Источник тайной информации - Марина Серова

Разумеется, я согласилась. Моего нового знакомого звали Игнатом, и это довольно редкое имя очень ему шло. По дороге к дому мы премило болтали о всякой ерунде. Игнат все толковал о предчувствиях, совпадениях, знаках судьбы. Обычно я не особо люблю подобный треп. Но сегодня он меня не раздражал. Игнат остановил машину у моего подъезда и спросил мой номер телефона. А еще поинтересовался, можем ли мы увидеться сегодня вечером. Только у меня были другие планы – работа прежде всего.

Дома я часа два убила на обзванивание всех детских садов, интернатов, детских лечебных учреждений, детприемников и даже моргов, дабы узнать, не находится ли там сейчас и не появлялся ли когда-либо за последние полгода мальчик Женя Иртенев или похожий на него малыш трех лет. В моргах, к счастью, подобных случаев не было зафиксировано. В детприемниках и интернатах было несколько детишек примерно того же возраста и появившихся в указанный период. Но в основном родители уже нашлись, как правило, наркоманы и бомжи, не интересующиеся судьбой своих детей. Остальные дети не подходили по возрасту или полу. Словом, ничего, что имело бы хоть отдаленное сходство с моим случаем. В тарасовских детских лечебных заведениях, равно как и в детсадах, Женя Иртенев не числился.

В общем, работу я проделала нудную, но необходимую. И пришла к следующему выводу: никакой трагедии с мальчиком скорее всего не произошло. По крайней мере так мне хотелось думать.

Близилось время окончания рабочего дня. Мне пора было собираться на встречу с Диниными однокашниками. Я решила сперва навестить бывшую приятельницу, а после – бывшего поклонника.

Существовала вероятность, что я не застану ни Елену, ни Вячеслава по указанным адресам. Но мне повезло – я застала обоих.

Елена выглядела лет на десять старше своего возраста. Это была уже вполне почтенная матрона – домохозяйка, любящая мать и заботливая супруга. Бросив на Елену первый взгляд, я уже поняла, что пришла к ней напрасно. Дина, такая, какой я ее себе представляла, ни за что не стала бы общаться с этой образцово-показательной благодушной клушей, заботящейся только о том, чтобы у ее чад был хороший аппетит, чтобы супруг регулярно приносил зарплату и еще более регулярно – не менее раза в неделю, желательно по выходным, между двумя телесериалами – доставлял ей строго отмеренную порцию «любви».

Однако раз уж я пришла, глупо было уходить сразу, не объяснив цели своего визита и не задав ни одного вопроса. Поэтому я представилась и уточнила – действительно ли у Елены с Диной были приятельские отношения во время учебы. Елена разулыбалась:

– Дина Иртенева? Ну конечно же, помню! Смешная такая была, с идеями. Она, помнится, недоучилась у нас... А вы проходите, я вам сейчас что-то покажу.

Я, слегка заинтригованная, проследовала за Леной. Она провела меня через зал в довольно большую комнату, открыла дверь и торжественно объявила: «Вот!»

Я не сразу поняла, по какому поводу такая торжественность, но вскоре поспешила исправиться:

– Да это просто потрясающе! Никогда не видела такой красоты! Как вам это удается?

Елена улыбнулась. Кажется, я взяла верный тон и не прогадала с восторженной реакцией.

– Ох, Татьяна, если бы вы знали, как я уставала! Даже похудела килограммов на пять.

Да тебе бы, дружочек, еще на двадцать пять – тогда было бы в самый раз!

– Леночка, да вы просто достойны быть занесенной в Книгу рекордов Гиннесса!

– Мы убрали из этой комнаты все батареи, и она к тому же угловая, так что зимой здесь самая подходящая температура! – задыхаясь и рдея от радостного волнения, сообщила мне Леночка.

Передо мной простиралась гордость Елениного семейства – целая комната, переоборудованная под кладовую. Полки от пола до потолка, в несколько рядов. И все эти полки были уставлены самыми разнообразными банками – варенье всех сортов, соленья, какие можно и какие даже нельзя себе представить, всевозможные закуски из капусты, перцев с рисом, арбузов, баклажанов, грибов и прочая и прочая.

Вывалив все имеющиеся у меня в запасе комплименты, я все же попыталась задать Лене пару интересующих меня вопросов. Однако все было безнадежно. Сначала пришел муж, которого срочно надо было накормить ужином. Потом дети вернулись от бабушки, и надо было строго расспросить, что они сегодня кушали и не голодны ли они. Когда Елена наконец освободилась, я спросила у нее только:

– А сейчас вы общаетесь с Диной Иртеневой?

– С кем, с кем? – последовал вопрос. – Ах, вы все о той странной девочке. Что вы, нет, конечно. У меня дел невпроворот, верчусь как белка в колесе.

«Да уж, белочка – ни одно колесо такую не выдержит!» – подумала я, чувствуя, как поднимается волна раздражения. А что, собственно, меня раздражает? Татьяна Алексанна, а может, ты просто завидуешь нормальному женскому счастью, сознайся?

Ладно, каждому свое.

– Елена, а почему все же вы считаете ее странной? – спросила я еще раз.

– Ну-у... Не знаю. Книжки все какие-то непонятные читала, по гадалкам бегала, собиралась на курсы экстрасенсов записаться... Анюта, я кому сказала, надо докушать все, что мама положила в тарелку!

Елена метнулась в соседнюю комнату. Я вдогонку задала вопрос:

– Ну и что у нее вышло с этими курсами?

И поняла, что ответа так и не получу. Я уходила из этого дома быстро и не простившись. Елене было явно не до меня.

Удивительно, как же можно сильно измениться всего за несколько лет! Должно быть, поэтому я избегаю встреч со старыми знакомыми, особенно с теми, кто что-то значил для меня. Исключение составляют лишь пара подруг, таких же, как я – вечных холостячек, которые замужем за своей работой, и нескольких друзей-ментов, которые хоть потихоньку толстеют и лысеют, но остаются верными и надежными товарищами в любой ситуации.

Следующим на очереди был бывший поклонник Дины. «Чем-то он меня удивит?» – подумала я.

Вячеслав Крамской оказался мужчиной неженатым, поэтому слегка обалдел, когда я появилась на пороге его квартиры. Он жил один, и холостяцкий беспорядок сразу бросался в глаза.

– Вы к кому? – встретил меня Вячеслав недоуменным вопросом.

– К Вячеславу Крамскому – это вы?

– Я, – еще более удивленно ответил бывший студент философского факультета. – А вам кого надо?

Судя по высокоинтеллектуальному началу нашего диалога, когда я скажу, кого мне надо, он спросит: «А вы кто?» Так оно и вышло. Я коротко представилась и показала свою лицензию частного детектива. Внимательно ее изучив, Вячеслав, однако, не поторопился пригласить меня войти.

– А я вам зачем понадобился? – не то испуганно, не то недоверчиво спросил он.

– Послушайте, Вячеслав, я не из ГПУ и сейчас не тридцать седьмой год. Позвольте даме войти хотя бы в прихожую.

Этот не совсем убедительный, но весьма эмоциональный аргумент почему-то вывел Крамского из состояния ступора. Он встрепенулся, извинился, и мне наконец удалось проникнуть в помещение.