Не проси - Андрей Житков

— Витенька, мне больно видеть, как ты за Ленкой бегаешь, — заискивающим голоском проворковала Наталья.

— Никак следишь за мной? — повысил он голос. Виктору не понравилось, что кто-то осведомлен о его слабости.

— Я случайно заметила тебя во дворе Мироновых, — оправдалась одноклассница.

— Почему ты думаешь, что я за ней бегаю? Мы с ней встречаемся, — нагло, как показалось Наташе, заявил парень.

— Бегаешь! — уже твердо сказала Щукина. — Потому что она к тебе не выходит и не выйдет.

— Продолжай, очень интересно. — Колесников отложил узорчатую палочку и нож в сторону и с любопытством взглянул на девушку, которая поняла, что сболтнула лишнее. — Я слушаю.

— Витенька, миленький, это во мне ревность заговорила, — попыталась она вывернуться. — Ты ведь мне очень и очень нравишься. Вспомни, дорогой, как нам было хорошо вдвоем, — пропела она сладким голосом.

— Не крути! Так я и знал, что без тебя здесь не обошлось.

— Витечка, но раскрой глаза: разве можно сравнить меня с этой серой мышкой? К тому же я для тебя на все готова.

Виктор поднялся и посмотрел на нее с презрением.

— Признавайся, что ты ей про меня наговорила?

— Ничего, клянусь.

Она тоже встала.

— Если не признаешься… — Он не мог подобрать подходящего слова и, махнув рукой, оттолкнул ее и зашагал к выходу со школьного двора.

Она догнала и ухватила парня за рукав.

— Подожди!

Он резко отдернул руку.

— Отстань!

— Ты к ней? — От отчаяния девушка не знала, что еще предпринять, чтобы удержать Виктора, и поэтому выкрикнула: — Зря потеряешь время, мы с ней договорились!

Колесников остановился и, задумавшись на долю секунды, повернулся к Щукиной. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

— О чем договорились?

— О том, что обе не станем встречаться с тобой, — призналась она и опустила голову.

— А сама решила воспользоваться случаем и нарушила договор, — сказал он уже без злобы, но с некоторым укором. Миронова же в его глазах на порядок выросла. — Сама меня от себя оттолкнула, — обвинил он во всем Наташу и вновь отвернулся.

— Не бросай меня, — пыталась остановить удаляющегося Виктора Наташа.

Но Виктор, казалось, не слышал ее и даже не обернулся.

Девушка скользнула взглядом по лавке и задержала его на ноже.

«Если не мне, значит — никому не достанешься», — пронеслась в голове шальная мысль, и рука невольно потянулась к ножу.

Она судорожно сжала его и кинулась вдогонку за Колесниковым, практически ничего не видя перед собой, кроме цели.

Виктор услышал ее приближение и недовольно поморщился, в нем закипала настоящая ярость.

«Ну я тебе сейчас устрою…», — подумал он, разворачиваясь в тот момент, когда девушка наносила расчетливый удар.

Глубоко внутрь лезвие не вошло, но пропороло правый бок. Колесников с недоумением посмотрел на обильно хлынувшую кровь и постарался закрыть рану руками, но это не помогло, кровь просачивалась сквозь пальцы и капала на землю.

— Ты что? — произнес он, не веря собственным глазам.

Возможно, Щукина нанесла бы в порыве ярости еще один, роковой удар, но кровяная лужица на нее подействовала. В глазах помутнело, предательски подкосились ноги, и девушка обессиленно рухнула на землю.

Виктор же, пошатываясь и придерживая рану рукой, побрел в сторону своего дома. Глаза уже закрывала мутная пелена и с большим трудом удерживалось сознание, когда он толкнул плечом калитку к себе во двор. Он смог еще преодолеть несколько шагов и, привалившись спиной к стволу дерева, медленно сполз на землю.

Мать заметила в окно, как вернулся сын, и решила разогреть завтрак. Но его задержка удивила ее, и она вновь выглянула во двор.

«Что это он уселся под деревом?» — подумала она. Затем приоткрыла окно и крикнула:

— Витя, заходи в дом, завтрак стынет!

Но сын не откликнулся. Тогда она позвала опять, но на этот раз, не услышав ответа, насторожилась.

Безвольно склоненная голова сына и окровавленный бок ужаснули ее.

— Тимофей! — крикнула мужу Варвара Степановна и бросилась к сыну.

В окно высунулась голова старшего Колесникова.

— Чего кричишь?

— Витю убили, — побелевшими губами произнесла она.

Тимофей Сидорович в ту же минуту выскочил во двор и подбежал к сыну. Мгновенно оценив ситуацию, он пощупал у Виктора пульс и осмотрел рану.

— Тащи вату, бинты и спирт, — приказал он жене. — Рана не смертельная, но он потерял много крови.

Через четверть часа пострадавший очнулся в собственной постели.

— Слава Богу, — улыбнулась ему мать. — Отец уехал за врачом. Как ты себя чувствуешь? — Она приложила руку к его лбу.

— Слабость во всем теле, — пожаловался Виктор.

— Ты должен выпить крепкого чая, — посоветовала мать, подкладывая ему под спину еще одну подушку.

После чая он почувствовал себя немного лучше, а вскоре пришел врач…

Вероника Федотовна вернулась домой из магазина и выложила на стол продукты.

— Тебе уже лучше? — поинтересовалась она у дочери, которая вошла в кухню следом за ней.

— Я уже совсем здорова, — сказала дочь. — Что помочь нужно, говори.

— Новость слышала?

— Какую? Я же больше недели из дома не выходила, — напомнила Лена.

— Наташка-то Щукина твоего ухажера подрезала.

Брови девушки взметнулись вверх.

— Витю?

— А у тебя их десять, что ли? Его, родимого.

— Как это подрезала? — не могла до конца осознать услышанное девушка.

— Ножом, как же еще.

— За что?

Лена присела на краешек стула.

— А Бог его знает. Я участкового видела. Он сказал, что пострадавший писать заявление отказался, так что подружке твоей ничего не будет. — Она села напротив дочери и, подумав, добавила: — Из-за тебя у них скандал произошел.

— Из-за меня? — Лена на какое-то время задумалась. — Но мы же с ней договорились.

— Обманула тебя Щукина. Обманула. — Женщина поднялась. — Но и сама, насколько я поняла, осталась ни с чем.

— Я должна его видеть. — Девушка тоже встала. — Мам, как ты думаешь, ничего, что я приду сама к нему?

— Что ж тут плохого? Пришла навестить больного.

— Но ведь он ко мне столько раз приходил, а я не выходила.

— Об этом парень вспоминать не станет, — поддержала Вероника Федотовна дочь. — Еще и обрадуется твоему приходу.