Четыре угла коварства - Лариса Павловна Соболева

– Да так, ничего… Прости, Тамарочка, что так рано нагрянула.

– Разве сейчас рано? Девятый час. Как насчет завтрака? У меня как раз все готово, составите компанию?

– Не откажусь, я ведь сбежала, даже чаю не попив.

Эх, проговорилась! Но Тамара как будто не заметила, вопросов не задала, значит, не расслышала – и хорошо, а то ведь Зоя Артемовна сказала чистую правду: сбежала из собственного дома.

На кухне у Тамары порядок, красота, современно, светло, хозяйка она безупречная, в общем, состоит из одних достоинств, а Пашка состоит из недостатков. Может, поэтому она и не хочет связать с ним свою жизнь? Ой, а так ли это? А не врет ли маме Павлуша?

– Вот кашка гречневая, – поставила перед ней тарелку Тамара. – Салат резать было лень… огурчики, зелень целиком, ветчина… Берите, что нравится.

– Да не суетись, я все вижу.

– А почему вы сбежали?

Все-таки Тамара уловила, как проговорилась Зоя Артемовна, пришлось признаться:

– С Пашкой поссорилась.

– Как это? – вытаращила Тамара глаза. – Он же неконфликтный.

– Я стала конфликтной, я. Скажи, дорогая… не люблю вмешиваться, но все скажи, Павлик приходил к тебе мириться?

– Приходил. Но мы же не ссорились, просто у нас разные позиции.

«Так… Значит, не соврал, – думала Зоя Артемовна, пробуя кашу. – Выходит, тупость и упрямство с обеих сторон, и что с этим делать? Какие-то недоразвитые оба. Господи, подскажи, как мне быть с ними, о себе только думают, а не о детях, их же сразу двое родится. Пашка не знает, Тамаре обещала не говорить, а язык так и чешется. Но ему полезно узнать после того как!»

– Пейте чай, а я побегу собираться на работу, – поднимаясь со стула, сказала Тамара.

– Какая работа? – Подскочив, Зоя Артемовна последовала за ней в спальню. – В твоем положении? Это же не на стуле сидеть.

– Вот именно – на стуле сидеть. Не волнуйтесь, я не буду бегать, тем более танцевать, можно ведь и словами объяснить. Что поделать, не хотят молодые специалисты ехать в провинцию, считают, жизнь есть только в Москве и Питере, а она есть везде. Карьера, конечно, там громкая, но не у всех же, далеко не у всех. А поехали со мной? Посидите на репетиции, посмотрите, как мои птички готовятся к вечернему спектаклю, ну и отвлечетесь. А по дороге расскажете, из-за чего поссорились с Павликом, я умею утешать.

– Хорошо, поехали! – оживилась Зоя Артемовна. – Сегодня выходной, времени у меня полно, а я всегда хотела заглянуть в балетную кухню.

По правде говоря, ей очень хотелось поделиться опасениями в связи с явлением Лоры, вдруг Тамара сжалится и возьмет Пашку в мужья.

Павел – любитель поспать, обычно его…

…будит мама, а в это воскресное утро разбудил телефонный звонок. Рука механически потянулась к тумбочке, нащупала смартфон, а глаза не открывались.

– Слушаю, – промямлил Павел в трубку.

– Паша, ты что, спишь? Ого, а уже день наступил! Это Огнев.

– Станислав Петрович? Что случилось? Мы же вчера только…

– А я вчера поехал к себе, – перебил Огнев, он же еще и холерик по натуре, нетерпелив. – Поехал, чтобы стаканчик скрупулезно обследовать.

– Обычный одноразовый стакан. – Павел потянулся, просыпаясь. – Бумажный. В каждом супермаркете такие продаются.

– Ты прав, прав. На нем пальчики я обнаружил совсем свеженькие, решил пробить по базе данных.

– И? – заинтересовался Павел, наконец сев на постели. – Каков результат? Говори уж, раз разбудил. Отпечатки нашлись в базе данных, так?

– Не совсем так. Видишь ли, мы нашли брелок от ключей…

Огнев начал тянуть кота за хвост, что не понравилось Павлу, у него уже никакого терпения не хватало, он взял командный тон:

– Кончай муру водить, Станислав Петрович. Ну-ка, четко, как в армии, отчитайся, что обнаружил.

– А ты в армии служил?

– Нет. Но командовать умею, вы все ошибаетесь на мой счет, прилепив штамп интеллигента, причем в нашем ведомстве произносят ругательной интонацией. Я ого-го как умею.

Огнев заливисто рассмеялся, хотя ничего смешного Терехов не сказал, потом все же быстро, словно торопился не опоздать на поезд, выложил:

– Мы нашли в спальне у кровати брелок от ключей в форме миниатюрного смартфона с надписью: «Не дури». Феликс признал свою собственность, удивился, мол, успел распрощаться с подарком жены, а тут вот он. Не понял, почему в спальне брелок потерял, куда, как утверждал, не заходил. Я не отдал ему брелок, сам понимаешь, на нем могли быть чужие отпечатки. Короче…

– Только короче.

– Ладно, без подробностей. На брелоке один отпечаток… остальные не целиком сохранены, но идентифицировать и их вполне возможно. Так вот один полностью совпадает с отпечатком на стакане. Отпечаток принадлежит Феликсу, в моей личной базе его отпечатки есть.

– И что? – не отреагировал должным образом Павел. – Феликс бывал у Руслана, они поддерживали дружеские отношения.

– А когда он был последний раз там?

– Я спрашивал вчера. Неделю назад или восемь дней.

– Отпечатки на брелоке не совсем четкие, им примерно… полагаю, дней десять-двенадцать. Поверхность идеальная, на подобной поверхности отпечатки неплохо сохраняются. А пальчики на стакане свежак, их возраст пару дней, не более. Даже если ошибаюсь, ну, три дня. Разницу чувствуешь?

– А есть на стакане еще какие-нибудь пальцы? Не Феликса?

– Нет, только его.

Разумеется, Павел сложил два факта, вывод напросился сам собой:

– Станислав Петрович, ты подозреваешь Феликса?

– Подозревать – это твоя работа, а я излагаю факты и… честно скажу, не знаю, что думать по этому поводу. И не хочу думать в сторону Феликса. На груди женщины нашлось несколько волосков, сейчас они у Антона, он передаст Покровскому в судебно-медицинский центр, там проведут исследования, однако сравнивать не с чем. А пока предлагаю никому ни слова не говорить.

– И Феликсу?

– Не знаю. Решай сам, вы же друзья. Но чтобы провести экспертизу, потребуются волосы Феликса, как вы их добудете, тайком или напрямую, тоже тебе решать. Сразу скажу, они странновато лежали.

– Что значит – странновато?

– Они лежали небольшим клочком на груди, ниже впадины между ключицами. Это надо показать, на словах не поймешь.

– Ладно, я заеду. Да, чуть не упустил… Я про пистолет: на ствол можно навинтить глушитель?

– Да, стреляли через глушитель. Резьба нарезана кустарным способом, но мастерски. А нашли глушитель?

– Нет. Ну, до скорого, Петрович.

Павел положил смартфон на тумбочку, немного посидел, соображая, что означают эти улики, впрочем, они указывают… Нет, с утра голова плохо варила, нелепые мысли он отмел. Павел набросил халат и вышел из комнаты, в ванной освежился под душем, пришел на кухню и… глаза на лоб!

– Что ты тут делаешь? – выдавил из себя изумленно.

Вот те раз: вместо матери увидел Лору, которая хозяйничала на кухне, управляясь со сковородками, как у себя дома. Вчера устал, но думал, не