Три пули для копа - Анна Орлова

Идея, признаю, неплоха. Только почему бомбисты должны были Моргану поверить? Тут ведь западней несет за километр!

Что-то Эллиот недоговаривает… Надо бы выяснить.

– Именно. – Брюнет хрустнул пальцами. – Однако Фила убили, а бомбисты вчера ночью обчистили настоящий склад.

Да-а-а, непросто теперь Эллиоту оправдаться! Кто бы ни придумал эту интригу, в хитрости ему не откажешь.

Я прочистила горло.

– А откуда у Моргана такие сведения? Разве ему по должности положено? Что-то я сомневаюсь, что в свои двадцать с хвостиком он успел занять столь высокий пост.

– Правильно сомневаетесь, – скривил губы Эллиот. – Из моего сейфа пропала папка…

– С очень-очень тайными сведениями?

Он нехотя кивнул, и я покачала головой:

– И вы до сих пор на свободе?

Если бы он и впрямь торговал военными секретами на развес, то сейчас самое время брать руки в ноги. Говорят, несколько островков на севере и Торрейский архипелаг на востоке брюнетам до сих пор не подконтрольны, там вполне можно спрятаться от имперского правосудия.

– Я поклялся, – сообщил брюнет сквозь зубы. – Что не причастен и что империю не предавал. Это не снимает с меня подозрений в полной мере, однако позволяет до приговора суда считаться невиновным. И хватит об этом.

Хватит так хватит.

– То есть вы полагаете, что Морган стащил у вас настоящие сведения и всерьез продал их бомбистам? А они, чтобы не платить, его убили?

Эллиот скрестил руки на груди.

– Это одна из версий, причем не самая неприятная. Кстати, к моменту приезда полиции в "Бутылке" не было ни одного блондина. Понимаете, почему я уверен, что вы многое недоговариваете?

Понимать-то понимаю. Но все равно больше не скажу.

– Я не слежу за всеми посетителями, – развела руками я. – Возможно, они ушли раньше.

Ну-ка, попробуйте найти изъян, мистер «я-чую-неправду». Нельзя же так полагаться на магию! При должном умении и капельке ума ее не так трудно обмануть.

Эллиот только смотрел – пристально, недобро – и барабанил пальцами по столешнице.

– Кстати, – продолжила я, уводя разговор от опасной темы. – У меня есть идея насчет того звонка.

Взгляд брюнета стал темным и острым, как обсидиан.

– Слушаю.

– Девушка на коммутаторе могла что-то слышать.

Телефонисток в Тансфорде немного, всего-то шестеро, и все обожают греть уши. И чтобы они пропустили звонок из печально известной "Бутылки" прямо в столицу? Не верю!

Эллиот поморщился. Надежда на его лица сменилась разочарованием.

– Полагаете, я сам до этого не додумался? После разговора с вами я наведался на телефонную станцию. Меня заверили, что девушки не могут слушать переговоры, за этим тщательно следят.

Я фыркнула. Может, в столице и так, но в нашем захолустье? Ночью начальства нет, девушки дежурят по двое и теоретически должны присматривать друг за другом. Понятное дело, что в действительности это работает через раз.

– Вы серьезно думали, что начальство скажет что-то другое?

– Нет, – он пожал плечами. – Но добиться от них чего-то у меня возможности нет.

– Я разузнаю.

– Отлично, – Эллиот поднялся и выложил на стол крупную купюру. – Тогда до завтра, миссис Керрик. Буду с нетерпением ждать встречи.

Улыбнулся иронично. И вышел.

***

Ночка выдалась та еще: три драки, одна из них с поножовщиной. Вышибала сбился с ног, разнимая подвыпивших буянов, даже бармену пару раз пришлось вмешаться, хотя обычно он в драки не лез – берег свою смазливую физиономию. Я еле выбила из забияк компенсацию убытков, а очередная молоденькая официантка, которую оцарапало осколками, ударилась в истерику…

Словом, я лишь утром вспомнила, что обещала Эллиоту перемолвиться кое с кем словечком. Дело оказалось плевым, хватило двух звонков. Меня заверили, что мисс Кэтрин Свенсон всенепременно ответит на вопросы, как только закончится ее смена на коммутаторе. Вот и чудесно, всегда лучше получать информацию из первых рук.

До назначенного времени оставалось больше трех часов, я успевала ополоснуться и заморить червячка.

Жилая часть «Бутылки» была невелика, одна комната с ванной. Сразу видно, что обустраивали ее в расчете на непритязательного холостяка. Хотя нам с мужем тоже хватало. Детей мы пока заводить не планировали – какие дети в баре? – а двоим жилось вполне комфортно. Все условия: телефон, горячая вода в бойлере, маленькая электроплита в углу. К тому же Ал часто разъезжал по стране – ради процветания бизнеса приходилось крутиться. Впрочем, дело у нас налаженное, так что я вполне справлялась сама.

С первого этажа доносился грохот передвигаемых столов и стульев. В зале орудовали уборщицы – с вечера официантки только собирали со столов грязную посуду, а чистоту наводили уже утром. С улицы – окна спальни выходили на задний двор – временами слышался сочный мат грузчиков. Нам как раз доставили продукты и выпивку, но я спускаться не стала, положившись на Тони. Ему не впервой, мне частенько приходилось оставлять "Бутылку" на него.

Я подрумянила тосты, позавтракала и вновь взялась за телефон. Постояльца в номере тринадцать на месте не оказалось, но портье обещал передать ему сообщение.

И действительно, не успела я допить вторую чашку кофе – голова после вчерашнего противно ныла – как затрезвонил телефонный аппарат.

– Алло, – сказала я чуть невнятно из-за не дожеванного тоста. – Миллисент Керрик у аппарата.

– Миссис Керрик, – в приятном баритоне Эллиота слышалось недовольство. – Как вы меня нашли? Я не давал вам своего адреса.

Тоже мне, великая тайна. Не он ли уверял, что у меня репутация человека, способного найти что угодно?

– «Империал Апартментс» – самая фешенебельная гостиница в городе. Где еще вы могли остановиться?

– Вы разыскивали меня для того, чтобы сообщить об этом? – сухо отбрил Эллиот.

Недоволен, что так предсказуем?

– Конечно, нет, – заверила я серьезно. Хорошо, что по телефону улыбку не разглядеть. – Сегодня в два пополудни у меня встреча с нужной вам особой.

– Я хочу присутствовать, – быстро отреагировал Эллиот.

Я вздохнула. Ожидаемо.

– Хорошо, только не сразу. Ждите нас в кафе на углу Пятой авеню и Джортон-роуд. Не помню, как называется, оно там одно. Это всего в трех кварталах от «Бутылки».

Пару мгновений он колебался, затем согласился:

– Буду.

И, не прощаясь, бросил трубку. Вот и поговорили.

***

Городское телефонное бюро располагалось в старом доме с осыпающейся штукатуркой и пузырями краски на рассохшихся оконных рамах. Бедные служащие. Внутри наверняка немилосердные сквозняки, вдобавок муниципальные учреждения вечно экономят на отоплении.

Я зябко поежилась, несмотря на теплое пальто и шляпку. На город легла поздняя осень – в один день с деревьев облетели листья, которые теперь неприятно чавкали в грязи и нанизывались на тонкие каблуки туфель. Хмурое небо и морось усугубляли унылое впечатление.

Хорошо,