Кольцо с вензелем «Л» - Ирина Глебова

В двери постучали, и когда майор громко сказал: «Войдите» – в кабинет шагнула полная, но энергичная и подтянутая фигура сержанта Васильева. Именно эта фигура, а также всегда приветливо-весёлое настроение сержанта, сподвигли как-то майора назвать его бравым солдатом Швейком. Поразительно, но через время Васильев сказал ему:

– Читаю эту книгу, товарищ майор, что вы сказали, про Швейка. Толстая очень, но я одолею.

Ляшенко кивнул приветливо сержанту, вспомнил, что утром видел того на входе в Управление, за застеклённой стойкой дежурного. Догадался: прислали что-то сообщить.

– Товарищ майор, – браво отрапортовал дежурный, тараща смешливые круглые глаза. – Приказано доложить вам. По делу о сегодняшнем убийстве на вокзале.

– Слушаю, докладывайте, – тут же встрепенулся Антон.

Он как раз сидел за компьютером, составлял план розыскных работ по этому случаю. Его сотрудники уже определили три поезда, пришедших на вокзал приблизительно в нужное время, да ещё две электрички. С электричками дело будет сложное, с поездами шансов больше, но предстоит повозиться. Однако дело делается. В проходящем поезде из Адлера поехали двое оперативников. До станции Лозовая они опросят всех проводников и пассажиров. Вдруг повезёт: кто-то вспомнит погибшую девушку и что-то, связанное с ней. Для двух других поездов – из Донецка и Феодосии, – Харьков конечная станция. И, увы, бригады распущены по домам. Сейчас уточняют фамилии проводников и их адреса.

Но то, с чем пришёл сержант, явно не по этой линии. Оперативники, будь у них новости, вышли бы прямо на него. Значит – звонок? Неужели объявился свидетель?

И точно, Васильев доложил:

– Звоночек только что поступил, про девушку эту. Как зовут и каким поездом ехала.

– Отлично! – Майор быстро встал, кивнул. – Пойдём, послушаем запись.

Уже давно все звонки на телефон дежурного автоматически записывались. Ляшенко сел к столу за стеклянной перегородкой, нажал кнопку воспроизводства, отступил на два звонка назад – за короткое время успели ещё позвонить сюда. Вот она, эта запись! На всякий случай глянул на Васильева, тот кивнул.

Три раза прослушал Антон короткое сообщение: «Хочу сказать о девушке, которую убили на вокзале. Она приехала Донецким поездом, садилась в Ясиноватой. Звать Елена. Ехала к человеку, за которого хотела выйти замуж». Всё.

_ Сделайте мне прямо сейчас эту запись на кассету, – приказал Ляшенко.

У себя в кабинете он ещё несколько раз прослушал сообщение. Но уже и сейчас мог кое-какие выводы сделать.

Звонил молодой мужчина, не юноша, но явно очень молод. Голос одновременно мягкий и звонкий, и такой, о котором говорят «интеллигентный». Обороты не казённые: не «могу сообщить», а «хочу сказать». Не волновался, значит свои несколько коротких чётких фраз продумал заранее. Скорее всего, увидел сюжет в городских новостях – там бегущей строкой шли телефоны, по которым можно позвонить…

Антон ещё дважды прослушал запись, и уловил-таки небольшую паузу перед последней фразой. Похоже, молодой человек собирался закончить чуть раньше – на имени девушки. Но в последний момент решился, добавил: «Ехала к человеку, за которого хотела выйти замуж». И положил трубку сразу, не ожидая ответа и вопросов, словно дал понять: «Больше ничего не знаю».

«Нет, дорогой анонимный абонент, знаешь!» – мысленно воскликнул Антон. Построение последней фразы говорит именно об этом. Во-первых, звонивший знал о планах погибшей девушки. Значит, у них были доверительные отношения, возможно дружба, давнее знакомство… Нет, сам себе возразил Антон, тогда бы этот парень назвал её фамилию – он ведь явно хотел помочь следствию. Но всё равно: о женихе он знал. Хотя не сказал этого слова – «жених». Почему? «…Человек, за которого хотела выйти замуж». Она хотела, а он, этот человек? Хотел на ней жениться? Ждал её приезда? Звонивший явно сомневался и, возможно сам того не желая, дал ему, майору Ляшенко, почувствовать это сомнение.

Антон мысленно поблагодарил неизвестного парня: тот очень облегчил им работу. Теперь личность погибшей будет быстро установлена, а там – потянутся ниточки. В первую очередь, конечно, к «жениху»…

Позвонили из Лозовой. Лейтенант сообщил, что адлеровский поезд тщательно «прошустрили», но результатов нет.

– Всё в порядке, – успокоил его Ляшенко. – У нас уже есть кое-что, погибшая не вашим поездом ехала, возвращайтесь.

Следом был звонок из анатомической лаборатории.

– Майор, полные результаты вскрытия я сделаю завтра, но главное, что вам может уже пригодиться… Девушка была беременна, срок – около двух месяцев.

– Спасибо, Сергей Михайлович, вы подтвердили реальное существование «жениха». У нас как раз появились такие сведения.

– Рад стараться, – устало ответил патолог.

Дальше дело пошло по накатанной дорожке. Запрос на станцию Ясиноватая: кто садился вчера вечером на поезд Донецк-Харьков? И быстрый ответ: было продано пять билетов, в разные вагоны. Еленой звали одну пассажирку – молодую девушку по фамилии Крикуненко. Она села в седьмой вагон на двенадцатое место.

Антон приказал свернуть все работы по определению проводников Донецкого и Феодосийского поездов. Быстро выяснил, кто работал в седьмом вагоне состава Донецк-Харьков. По адресу Лидии Васильевны Бойко отправился сотрудник с заданием доставить её прямо в кабинет майора Ляшенко.

Вокзалы, поезда, вагоны, тамбуры, короткие и длинные остановки в пути, попутчики, знакомства… Всё это можно назвать «романтикой дальних дорог». Но можно и по-другому: неожиданности железнодорожного путешествия. И далеко не всегда приятные, как в старом фильме «Девушка без адреса»: знакомятся в поезде парень и девушка, влюбляются, теряются, ищут друг друга, находят. Хорошие парень и девушка… А если не хорошие? Если девушка определённого типа, ищущая богатого попутчика? Или парень – уголовный тип, ловец хорошеньких девушек?

Майор Ляшенко много знал криминальных историй, связанных с железной дорогой, вокзалами, поездами, вагонами… Потому и хотел лично поговорить с проводницей. Женщины этой профессии обычно наблюдательны, они ведь тоже много чего видели на своём «пути».

Лидия Васильевна не знала, зачем её попросили приехать в Управление милиции: сказали, что нужна её помощь. Молодой симпатичный майор попросил называть его Антоном Николаевичем, усадил за свой стол, сказал: