Телохранительница - Владимир Колычев

Патрик с трудом открыл глаза. Досталось ему — шесть пуль в один бронежилет. Хорошо, в голову не стреляли.

— Это Захар, я знаю… — едва слышно проговорил он.

— Он в тебя стрелял? — настороженно спросила Жанна.

— Нет. Но из его команды…

— Кто?

— Не могу сказать… Там грим был… Просто глаза знакомые… Я вспомню, скажу…

— Это война?

— Ты сейчас должна ехать домой и закрыться там.

— А ты?

— Я завтра… Сегодня вряд ли… Завтра…

Патрик закрыл глаза и погрузился в обезболивающий сон. Врачи говорят, что внутренние органы целы, жить будет. Не так все плохо, как могло быть, но и хорошего мало.

Жанна вышла из отделения, Боб и Квинт увязались за ней.

— Эй! А за Патриком кто будет смотреть? — возмутилась она.

— Так это, Патрик сказал… Ты же без охраны, — пожал плечами Боб.

— А Патрик с охраной был, и что? — усмехнулась Жанна. — Или охрана такая?

— Так не было нас, — мотнул головой Квинт.

— А где вы были?

— Так это, Патрик нас отправил…

— Куда?

— Ну, надо было…

— Ко мне сестра приехала, — сказал Боб, — надо было встретить.

— Вдвоем встречали?

— Ну-у… — Боб и Квинт переглянулись.

— Если Патрик с бабой был, я вас кастрирую! — отрезала Жанна.

После того как он сам станет скопцом, мысленно продолжила она.

Вдруг Патрик действительно был у бабы? Что, если у Варвары?.. Но сейчас ей не хотелось ничего выяснять. Домой надо ехать, там охрана, там безопасно.

Она вышла из главного больничного корпуса, направилась к своей машине.

— Жанна! — выстрелом прозвучало за спиной.

Она вздрогнула, остановилась, обернулась. Так и есть, к ней подходил Захар. Голова без шапки, дубленка нараспашку, и это в лютый мороз. Мало того, лоб у него был перебинтован, как у раненного в голову комиссара. Но повязка совсем свежая, возможно, ее наложили только что.

Чуть в стороне за ним стояли его люди. И у них у всех куртки распахнуты, возможно, там оружие.

— Ну, здравствуй! — совсем не приветливо улыбнулся Захар.

— И не страшно против меня одной? — съязвила Жанна и выразительно посмотрела на повязку: — Что ты здесь делаешь?

— Стреляли.

— Кто?

— А ты не знаешь?

— Нет, — не отводя глаз, соврала Жанна.

Знала она, кто мог стрелять в Захара, но было бы верхом идиотизма сознаваться в этом.

— А я знаю.

— Ты первый начал!

— В Патрика стреляли сегодня, а в меня позавчера.

— Только попробуй, тронь его! — Жанна невольно глянула на дверь, через которую Захар собирался проникнуть в больницу, в травматологическое отделение к Патрику. Там всего два охранника, а их — целая орава.

— И сегодня в меня стреляли… Два-один — в вашу пользу. Но это по ударам в створ ворот, — усмехнулся Захар, — а меня интересует голевой счет…

— Мой отец в коме! Чей это гол?

— Не знаю.

— А я знаю! Это ты! — Жанна закашлялась от морозного воздуха, который она слишком резко вдохнула.

— Представь себе, нет.

— Я тебе не верю!

— Можно было бы встретиться, поговорить, но ты выбрала другой путь… Зря.

— Это не я!

— А кто?

— Ну-у… — замялась Жанна. Она точно знала, что нельзя выдавать ни Патрика, ни Фадея.

— Если не ты, значит, твой номер шестой… — усмехнулся Захар.

— У кого номер шестой?

— Езжай домой. И ничего не бойся.

— А Патрик?

Захар ничего не сказал. Отвернулся от Жанны и направился к машинам, которые стояли в отдалении. Его бойцы направились за ним.

Захар уходил, это значило, что Патрика он не тронет. Уходил и оставлял Жанну в покое. Значит, он действительно держал ее за шестой номер. Но, видимо, он прав. Жанна хоть и рвалась в бой, но ничего не решала. И даже не знала, кто стрелял в Захара. И почему два раза?

Снайпер стрелял издалека, с чердака пятиэтажного дома, откуда была видна только дальняя часть двора с боксами. Он наверняка знал, что Захар там рано или поздно появится.

— Как же он здесь согревался? — спросил Жак, осматривая промерзлый, насквозь продуваемый ветрами чердак.

— Как долго он ждал? — подхватил Рапс.

— Ну, если вести отсчет с понедельника, то как максимум четыре дня, — пожал плечами Захар.

В понедельник он точно был в этой части двора, и снайпер мог его подстрелить, но его в понедельник не было.

— Со вторника надо считать, — сказал Жак. — Первая попытка не удалась, вторую перенесли сюда.

— А у нас когда вторая попытка? — строго глянул на него Захар.

— А что я сделал не так? — нахохлился тот.

— Я не разрешал, и больше так не делай.

— Без подготовки нельзя… — качнул головой Рапс. — Без подготовки — лажа, в бронежилет.

— Зато без трупа, а страху нагнали…

— В голову надо было, — гнул свое Рапс.

— В следующий раз тебя с собой возьму! — жестко глянул на него Жак.

Захар кивнул. Это хорошо, что Жак рвется в бой. Не дурак, да еще с инициативой — без таких людей как без крыльев. Без них только ползти… Но иногда лучше ползти, чем убивать. Иногда, но только не сейчас.

— Розу нашел? — спросил он у Рапса.

— Да ищем.

— Плохо ищешь.

— Так это, и Агата пропала. Нет ее дома.

— Извращенца за жабры возьми, — подсказал Захар.

— Э-э… — замялся Рапс. — Я так глубоко не копал…

— Давай думать, как пацанов размещать будем.

— На казарму? — спросил Жак.

— У тебя есть другие варианты?

Жак покачал головой. Он и сам в такие вот острые моменты, как сейчас, предлагал переводить братву на казарменное положение. А разместить личный состав нетрудно — места в офисе много, матрасов хватает на всех. И горячее питание организовать не проблема. Стволы есть — как законные, так и не совсем. Вместе нужно держаться, тогда никакой враг не страшен.

Горячая ванна разморила, Жанну потянуло в сон, но вдруг появился Фадей с его холодным волчьим взглядом.

— Захар сказал, что не стрелял в отца, — качнула она головой.

— А в Патрика?