Риск, засада, пистолет - Марина Серова

— Можно подумать…

— А ну кончайте галдеть! — Мне тоже пришлось несколько повысить голос, иначе эта парочка меня бы просто не услышала. — Значит, вы хотите нанять меня, чтобы я до закрытия выставки нашла украденную статуэтку…

Поскольку я не сводила глаз с Игоря, он молча закивал, преданно глядя мне в глаза. Интересно, насколько он платежеспособен. Несмотря на Веркину протекцию, бесплатно работать я не стану.

— Мой тариф двести долларов в день.

— Ого! — В голосе Веры отчетливо прозвучало уважение.

— Если вы согласны… — снова обратилась я к Игорю и остолбенела. Он вскочил и торопливо вытряхивал на стол содержимое бумажника. Стодолларовые и пятисотрублевые банкноты уже образовали в центре стола впечатляющую кучку. Беззвучно шевеля губами, он стал выворачивать карманы. Вместе с каким-то бумажным мусором, скрепками и начатым пакетиком жвачки на стол полетели купюры помельче. Наконец Игорь выгреб горсть мелочи, с недоумением на нее посмотрел и торопливо высыпал в общую кучу. Все это он стал тщательно сгребать в мою сторону с уверениями, что «на все согласен»!

— Все, что есть, — бормотал он. — Отдам все, что есть, только найдите «Талию».

Я примерно оценила стоимость этой кучи и покачала головой. Да, не слабо живут владельцы выставочных галерей, если, выходя поутру из дома, кидают в карман пару штук баксов на мелкие расходы! Могла бы и увеличить гонорар, вполне выдержал бы. Ладно, пусть пока будет так, посмотрим, как дело пойдет. Набрала из кучи десять тысяч пятисотрублевками.

— Это мой аванс. Если мне потребуются еще деньги, я вам сообщу.

— Я понимаю, я понимаю, — торопливо соглашался Игорь.

— По окончании работы я выпишу счет, с учетом всех расходов, и вы расплатитесь. А теперь убирайте свои сокровища с моего стола. Раз я берусь за дело, то прежде всего мне нужна от вас точная и полная информация. Рассказывайте всю правду, ничего не утаивая…

Надо отдать ему должное, несмотря на свой нелепый внешний вид, соображал Игорь хорошо и собираться умел моментально. Как только он уяснил, что время заламывания рук и закатывания глаз кончилось, он снова превратился в энергичного бегемота и стал очень толково излагать подробности.

— Вчера все было как обычно, ничего особенного… Выставку мы закрываем в шесть, уборщица прошлась шваброй, там было в общем чисто, у нас не особенно много народу бывает… Ну, мы с Петечкой еще посидели некоторое время в кабинете, поговорили о делах. Потом позвонила Люда, моя жена. — Он бросил взгляд в сторону Веры. Она сосредоточенно наблюдала за дымком от своей сигареты. Я подала ей пепельницу. Игорь прокашлялся и продолжил: — Так вот, Люда была недовольна, потому что к нам должны были прийти гости и я обещал вернуться пораньше. Я быстренько собрался и убежал, а Петечка остался, чтобы все закрыть.

— Кстати, Игорь, — перебила я его, — а почему он Петечка? Вроде уже давно не мальчик? Неужели он хотя бы до Пети не дорос? Я уж не говорю про Петра.

— Почему? — Игорь с недоумением посмотрел на меня и пожал плечами. — Бог его знает. Как-то так повелось: Петечка да Петечка. Не знаю, я как-то не задумывался.

— Ладно, это я так спросила, из любопытства. Значит, Петечка остался закрывать.

— Совершенно верно. Он прошелся по залам, проверил, все ли нормально, запер двери и включил сигнализацию. Потом отметился у охраны, сдал ключи. Мы ведь занимаем не все здание, на втором этаже еще конторы есть, так что охранник у нас общий, сидит у входной двери. Значит, Петечка расписался и спокойно ушел домой. А сегодня утром Елена Александровна…

— Извините, Елена Александровна — это кто?

— Наша служащая. Собственно, она у нас и кассир, и смотритель зала, и секретарь, и экскурсовод — по необходимости. Прекрасная женщина и очень добросовестная. — Тут он почему-то снова посмотрел на Веру. Вера с безучастным лицом разглядывала свои наманикюренные ногти. — Так вот, утром Елена Александровна сама открывает зал и, если есть посетители, занимается ими. Сегодня, как всегда, она отключила сигнализацию, открыла дверь и вошла в зал, чтобы форточки открыть, проветрить, цветочки полить… Она, конечно, сразу увидела, что «Талии» нет…

Игорь вздохнул, вытащил из кармана носовой платок и стал вытирать лоб. Я молча ждала продолжения.

— Она сначала растерялась, а потом позвонила мне и Петечке. Петечка раньше прибежал — он совсем рядом живет. И вот мы все собрались, стоим, а ее… нет. Исчезла неведомым образом. Тут я про вас вспомнил, я имею в виду вашу работу, ваш большой опыт, ваши успехи в этом деле и понял, что если кто-то сумеет сделать чудо, то только вы, Татьяна. Вы понимаете? Заехал к Вере, и вот мы вместе — к вам.

Маслов явно и откровенно льстил. Ничего он не знал ни о моей работе, ни о моем опыте, ни о моих успехах. И Вера ему ничего толкового сказать не могла. Она и сама ничего не знала. Видно, надеялся лестью подхлестнуть мое самолюбие. И напрасно. На недостаток самолюбия я не жалуюсь, самолюбия у меня и так вполне достаточно.

— В милицию сообщили?

— Что вы! — Игорь замахал на меня платком, который продолжал держать в руке. — Я, конечно, целиком и полностью доверяю нашей родной милиции, но сроки и огласка — вот что меня волнует! Мне нужно вернуть «Талию» до закрытия выставки, и, самое главное, чтобы никто об этой пропаже не узнал. Вы представляете, что будет с моей репутацией, если поползут слухи, что с моих выставок экспонаты воруют! Между прочим, сейчас я числюсь очень надежным партнером, с которым можно иметь дело. На взаимовыгодных условиях, — гордо подчеркнул он и тут же скис. — А теперь… меня занесут в черный список. И все — репутация, карьера, все будет кончено!

Он снова пустил в дело платок, потом поднял на меня умоляющие глаза.

— Таня, вы понимаете, что на вас вся надежда? На вас, и только на вас. Мое будущее сейчас в ваших руках!

Черт знает почему, но мне нравился этот человек. Было в нем какое-то трогательное обаяние, так что я сказала ему очень мягко:

— Я постараюсь, Игорь. Очень постараюсь. Сами понимаете, обещать можно все, но не все можно выполнить… Я сделаю все возможное. И думаю, что кое-какие шансы у нас есть. А теперь скажите, подозреваете вы кого-нибудь?

— Да кого же? — горестно всплеснул руками Игорь. — Bсе же свои, все вокруг галереи кормимся.

— Дома, под кроватью посмотри, — буркнула Вера.

Игорь вскочил со стула и шагнул к ней.

— Я прошу тебя, Вера! — крикнул он неожиданно тонким голосом. — Я прошу тебя, перестань обвинять Людмилу черт знает в чем! В конце концов, я прожил с этой женщиной четырнадцать лет и знаю ее лучше, чем ты. — Игорь обернулся ко мне и горячо продолжил: — Мало ли что она там угрожала… Да, она женщина горячая и энергичная. Когда она сердится, то наговорить может всякого! Но украсть, да еще так, нет, Люда не способна на такое. Она кристально честный человек…

Вера из своего кресла фыркнула. Я поторопилась прекратить разгорающуюся ссору.