Нимфа с большими понтами - Дарья Калинина

— Занятная штучка! — польстила младенцу Кира. — Но все-таки, племянничек, где же твоя мамаша?

Тот в полном восторге замахал ногами и описался.

— Мужчина, — с удовлетворением отметила Кира.

В общем, девушке было чем заняться со своим племянником. На скуку она не жаловалась. Отнюдь!

Однако время шло, а Фёкла не появлялась. Когда прошло почти полтора часа, Кира поняла, что надо идти в магазин самой. Младенец упорно требовал еды. Кира пыталась напоить его молоком из ложечки, но оно больше проливалось. И скоро все огромное пушистое полотенце, которым Кира замотала ребенка, стало насквозь мокрым.

— Нет, так ты не наешься! — огорченно признала свое поражение Кира. — Придется нам с тобой, малыш, самим идти в магазин за рожком и соской. А твою маменьку мы ждать больше не можем. Ты как? Не против?

На улице было тепло. Стоял июнь месяц. Старенькое и порядком грязное одеяло Кира брезгливо отложила прочь. А ребенка завернула в синюю махровую купальную простынку, рассудив, что так он точно не замерзнет.

— А потом купим тебе в магазине приданое, — утешила младенца Кира.

И тот не возражал. Вообще нрав у него был спокойный. Плакал он лишь, когда его что-то беспокоило. Но сейчас малыш был чистый, сравнительно сытый, так как часть молока все же попала ему в рот, и к тому же, по словам тетки, ему предстояла прогулка. В общем, до аптеки Кира с младенцем дошла вполне благополучно. Но тут возникла неожиданная проблема.

Чтобы достать из сумки деньги и расплатиться за покупку, Кире надо было освободить обе руки. А куда деть в таком случае ребенка?

— Что же вы, мамаша, коляску-то не позаботились купить своему малышу? — услышала она недовольные голоса из очереди.

— Она сломалась! — быстро соврала Кира.

Какая-то сердобольная тетка, покачав головой, взяла у нее живой сверток. И держала, пока Кира расплачивалась за покупки.

— Спасибо, — поблагодарила Кира женщину.

Она уже направилась к выходу, но внезапно остановилась. Стоп! Аптека работает. Выбор детских товаров — сосок, рожков, присыпок, шампуней и даже кремов — в ней огромный. От дешевых и простеньких отечественных до красочных, но не слишком качественных китайских. И даже итальянские и финские были представлены в изобилии. Так что другую аптеку искать и не надо. Так где же в таком случае шляется эта горе-мать — ее сестра Фёкла? Куда она делась?

Круто развернувшись, Кира пошла обратно. В очереди ее еще помнили и заулыбались.

— Что-то забыли? — спросила у Киры девушка в окошке.

— Извините, — вздохнула Кира. — Может быть, у меня немного странный вопрос. Но очень вас прошу, постарайтесь вспомнить, к вам около часа назад не заходила такая женщина? — И заторопившись, что ее могут не понять, Кира принялась объяснять: — Ну, не очень молодая, на вид лет тридцати пяти. Довольно… м-м-м… полная и неопрятная. С ссадиной на щеке. И с крашеными волосами. У корней они сильно отросли и видно, что темные.

— Я на лица-то обычно и не смотрю, — довольно любезно ответила ей девушка. — Мне в окошко только руки и видны.

— А у нее был такой приметный кошелек! — поспешно произнесла Кира, всерьез опасаясь, что ее сейчас просто прогонят. — Яркий с блестящими попугаями!

— И во что она была одета? — спросила у Киры фармацевт, на лице которой мелькнуло странное выражение тревоги.

Но Кире сейчас было не до физиогномических наблюдений. Младенец у нее на руках беспокойно зашевелился. И снова жалобно закряхтел. Похоже, выпитое им молочко было не такой уж безопасной штукой, как уверяла Фёкла.

— На ней была светлая, только очень сильно испачканная юбка, блузка голубенькая в цветочек и темная вязаная кофта, — сказала Кира, не сочтя нужным упомянуть, что и то, и другое, и третье было уже Фёкле здорово мало.

Этого и не понадобилось. Услышав описание Фёклы, провизорша всплеснула руками:

— Ой! Так это же вашу знакомую тут на дороге и сбили!

— Как? — прошептала Кира в одночасье онемевшими губами. — Как сбили?

— Очень просто! — округлив глаза, ответила ей провизорша. — Машиной! Прямо перед нашей витриной и сбили. И к нам принесли, пока «Скорую» ждали.

— Так она жива? — обрадовалась Кира.

— Какое там жива! — печально вздохнула провизорша. — Скончалась. Можно сказать, вот на этом самом диванчике и скончалась.

И она ткнула пальцем в обитую красным дерматином лавочку. У Киры потемнело в глазах. Младенец у нее на руках, разом превратившийся в сироту, внезапно потяжелел. Откуда-то издалека до Киры донеслись возмущенные голоса, потом ее подхватили, рукам стало неожиданно легко, и Кира уплыла в небытие.

Очнулась она от резкого запаха и ужасной мысли.

— Ребенок! — завопила Кира, поднимаясь. — Где ребенок?

— Да вот он! — сказала какая-то женщина и показала синий сверток с торчащими оттуда ручками и головой в шапочке. — Все с ним в порядке. Ты-то сама как?

— Вроде бы ничего, — приложив руку к голове, ответила Кира.

— Это надо же людям такие новости без всякой подготовки сообщать! — возмутилась женщина, увидев, что Кира в самом деле пришла в себя. — Тут и у молодых сердце отказать может.

— Она вам кто была? — спросил мужчина.

— Кто?

— Ну, эта женщина, которая погибла?

— Сестра, — прошептала Кира, не в силах поверить, что все это в самом деле происходит именно с ней.

В один день она обрела родственницу, можно сказать, единственную близкую родню. И тут же умудрилась ее потерять. Это же надо! Внезапно Кире стало ужасно, просто до горючих слез жалко свою сестру. При жизни она ее никогда не знала и даже не слышала о ее существовании. Когда та неожиданно появилась да еще с грудным младенцем на руках, Кира не обрадовалась, а лишь была ошарашена свалившимися на нее проблемами. И вот теперь до нее внезапно дошло, что эта Фёкла могла стать самым близким ей человеком.

Ну и что с того, что она была на редкость малообразованной? Не в десяти классах школы счастье! Может быть, душа у Фёклы была золотая. Да наверняка. Золотая! Но теперь-то уж не узнать этого Кире никогда! Нет, не узнать! И так Кире стало жалко свою сестру, что из глаз ее сами собой потекли слезы.

— Ну! Не реви! Не реви! — засуетились вокруг нее люди. — Ребенок-то не виноват. А он и есть хочет! Домой иди! Покорми хоть его. Да и другим родственникам сообщи, что с сестрой-то случилось. Похороны там надо организовать. И все такое.

Кира покивала головой и послушно поплелась домой. Там она машинально прочитала инструкцию на купленной в аптеке упаковке с молочной смесью, приготовила питание для ребенка. Для чего сначала вскипятила чайник, потом ошпарила новенькую бутылочку, которая хоть и продавалась в стерильной упаковке, но в аптеке Кире предложили не пренебрегать дополнительными средствами гигиены. И сунув наконец ребенку рожок, в который тот жадно вцепился, придерживая бутылочку, другой рукой набрала знакомый номер.