Свиток Мертвого моря - Элизабет Питерс

— Лейард, — тупо повторила Дайна. — Должно быть, ты ошибаешься.

— Нет-нет, это то самое имя! — Сальва энергично жестикулировала, поблескивая черными глазами. — Этот человек живет в номере 26, он твой сосед. Ты была там, Дина, ты слышала и видела... Крик, кровь.

Дайна ошеломленно покачала головой, пытаясь остановить поток слов. Английский язык Сальвы требовал напряжения от собеседника, а в своем теперешнем состоянии Дайна с трудом воспринимала бы даже нормальную речь.

Они стояли в вестибюле отеля за пальмой в кадке. В помещении было шумно — постояльцы, вернувшиеся к ленчу из похода по магазинам или с экскурсии, были возбуждены новостями.

— Погоди, — сказала Дайна. — Мертв. Человек в соседнем номере. Доктор Лейард. Ты обнаружила его?

— Нет. — Сальва скорчила разочарованную гримасу. — Ты помнишь, я работала вечером, а не утром. Но я узнала об этом от... — Она вскрикнула и схватила Дайну за руку. — Совсем забыла, Дина, с тобой хочет поговорить полицейский.

Тощая пальма была скверным прикрытием. Вглядываясь сквозь листья, Дайна увидела у стойки дневного администратора, месье Дюпре. Он был наполовину ливанец, и его лицо с орлиными чертами имело тот красивый бронзовый цвет, которого представители светлокожих рас добивались, загорая в течение целого лета. Но в данный момент его бронзовая кожа приобрела зеленоватый оттенок. Он размахивал руками и горячо спорил с мужчиной, в котором Дайна узнала бы полицейского и без указания Сальвы, даже без светло-коричневой униформы, которая топорщилась на массивных плечах. Это был невысокий человек, склонный к излишней полноте. Дайна обратила внимание, что он не удосуживается вытянуть шею, чтобы смотреть в лицо двум своим собеседникам, — напротив, они наклонялись к нему. Третий мужчина, еще более высокий и худой, чем месье Дюпре, носил такой же темный костюм и галстук. Очевидно, это был один из помощников администратора. Очки на длинной мрачной физиономии делали его похожим на старательного добермана. Так как многословие месье Дюпре не давало ему вмешиваться в разговор, он обшаривал вестибюль беспокойным взглядом, который добрался до пальмы, как раз когда Дайна раздвинула листья. Коснувшись плеча месье Дюпре, он указал в ее сторону.

Полицейский обернулся, и Дайна, подавив неразумное желание убежать, стряхнула с плеча руку взволнованной Сальвы и вышла из-за пальмы.

Старая Франция все еще присутствовала в Ливане. Полицейский офицер, представленный заикающимся администратором как инспектор Ахуб, приподнял фуражку и склонился над рукой Дайны.

— Всего лишь несколько рутинных вопросов, — успокаивающе произнес он. — Администратор сообщил, что вы остановились в номере 24, не так ли? Вы уже знаете... — его глаза скользнули по пальмовым листьям, из которых, словно причудливый цветок, торчало любопытное личико Сальвы, — вы знаете о том, что произошло в соседней комнате? Тогда я должен спросить, не слыхали ли вы ночью каких-нибудь необычных звуков?

— Я слышала, как его убивали, — неохотно ответила Дайна; по ее телу пробежала дрожь.

Инспектор, все еще держа ее руку в своей, сочувственно цокнул языком:

— Но тогда вы, разумеется, этого не поняли. Наверное, это известие было для вас ударом. Пожалуйста, присядьте, месье Дюпре принесет нам бокал вина, и вы мне обо всем расскажете.

Вино пошло Дайне на пользу. После нескольких маленьких глотков она расслабилась, и сумбурные мысли начали понемногу проясняться. Она закинула ногу на ногу и едва не усмехнулась, поймав быстрый взгляд инспектора. Хотя Дайна специально не разглядывала инспектора, она заметила, что, несмотря на округлое туловище и смуглое мясистое лицо, он отнюдь не казался тюфяком и глаза смотрели твердо.

Пока Дайна рассказывала свою историю, инспектор потягивал вино со скучающим видом, но это ее не обманывало. Он внимательно слушал. Администратор и его очкастый помощник также слушали с интересом, и, когда Дайна упомянула о том, как она вышла в коридор после крика о помощи, месье Дюпре испуганно ахнул.