за столь короткий промежуток…

— Прошу прощения, — перебила Дженнифер. — Мне нужен простой ответ. Итак, могут ли происшествия с N-22 помешать «Нортону» заключить сделку с Китаем?

— Несомненно.

— Еще раз прошу прощения, — повторила Дженнифер. — Я жду от вас ответа вроде: «Происшествия с N-22 могут стоить „Нортону“ китайской сделки».

— Ага. Ясно. — Роджерс сглотнул.

— Итак?…

— Да, я вынужден констатировать, что происшествия с этим самолетом могут сорвать сделку с Китаем.

«О господи», — подумала Дженнифер.

— Джек, я хочу, чтобы в своем ответе вы упомянули о «Нортоне». Иначе зрители не поймут, о чем идет речь.

— Ага.

— Продолжайте.

— На мой взгляд, происшествия с N-22 могут помешать «Нортону» заключить сделку с Китаем.

Дженнифер вздохнула. Ответ прозвучал сухо, в нем не ощущалось ярких эмоций. Таким тоном Роджерс мог говорить о состоянии своего телефонного счета. Однако времени уже не оставалось.

— Великолепно, — сказала Дженнифер. — Очень хорошо. Теперь следующий вопрос. Вы согласны с тем, что для «Нортона» наступили трудные времена?

— Еще бы.

— Джек… — Дженнифер вздохнула.

— Ага. Извините. — Он набрал полную грудь воздуха и заговорил:

— На мой взгляд…

— Минутку, — попросила Дженнифер. — Выдвиньте вперед ногу и переместите на нее вес своего тела. Подайтесь к камере.

— Так? — спросил Роджерс, чуть наклоняясь и поворачиваясь.

— Да, теперь то, что нужно. Продолжайте.

Перебросив куртку через плечо, сняв галстук и закатав рукава рубашки, Джек Роджерс стоял у сетчатого забора на фоне ангаров «Нортон Эйркрафт».

— На мой взгляд, нет никаких сомнений в том, что для компании «Нортон» наступили очень тяжелые времена, — изрек он.

Он сделал паузу и посмотрел на Дженнифер.

Дженнифер улыбнулась.

— Огромное вам спасибо, — сказала она. — Вы были великолепны.

Администрация компании «Нортон» 11:55 утра

Кейси вошла в кабинет Мардера за несколько минут до полудня. Мардер поправлял галстук и манжеты.

— Пожалуй, лучше всего устроиться здесь, — предложил он, указывая на кофейный столик и кресла в углу кабинета. — Ты все приготовила?

— Кажется, да, — ответила Кейси.

— Я сам начну разговор, — сказал Мардер, — и если потребуется, обращусь к тебе за поддержкой.

— Хорошо.

Мардер продолжал расхаживать по кабинету:

— Охрана сообщила, что за южным ограждением работает съемочная группа. Они берут интервью у Роджерса.

— Ага, — отозвалась Кейси.

— Безмозглый тупица. Могу себе представить, что он им наговорит.

— Вы беседовали когда-нибудь с Роджерсом? — спросила Кейси.

Зажужжал интерком.

— Господин Мардер, пришла мисс Мэлоун, — сказала Эйлин.

— Впустите ее, — велел Мардер и торопливо зашагал к двери, готовясь встретить журналистку.

При виде женщины, вошедшей в кабинет, Кейси едва сумела скрыть изумление. Перед ней стояла девчонка чуть старше Ричмана. Ей от силы двадцать восемь — двадцать девять лет, решила Кейси. Мэлоун была блондинка с миловидным лицом, на котором застыло суровое подозрительное выражение, характерное для обитателя Нью-Йорка. Она стриглась накоротко, словно пытаясь скрыть свою женственность, и одевалась крайне небрежно. На ней были джинсы, белая футболка и голубой блейзер с вычурным воротником. Этакий голливудский типаж.

От одного взгляда на нее Кейси охватывало чувство неловкости. Но Мардер уже повернулся к ней и говорил:

— Мисс Мэлоун, познакомьтесь с Кейси Синглтон, она представляет отдел гарантии качества в группе расследования происшествий.