Битая карта - Иэн Рэнкин

— Я ищу хозяина магазина, — сказал он.

— Его сейчас нет. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Ребус пожал плечами, глядя на кота. Тот бесшумно запрыгнул на стол, потерся о книги. Девушка подставила карандаш, и кот почесался о него подбородком.

— Инспектор Ребус, — сказал Ребус. — Ищу похищенные книги. Я подумал, может быть, кто-то пытался продать их вам.

— У вас есть список?

Ребус кивнул. Он вытащил из кармана лист бумаги и протянул девушке.

— Можете оставить себе, — сказал он. — На всякий случай.

Пробежав глазами список, она вытянула губы:

— Не думаю, что это было бы Рональду по карману, даже если бы и хотелось.

— Рональд — это директор?

— Да. Откуда их украли?

— Да тут, с соседней улицы — с Баклю-плейс.

— Ну тогда их вряд ли понесли бы в ближайший магазин. Вы так не думаете?

Ребус улыбнулся.

— Логично, — сказал он. — Но я обязан проверить.

— Ну что ж, буду иметь в виду, — сказала она, складывая лист. Она сунула бумажку в ящик стола, а Ребус протянул руку и погладил кота. Кошачья лапа метнулась молнией, царапнула запястье Ребуса. Он отдернул руку, дыхание перехватило.

— Ах ты господи! — расстроилась девушка. — Распутин не любит чужих.

— Я уже понял, — сказал Ребус, разглядывая запястье со следами когтей — три полосы длиной в дюйм. Они уже набухали кровью, и капли проступали сквозь кожу. — Черт, — сказал он и приложился губами к царапинам.

Он сердито посмотрел на кота. Кот тоже недружелюбно поглядывал на него, потом спрыгнул со стола и исчез.

— Как он вас, не сильно?

— Не очень. Такого нужно на цепи держать.

Она улыбнулась:

— Вы что-нибудь знаете о вчерашнем рейде?

Ребус моргнул, продолжая высасывать кровь из царапины.

— Каком рейде?

— Я слышала, что полиция наехала на бордель.

— Правда?

— И что там поймали члена парламента Грегора Джека.

— Правда?

Она снова улыбнулась. «У слухов длинные ноги, — уже не в первый раз подумал Ребус. — Будто живем не в городе, а в паршивой деревушке».

— Просто я подумала, может, вам что-то об этом известно, — сказала она. — Ну, то есть правда ли это. То есть… — Она вздохнула. — Бедный, бедный Разорёха.

Теперь Ребус нахмурился.

— Это прозвище, — объяснила она. — Разорёха. Так его Рональд называет.

— Значит, ваш босс знаком с мистером Джеком?

— Да. Они вместе в школе учились. Разорёхе принадлежит половина всего этого. — Она обвела рукой помещение с таким видом, будто владела каким-нибудь крупным универмагом на Принсес-стрит, и сразу поняла, что не произвела на полицейского большого впечатления. — Главный бизнес делается за кулисами, — сказала девушка с вызовом. — Главные покупки и продажи. Кому-то может показаться, что это ерунда, но такой бизнес — настоящий золотой прииск.

Ребус кивнул.

— Вообще-то, — проговорил он, — раз уж вы сами об этом сказали, ваша лавка и впрямь смахивает на прииск — отвалы, завалы… — Теперь запястье у него жгло как крапивой. Чертов котяра. — Хорошо, имейте в виду эти книги, ладно?

Она не ответила — видать, обиделась. Она уже взяла со стола карандаш и снова принялась за книги. Ребус мысленно послал ее подальше, пошел к двери и шумно отер подошвы о коврик, прежде чем выйти на улицу. Кот уже вернулся на витрину в окне и теперь вылизывал себе хвост.

«И тебя туда же, приятель», — буркнул Ребус. Ох и не любил же он всех этих домашних любимцев!

* * *

У доктора Пейшенс Эйткен были домашние любимцы. Очень много любимцев. Крохотные тропические рыбки… ручной еж, который жил в конце сада… два волнистых попугайчика в клетке в гостиной… и, да, кот. Приблудный котяра, который, к облегчению Ребуса, бо`льшую часть времени по-прежнему предпочитал бродяжничать. Окрас у него был пестрый, и звали его Душка.

Душке Ребус нравился.

— Забавно, — сказала Пейшенс, — но кошки, похоже, всегда неравнодушны к тем, кто их не любит, кто старается от них держаться подальше и у кого на них аллергия. Не спрашивай почему.

Пока она говорила это, Душка путешествовал по плечам Ребуса. Тот рявкнул и стряхнул с себя кота, который приземлился на все четыре лапы.

— Терпение, Джон.

Да, она права. Если он потеряет терпение, то может потерять и Пейшенс.[8]Так что он старался. Старался. Может быть, именно потому он и попытался погладить Распутина. Надо же придумать — Распутин! Ну почему домашних любимцев называют либо Душка-Красавец-Крошка-Пятнышко, либо Распутин-Вельзевул-Клык-Нирвана-Бодхисаттва? Спросите у их хозяев.

Ребус сидел в «Резерфорде» за маленькой кружкой пива и смотрел телевизор — результаты футбольных матчей, когда вдруг вспомнил, что вечером его ждут на ужин в новом доме Брайана Холмса и Нелл Стэплтон. Он застонал. Потом вспомнил, что единственный чистый костюм висит в квартире у Пейшенс Эйткен. Это был тревожный сигнал. Он что, переселился к Пейшенс? В последнее время он, похоже, и правда проводит у нее черт знает сколько времени. Ну да, она ему нравится, хоть и относится к нему, как к одной из своих зверушек. И квартира ее ему нравится. Ему даже нравилось, что она в подвале.

Ну, не совсем в подвале. В некоторых районах когда-то этот этаж, может быть, и называли «квартирой в цокольном этаже», но на Оксфорд-террас, благоустроенной Оксфорд-террас, стокбриджской Оксфорд-террас, это называлось «квартира с садом». При ней и правда был клочок земли — узенький равнобедренный треугольник палисадника. Но Ребусу нравилась сама квартира. Она была похожа на убежище, на «штабную землянку» в детском лагере. Стоя у окна в одной из двух спален, можно было разглядывать ноги прохожих. Люди редко смотрят себе под ноги. Ребусу, чья квартира в Марчмонте располагалась на третьем этаже, нравился такой вид из окна. Если другие в его возрасте стремились переехать жить за город в собственные дома, то у Ребуса счастливые мурашки по коже бежали, когда он с улицы спускался, а не поднимался к входной двери. Ему чудилась в этом не только новизна, но нечто обратное привычному ходу вещей, принципиальная перемена — казалось, жизнь обещает ему поворот к лучшему.

Сама Пейшенс тоже была полна обещаний. Она хотела, чтобы он перевез к ней вещи и чувствовал себя здесь «как дома». И она дала ему ключ. Вот почему, когда он допил пиво и убедил машину совершить пятиминутную поездку, он смог попасть в ее квартиру. Его костюм, недавно почищенный, лежал на кровати в гостевой спальне. Вместе с Душкой. Вернее, Душка лежал на костюме, точил когти и терся спиной, оставляя линючую шерсть. Скидывая кота, Ребус держал в уме Распутина. Он взял костюм, отнес его в ванную и, прежде чем пустить воду, запер за собой дверь.