Безделушка - Галина Павлова

– Кто это? – успела заметить меня гостья, все же не желая оставить в покое пиджак Максима. Но хозяин пиджака, похоже, был рад моему приходу.

– Познакомьтесь, моя двоюродная сестра, Марина. Это я насчет нее разговаривал с Олегом.

– Мариночка, это жена моего друга Сергея, Ира.

При слове «сестра» Ира сразу престала обращать на меня внимание, и ее цепкие руки еще не менее получаса впивались в добычу.

Наконец, мы остались одни. Уже сидя со мной за компьютером, Максим задумчиво произнес:

– Достанется Сергею.

– Она его сама выгнала, наверное.

– А зачем тогда ей приходить сюда?

– Ей твой пиджак понравился. Надо было ей его с собой отдать в качестве утешительного приза.

Меня все еще раздражала сцена, которую разыграла Ирина. Максим засмеялся.

– Вот, выйдешь замуж, поймешь ее.

– Я не выйду замуж.

– Почему?

– Не хочу прожить свою жизнь в тихой ненависти.

– А других вариантов разве не бывает?

– Нет. Сказочных принцев не бывает. А несказочные перестают быть принцами, как только надевают домашние тапочки. – Я все еще злилась. На себя. За то, что почувствовала отвратительный укол ревности, и за то, что в последнее время меня волновало присутствие Максима, особенно, когда мы сидели так близко друг к другу около компьютера. – А зачем ты назвал меня сестрой?

– Чудачка. Я договаривался о квартире с нашими общими знакомыми. Моей сестре доверят квартиру, а девочке с улицы…

– Убедил.

– Ты фотографии принесла?

– Извини, забыла. – Я демонстративно зевнула – Спокойной ночи.

– Пока. – Максим разглядывал свои тапочки – Не понимаю, что ты имеешь против домашних тапочек?

Я гордо удалилась, оставив его наедине с его недоумением.

* * *

На следующий день ровно в половине пятого я стояла перед единственным зеркалом в квартире Максима и внимательно разглядывала свое отражение. Изящный серый костюм, подчеркивающий фигуру, гарнитур из серого жемчуга, скромный и элегантный (спасибо родители!), неброский серо-розово-перламутровый макияж. Все подчеркивало мои темно-серые глаза, светлую кожу и копну пепельно-русых волос. Подавись Горнов! Вот тебе одежда, соответствующая моему возрасту и полу. Я самодовольно улыбнулась и заметила в зеркале взгляд Максима. Он смотрел на меня, как на привидение, на лице его была смесь восхищения и суеверного ужаса.

– Мужчины, как вороны, – подумала я – Слетаются на все блестящее.

– Куда это ты собралась?

– На свидание. Ничего? – повернулась я к нему лицом.

– Ничего хорошего. – соврал он немного охрипшим голосом и, как можно, безразличнее добавил – Надолго?

– Не знаю. – Неужели ему тоже не чужда ревность? Настроение у меня резко поднялось.

– Возьми ключи! Я тоже ухожу. Не век же мне тебя няньчить!

В семь часов вечера я сидела за столиком роскошного модного ресторана под странным названием «N. N.», который находился напротив бизнес – центра, где я однажды бездарно потеряла сорок минут, и считался одним из самых дорогих и престижных в нашем городе. На коленях я держала пакет с лекарствами, а напротив меня излучал восхищение моей особой Горнов.

– Без грязи на лице и в женской одежде ты выглядишь совсем иначе! – облек он, наконец, свое восхищение в слова.

– Надеюсь не намного хуже? – хмуро парировала я.

– Во всяком случае, не настолько оригинально – засмеялся он.

– Ничего. Я переживу.

– Итак, с физическими травмами мы разобрались. Рассмотрим возмещение материального и морального ущерба.

– У меня нет никаких претензий! – заторопилась я показать свое бескорыстие.

– А у меня есть. Вмятина на крыле моего нового автомобиля, приведенные в негодность сидения, испорченные костюм и предынфарктное состояние, которое я пережил, когда подумал, что ты погибла. – Он говорил с улыбкой, и глаза его смотрели на меня тепло. Но мне было, почему-то, очень неуютно.

– Чего же вы хотите? Стипендия у меня маленькая, а «натурой» я не торгую. – Шевельнула я губами, так как голос у меня внезапно исчез.

– О нет. Никаких жертв. Я хочу очень немногого. Откровенности. Скажите мне, юная фея, что вы делали около моей виллы с фотоаппаратом, и зачем я вам понадобился сейчас? Вы же сами не верите, что я попался на вашу сказочку об экскурсии? Кстати, никакого партизанского отряда в этой местности не было. Это вам на будущее. Все-таки наше поколение лучше знает историю города. Итак, я весь – внимание.

Как ловко он перехватил инициативу! Но я была не против откровенности.

– Я хотела сфотографировать ваш дом.

– Зачем? Только не врать, что из чисто эстетических побуждений.

– Не буду. Хотела доказать одному архитектору, что его детище построено. И он единственный человек в городе, который этого не знает.

– А почему он этого не знает? – Его изумление выглядело вполне искренним.

– А потому, господин лицемер, что он получил ваш вежливый отказ и оригиналы чертежей. А вот свой гонорар он не получил. Вы можете презирать и всячески игнорировать его как человека, но работа была неплохая, согласитесь. И стоила того, чтобы за нее заплатили.

– Вежливый отказ? Отказался заплатить? Да вы бредите, девушка! Хорошо, если я ему отказал, то почему он меня не нашел и не потребовал объяснений? Это же большая работа!

– Он счел это бесполезным.

– Послушай, я тебе не верю. Я всегда расплачиваюсь за работу. Специально все узнаю. Тебе не кажется, что нам троим, включая твоего архитектора, стоит встретиться? Я постараюсь разобраться в ваших претензиях. Кстати, кем тебе приходится этот человек?

– Мой брат. Двоюродный. – солгала я.

– Оставь мне его телефон.

Пока я рисовала номер телефона в его записной книжке, он смотрел в окно. Его лицо внезапно стало жестким. Окончив свое занятие, я невольно взглянула в том же направлении и мгновенно вскочила.

– А больше не было никаких других причин? – Еще успел спросить он.

– Конечно, нет. – Я уже была на пути к двери. Горнов бросился за мной. На другой стороне улицы, у дверей бизнес-центра двое ребят в черных кожаных куртках умело и страшно избивали Володю. Они были сильнее и крупнее Горнова, но, увидев его, бросили моего бедного товарища, сели в машину и уехали.

– Володя! – я склонилась над ним. Его лицо было сильно разбито. Он тихо стонал и держался за живот.

– Кто это? – хмуро спросил Горнов. Я объяснила. Мой спутник поднял Володю на руки, перенес в машину. Володя был худым и маленьким, и выглядел в руках Горнова, как подросток.