Пропала дочь президента - Алексей Макеев

– Ты уже спрашивал, – напомнил Гуров. – Еще по телефону. Если хочешь поговорить, то, может, и правда чайку попьем.

– Я бы с удовольствием и водки выпил, – бросив на него хмурый взгляд, ответил Орлов. – Но тебе нельзя, а один я еще не пью. Ладно, ты сядь. Я вот зачем пришел. Тут у нас одно дело образовалось. Неприятное. Я бы даже сказал, что очень неприятное.

– Слушай, Петр, – прервал Гуров начальника. – Я тебя знаю уже тысячу лет и изучил досконально. Когда ты вот так начинаешь рубить отдельными фразами и смотреть в пол или куда-то в пространство над моей головой, значит, ты в чем-то не уверен. А неуверенный генерал Орлов создает удручающее впечатление. Говори, раз пришел. Неужели ты думаешь, что я могу не понять, осудить или…

– Ну-ну-ну! – невесело рассмеялся Орлов. – Не все так плохо! Ишь, куда тебя понесло! Ладно, если коротко, то есть у нас под Москвой один коттеджный поселок, не последний по престижности, хотя и не Рублевка. Но живет там достаточно уважаемых и заслуженных людей. И вчера ночью в этом поселке убили девушку. Застрелили, когда она ехала по одной из улочек. Машина врезалась в столб и загорелась. Местные выскочили, принялись тушить, когда взорвался бензобак. Пламя кое-как сбили с кабины, так что тело погибшей пострадало, но не сгорело вместе с машиной до состояния обугленного скелета. Да и бензина в баке было мало.

– Сурово у нас стали обходиться с девушками, – покачал головой Гуров. – Подозреваю, что причина весьма серьезная, а не просто месть за измену своему бойфренду.

– Я не знаю. Вообще-то заняться этим делом следовало органам по территориальной принадлежности, но в этом поселке живут родители одного высокого, очень высокого полицейского чина. А еще на этой же улице живет заслуженный пенсионер, который даже сейчас имеет привилегий больше, чем я на службе.

– На тебя надавили? – удивился Гуров. – А чего хотят? Ты-то тут при чем?

– Вот видишь, как плохо не интересоваться работой своего старого друга, – улыбнулся Орлов. – Ты даже не понимаешь, что моя должность предполагает ответственность за все криминальные происшествия в стране. Я, мой дорогой, должен в кратчайшие сроки выявить, а не из числа ли живущих в поселке организатор или исполнитель сего страшного дела. А также убедиться и оповестить заинтересованные стороны о том, что в дальнейшем в этом поселке ничего подобного не совершится, ибо все склонные будут выявлены и профилактически обработаны вплоть до выселения, желательно ближе к Берингову проливу.

– Чувствую здоровую иронию, – констатировал Гуров. – Рад за тебя.

– Спасибо. Только те, кто инициировал давление на меня, знают, что среди моих сотрудников есть такие легендарные личности, как полковник Гуров…

– Тьфу, – рассмеялся Лев Иванович, – с этого бы и начал. Труба зовет? Сейчас одеваюсь.

– Извини… – вздохнул Орлов, поднимаясь и подходя к окну. – Мне и перед тобой, а особенно перед Машей неудобно. Сам корчил начальственную рожу, велел с постели не вставать. А тут… Если она узнает, то не простит мне этого.

– Петр, перестань! Во-первых, Маша не узнает. А во-вторых, что со мной сделается из-за одного раза? Ну, чуть не долежал в постели, ну, чуть раньше, чем следовало бы, вышел на работу. Что, в первый раз? А сколько раз с температурой под дождем по подвалам лазили, а сколько…

– Мы тогда были молодые и здоровые. И нам было море по колено.

– А теперь мы – взрослые, умудренные опытом сыщики, – серьезно ответил Лев, шмыгая носом и прыгая на одной ноге, пытаясь попасть в штанину, – закаленные службой. Так что не казни себя. Все нормально.

Гуров собрал группу в участковом пункте полиции поселка Озерки. Собственно, вся группа представляла собой местного участкового майора Спицына и оперуполномоченного уголовного розыска местного отдела полиции. Судя по тому, как эти двое офицеров общались между собой, знали они друг друга давно. Лев Иванович стоял в дверях и смотрел, как шевелились лопатки на обширной спине майора, наливавшего себе чай возле небольшого журнального столика, и как деликатно излагал ему невысокий бледнолицый молодой человек суть розыска мобильных телефонов и иных средств коммуникации.

– Добрый вечер, – сказал он, входя в кабинет.

– Здравия желаем! – подскочил со стула старший лейтенант.

Кабинет был пустой. То есть совсем пустой. Кроме одного офисного серого стола с небольшим рабочим креслом да маленького столика у окна с чайником и чашками, тут были вешалка-стойка у входа и два стула. Все! Ни шкафов с папками, ни сейфа. Такое ощущение, что кабинет большую часть времени пустует. А участковые, бывая в поселке, сюда даже не заходят.

– Полковник Гуров, – представился сыщик, морщась от саднящей боли в горле, и повернулся к высокому майору: – А вы, я так понимаю, местный участковый?

– Так точно. Майор Спицын.

– Оперуполномоченный уголовного розыска, старший лейтенант Котлов, – представился молодой человек, с интересом разглядывая полковника.

– Вы, товарищ майор, пить хотели, – кивнул Гуров на чашку с чаем. – Так пейте, я подожду.

Тот торопливо допил чай, а Лев, пройдясь по кабинету, решительно отодвинул второй приставной стул и уселся на нем сбоку от стола.

– Прошу садиться, – кивнул он офицерам, предлагая майору, как хозяину кабинета, сесть в кресло за столом. – Итак, я пока не могу сказать, в каком режиме будет работать наша группа, но, если понадобится, свяжусь с вашим начальством, и вас освободят от всех других дел. И давайте без церемоний. Нам с вами пахать и пахать по этому делу. Ко мне можете обращаться «Лев Иванович». Вас, товарищ майор, зовут, кажется, Василий Иванович, а вы…

– Сергей Владимирович, – вежливо представился Котлов и тут же поправился: – Сергей.

– Ну, вот и давай, Сергей, – кивнул Гуров. – Я просил, чтобы ты приехал с материалами с места происшествия и первыми данными, которые успели получить за сегодня.

– Так точно, – покраснев, машинально ответил Котлов. – Я вчера дежурил по отделению и выезжал на место убийства в составе оперативно-следственной группы. Машина врезалась капотом в бетонный столб, но загорелась она потом. Салон выгорел почти полностью, капот и крышка багажника были сорваны взрывами бензина, стекла разбили жители соседних домов, когда пытались потушить огонь в машине, и подъехавшие через пять минут пожарники. Вот фотографии, сделанные на месте происшествия уже нашим экспертом.

Котлов протянул несколько снимков и с интересом наблюдал за реакцией полковника. Зрелище представлялось ужасающим. Изуродованная машина, скособочившееся черное тело на остатках переднего сиденья. Причем видно, что затылочной части головы не хватает. На снимке, сделанном спереди, хорошо были видны три пулевые пробоины в лобовом стекле иномарки, как раз на уровне головы водителя.

– Тело подлежит опознанию или оно испорчено огнем до степени неузнаваемости? – спросил Гуров, возвращая снимки.

– Верхняя часть сильно обожжена, кожные покровы обуглены, мягкие ткани частично. Нижняя часть благодаря действиям жильцов окрестных домов и пожарников пострадала меньше. Ноги в основном целы. А голова, если вы обратили внимание, пострадала от попадания пуль. Одна прошла мимо шейного отдела позвоночника и разорвала аорту, вторая попала в область левой глазницы, третья в лобную кость на границе волосяного покрова.