Длинные тени - Дэвид Балдаччи

– Агент местной резидентуры уже на месте, – сообщила она.

– Знаю.

– Тела тоже еще там. Очевидно, придержали для нас.

– Пытаешься поглумиться? – Декер бросил на нее взгляд.

– Нет, пытаюсь быть информативной.

– Не надо.

– Алекс говорила, что вы желчный.

– Ты еще не видела меня даже малость раздраженным, не то что по ту сторону Рубикона.

– Спасибо за информацию. Предпочитаю ориентироваться в своем положении.

– «Будучи цветной, да сверх того еще и женщиной, нахожу это необходимым для будущего благосостояния – и своего, и своей семьи», – процитировал он по памяти.

– Еще Алекс говорила, что порой ваша память достает до печенок, но она с этим пообвыкла.

Поглядев из окна в ослепительные небеса, Декер проронил:

– Никогда не любил Флориду. Когда гонял мяч за Огайский универ, мы наведывались играть с Флоридским универом, универом штата Флорида и Майамским. Я ненавидел все их до последней секунды, и не только потому что их игроки были куда быстрее и атлетичнее, чем мы.

– Почему? Слишком жарко или слишком много стариков? Или и то, и другое?

– Нет, потому что я просто тормоз со Среднего Запада.

– В смысле?

– Ненавижу песок.

Глава 6

Они доехали до охраняемого коттеджного поселка в городке Оушн-Вью, расположенном примерно в получасе севернее Нейплса. И всю дорогу их сопровождал грохот прибоя расположенного рядом залива.

– Местечко прямо как с открытки, – заметила Уайт, останавливая машину у сторожевой будки.

– Не там, куда мы едем, – ответил Декер.

Выйдя из лачуги, охранник лет сорока с небольшим зашагал к ним развинченной походкой, которая скорее пристала «морскому котику», чем стражу ворот элитного поселка.

– Могу я вам помочь? – спросил он, когда Уайт опустила стекло.

Она сверкнула документами ФБР.

– Уайт и Декер. По поводу убийства судьи Джулии Камминс.

– Точно, точно, – проворчал тот, окидывая взглядом Декера. Уайт по-прежнему щеголяла в своем черном костюме и белой блузке, но Амос снова влез в брюки-хаки и выцветшую синюю фуфайку.

– Вы, должно быть, с севера, – прокомментировал охранник. – Тут погоды для свитеров почти не случается.

– Вы предоставили список гостей и жителей, входивших сюда в последние двадцать четыре часа? – осведомился Декер.

– Кому бы это?

– Копам, – объяснила Уайт.

– Они не просили.

– Ладно, теперь мы его просим, – сказал Декер.

– Мне надо согласовать с начальством.

– Тогда вперед, звоните, пока мы ждем, потому что это информация нужна нам сейчас же.

– А разве вам не нужен ордер для подобного?

– Это вы убили судью и телохранителя? – рубанула Уайт.

– Что?! Эй, да ни в жисть! – Тот попятился.

– Тогда нам ордер не нужен. Люди, входящие в эти ворота, на конфиденциальность не рассчитывают. А это расследование убийства. Так что нам нужно знать, кто и когда входил сюда последние двадцать четыре часа как минимум.

– Так что звоните своему начальству, – прибавил Декер. – И принесите сведения к дому судьи. Мы будем ждать.

– Гм… ладно.

– И откройте ворота, – велела Уайт.

– Ах да… – Тот поспешно исполнил требуемое, и они въехали.

– Если здесь такой уровень безопасности, то я удивляюсь, что убитых всего двое, – заметила Уайт.

– Ну, может, их и больше, а мы просто об этом еще не знаем, – отозвался Декер.

Большой дом Камминс в средиземноморском стиле с белой штукатуркой и красной черепичной крышей приютился в тенистом тихом тупике среди высокой ухоженной растительности. Безмятежность картины портили запрудившие участок полицейские машины и автомобили без цветовой разметки, и желтая лента, обозначающая место преступления в переднем дворе, трепеща на свежем ветру.

– Возможно, транспорт покойного охранника, – кивнул Декер на синий седан, припаркованный на подъездной дороге.

– Откуда вы знаете?

– Все остальные автотранспортные средства здесь либо патрульные машины, либо имеют флоридские государственные или федеральные номера.

– Может, это авто судьи Камминс?

– Женщина, которой принадлежит дом, по виду тянущий на два-три миллиона долларов, не станет водить побитую десятилетнюю «Мазду». К тому же она загнала бы ее в один из трех гаражных боксов, а не бросила бы на дороге. И посмотри на наклейку на бампере.

– «Федералы следят за тобой», – зачитала Уайт. – Обычно на тачке федерального судьи такого не увидишь.

Припарковавшись у бордюра, они прошли проверку у парадной двери, надели бахилы и виниловые перчатки, услужливо предоставленные одним из сотрудников команды криминалистов, и вошли в дом.

Декера тотчас накрыла обжигающе мощная волна цвета электрик. Синестезия заработала на полную катушку. Говоря по правде, всю его жизнь олицетворяли сверхактивная память и сенсорные магистрали, переплетающиеся как транспортная развязка «цветок клевера».

Он оперся ладонью о стену, чтобы удержаться на ногах, потому что когда накрывает электрик, прости-прощай равновесие.

«Глубоко дышим, вдох – выдох».

Поглядев на него, Уайт не обмолвилась ни словом, отчего Декер тотчас же проникся подозрениями. С этим придется разобраться попозже. Новая напарница действовала ему на нервы уже одним своим молчанием.

В холл вышел невысокий коренастый мужчина лет под пятьдесят, в отглаженных слаксах и темно-синем пиджаке, безупречном галстуке и рубашке, с волосами, будто поглаженными утюгом, с резкими чертами лица и еще более резким его выражением. Выступал, будто какой-нибудь председатель совета директоров, входящий в конференц-зал для совещания. Напыщенный сановный дундук, как раз таких Декер на дух не переносил.

– Специальный агент ФБР Дуг Эндрюс из резидентуры Форт-Майерса, – козырнул он документами.

«Ну конечно, кто ж еще», – подумал Декер.

– А вы? – вопросил Эндрюс.

Уайт представила свои документы. Декер же просто направился к двери.

– А это Амос Декер, – сообщила Уайт. – Мы только что прилетели из округа Колумбия.

Эндрюс мигом скис.

– Мне не сказали, что пришлют агентов со стороны. Только велели не трогать тела. Причин не объяснили.

– Ну, мы и есть причина, – обронила Уайт.

Поглядев на повседневную одежду Декера, Эндрюс изрек:

– Я не видел ваших документов, как там вас, Декер?

Амос оглядел просторный холл, изящно обставленный дорогими предметами мебели, расположенными строго на своих местах. Малярные и обойные работы на заказ. В одном углу мерно тикают старинные напольные часы с маятником. Ковры толстые, красочные и несомненно дорогие. Запахом смерти веет из каждого угла. И отнюдь не в переносном смысле. Мертвые тела разлагаются в непосредственной близости, и этот дурной запах ни с чем не спутаешь.

Декер увидел на стене, ведущей к лестнице, отпечаток окровавленной ладони. На лестничной ковровой дорожке тоже следы крови. Рядом с ними номерные конусы, отмечающие, что криминалисты заняты своим делом. Повсюду видны меловые следы дактилоскопического порошка. Слышались щелчки затворов и бормотание голосов. Все идет как положено. Теперь придется разбираться с этим говнюком, чего Декеру