Стеклянный лес - Синтия Суонсон

Пол последовал за мной в дом и набрал номер брата. Когда на другом конце провода послышались гудки, он взглянул на меня.

– Энджел… если не возражаешь, я хотел бы остаться один.

Я почувствовала, как губы поджались помимо моей воли. Он собирался сказать Руби нечто такое, чего не мог произнести при жене?

Пол не заметил моего недовольства. Сгорбившись над столом и крепко сжимая в руке трубку, он шептал слова успокоения.

Я вышла из комнаты и притаилась в тени, стараясь расслышать, что именно говорит Пол племяннице, но до моего слуха доносилось лишь тихое «да, дорогая» и «не волнуйся, Руби».

Когда он повесил трубку, я вернулась в комнату.

– Что она сказала?

– То же самое, что и тебе. – Пол потянулся за лежавшей на полке возле стола телефонной книгой. – Мне нужно как можно скорее вылететь в Нью-Йорк.

– Да. Всем нам.

– Всем? – Пол развернулся ко мне. – Что ты хочешь сказать?

– Мы полетим вместе: ты, я и Пи Джей, разумеется.

Я не могла поверить, что муж собирался отправиться в Нью-Йорк один. Ведь мы же семья! А семья должна сплачиваться, когда наступают трудные времена.

– Я не знаю, что нас там ждет. – Пол вздохнул. – Я не знаю, чего ждут от меня и как чувствует себя Руби. Ее голос мне показался… Словно, это была и не она вовсе.

Я не нашлась, что сказать. С Руби мы встречались всего один раз – на моей свадьбе, и я совсем ее не знала.

Тогда она показалась мне нескладной девчонкой с плоской грудью и длинными ногами, которые неловко выглядывали из-под подола платья из голубой тафты. Для школьницы платье было слишком длинным, а для женщины – слишком коротким. На ногах Руби красовались голубые туфли на низком каблуке, и мне подумалось, что они совсем новые и она надела их впервые. При виде Пола лицо Руби осветилось, и, несмотря на каблуки, она бросилась ему навстречу. Муж тоже обрадовался и заключил девочку в медвежьи объятия.

Я вспомнила, как ощутила укол ревности и как пожурила себя за это. «Господи, Энджи, – сказала я себе, – это всего лишь племянница твоего мужа. Конечно же они обожают друг друга». Я убеждала себя в том, что совсем скоро Пол станет так же близок и с моей семьей.

– Тебе не стоит ехать в Нью-Йорк одному. – С нежностью глядя на мужа, я коснулась его руки и ощутила под тканью куртки тугие мускулы. – Мы должны держаться вместе.

– Энджи, я действительно считаю, что это не слишком хорошая идея, – покачал он головой. – Мне надо будет утешать Руби, заниматься похоронами… Я не смогу все сделать как надо, если мне придется постоянно думать о тебе и сыне.

– Конечно, сможешь, – возразила я. – Мы с Пи Джеем не будем путаться у тебя под ногами. Пол, я хочу помочь. – Мои пальцы задержались на руке мужа. – Ты и я… должны быть вместе в горе и в радости, верно? Я всегда подставлю плечо, в которое ты сможешь выплакаться.

– Мне придется очень низко наклониться, чтобы уткнуться в твое маленькое плечо, Энджел, – нежно улыбнулся Пол и устремил взгляд на раскинувшийся за окном залив.

– Если ты не возьмешь меня с собой, – обвила я шею мужа руками, заставляя посмотреть мне в глаза, – я куплю билет и отправлюсь следом.

На лице Пола мелькнула тень раздражения.

– Вот уж не сомневаюсь, что ты это сделаешь.

Я прильнула к нему всем телом и прошептала:

– Поверьте мне, мистер Гласс, вы не пожалеете.