Один из нас - Алексей Стрельцов

Маргарита запыхтела.

— Нет, нету.

— Давно работаете?

— Я индивидуалка, — после паузы проворчала она. — Обслуживаю на дому. Живу на участке Самохина, как видите. Так и познакомились.

— Он вас прикрывал?

— Что-то вроде.

— За?

— Три-четыре раза в месяц у него, я же вам сказала.

— То есть, денег вы ему не давали?

— Денег? — фыркнула Маргарита. — Вы у него дома были? С деньгами у него проблем не было, если что. Так что он брал просто… ну, натурой. Три-четыре раза в месяц.

— Откуда у него деньги были, он не говорил? Может, случайно, ненароком, по пьяни или, там, после секса?

— Я вам серьезно говорю, — устало покачала головой Маргарита. — Я ничего не знаю о нем и его делах. Кто я ему такая, чтобы он со мной лясы точил? Отработала — до свиданья, — и тут же она демонстративно посмотрела на часы. — Слушайте, это вообще надолго? Я на шейпинг хожу. Мне нужно форму поддерживать… если вы понимаете.

Матвеев понимающе заулыбался.

— Конечно. Как без этого. Кстати. Вы в курсе, что держать себя в отличной форме помогает йога? — он ловко выудил из кармана визитку и протянул Маргарите. — Вот, здесь сайт указан. Там очень дешево, а первый урок бесплатно.

Маргарита оторопело уставилась на Матвеева.

— А вы… точно из ментуры?

***

Криминалист включил переносную флуоресцентную лампу. От отражателя хлынул синий свет, заливая ультрафиолетом пол под ногами криминалиста.

— Что нашел? — снова спросил Туров.

— Сейчас сам увидишь.

Они находились в той части гаражей городского УВД, которая была застолблена за экспертно-криминалистическим отделом. Покореженные черные останки «Ситроена» Самохина стояли у стены, рядом с двумя другими — менее поврежденными — автомобилями, тоже присланными сюда на экспертизу.

— Идем сюда.

Криминалист натянул перчатку и поддел крышку багажника. Она медленно поползла вверх, сбрасывая с себя хлопья сажи — словно перхоть с головы. Эксперт направил луч лампы внутрь.

— Смотри.

Туров заглянул в багажник. Свет ультрафиолета выхватил металлическое днище багажника — его правую половину. На обуглившемся днище виднелись несколько бесформенных, словно тучки в ненастье, ярко-голубых пятен — одно размером с приличную тарелку, два других помельче — с блюдце.

Туров все понял.

— Только на полу?

— Угу. Пробы уже взяли. Не знаю, смогут группу определить или нет, у них спроси. — криминалист поковырял в носу. — Понимаешь, что это значит?

Туров вздохнул.

— Здесь перевозили труп.

— Не просто труп…

— То есть?

— Обрати внимание, — криминалист ткнул в сторону, где кривыми обугленными нитками лежали лохмотья неопределенного происхождения. — Это же багажник, то есть, здесь коврик был.

— И?

— Само собой, коврик сгорел полностью. После него какие-то сопли только остались, вот они. А все эти дела сквозь коврик протекли.

Туров нахмурился.

— То есть, кровь хлестала конкретно.

— Не то слово. Чтобы сквозь толстый коврик протекло, я не знаю, сколько там вытечь должно было. Литра полтора-два, не меньше. Так что тот, кого тут перевозили… над ним славно поработали.

— Черт, — хмуро вздохнул Туров. — Значит… значит, мокруха.