Enter - Карл Ольсберг

Graviel: Люди, устроившие мне травлю, способны на это, и они ни перед чем не остановятся.

Sir Ironmountain: Кто они?

Graviel: Я точно не знаю. В любом случае — плохие парни.

Sir Ironmountain: Где вы?

Graviel: Я здесь. И этого достаточно.

Sir Ironmountain: Вы в курсе, что выдан ордер на ваш арест?

Graviel: Да.

Sir Ironmountain: Вы должны сдаться! Иначе я не смогу вам помочь.

Graviel: Если я сдамся, они победят. И тогда уже я не смогу ничем вам помочь.

Sir Ironmountain: Помочь в чем?

Graviel: Вирус, который обнаружил Портвейн, был лишь обманным маневром. Я подозреваю, что все управление поражено куда более опасной заразой: червем, подобных которому я никогда не видел.

Sir Ironmountain: Червь?

Graviel: Вредоносная программа. Я еще точно не понял, что она делает, но есть кое-что, указывающее на место ее возникновения — институт вашей новой подружки.

Sir Ironmountain: Что вы себе позволяете!

Graviel: Я не хочу портить дегтем ваш медовый месяц, но, боюсь, интерес госпожи ученой к вам наигран. В этом институте происходит нечто, нечто очень серьезное. Убийство ВМ связано не с АТР, я уверен.

Sir Ironmountain: А с чем же?

Graviel: Скажем так, институт работает над сверхсекретным проектом. Над умным червем, например, который способен обходить любые меры безопасности — идеальной шпионской программой. ВМ руководил проектом. Может быть, по этой причине ТА с ним поссорился. Помните, он в связи с конфликтом упоминал о модели Мак-Каллока — Питтса?

Sir Ironmountain: Да.

Graviel: Я нашел в черве на моем компьютере структуры, похожие на эту модель, хотя и в более сложном виде. Короче говоря, у этого червя — нейронная сеть примерно из двадцати тысяч ячеек.

Sir Ironmountain: Что это значит?

Graviel: Это значит, что он обладает примитивным интеллектом, как, например, у муравья. Его недостаточно, чтобы решать сложные задачи, но достаточно, чтобы ловко обходить программы безопасности и внедряться в операционные системы.

Sir Ironmountain: Почему, как вы думаете, погиб ВМ?

Graviel: Я точно не знаю. Может быть, он хотел закрыть проект и знал слишком много. Или же он грозился рассказать обо всем общественности. И когда АТР разослала письма с угрозами, то убийца воспользовался возможностью свалить вину на активистов.

Sir Ironmountain: И этот червь сейчас в компьютерах БУУП?

Graviel: Возможно. Но это точно не та программа, которую нашел Портвейн. Это был всего лишь обманный маневр, чтобы вывести меня из игры.

Sir Ironmountain: Если все так, как вы говорите, вы смогли бы обнаружить червя на наших компьютерах?

Graviel: Смог бы.

Sir Ironmountain: Тогда сдайтесь, и я позабочусь о том, чтобы подозрение в отношении вас тщательно пересмотрели.

Graviel: Забудьте. Я не вверю свою судьбу в руки Портвейна. Лучше уж сразу прыгнуть под поезд.

Sir Ironmountain: Вы верите, что сможете скрыться навсегда?

Graviel: Я прекрасно сумею исчезнуть из поля зрения, по крайней мере на время, пока дело не прояснится.

Sir Ironmountain: Как мне быть без вашей помощи?

Graviel: Обратите внимание на источник.

Sir Ironmountain: Вы имеете в виду институт?

Graviel: Именно. Вы помните, я сказал вам, что не понимаю, зачем им такие вычислительные мощности? Кажется, я догадался.

Sir Ironmountain: И зачем же?

Graviel: Червь — простейшая единица, вроде рабочего муравья в муравейнике. Компьютерные кластеры института — муравейник. А внутри него сидит королева.

Sir Ironmountain: Допустим, это правда, но как я это докажу? Вы предлагаете обыскать институт?

Graviel: Это ничего не даст. Они успеют уничтожить все следы, это делается простой командой, вроде моей «R42E».

Sir Ironmountain: Разве тем самым они не уничтожат результаты своей многолетней работы?

Graviel: Не будьте так наивны. Мы говорим о цифровых структурах данных. Их можно копировать и хранить в надежном месте. У них точно есть бэкапы, но вы до них никогда не доберетесь.

Sir Ironmountain: Мне одно неясно. Зачем институту заниматься чем-то подобным?

Graviel: Разве не очевидно? Кто мог бы оказаться заказчиком такого проекта? Скорее всего, секретная государственная организация, предположительно зарубежная. Китайцы, русские, арабы — кто угодно. Они не гнушаются устранять неудобных свидетелей, поэтому я думаю, что заказчики — не наши.

Sir Ironmountain: И тайная заграничная служба запросто отдает заказ немецкому институту?

Graviel: А почему бы нет? Институт — с мировым именем, и, если дело всплывет на поверхность, они легко смогут отвертеться. Думаю, РГ не очень хорошо понимает, кому именно она продала душу. Sir Ironmountain: Вы обвиняете ее в измене родине?

Graviel: За деньги эти люди готовы на все, не так ли? Sir Ironmountain: Мне так не кажется.

Graviel: Откройте глаза, шеф!

Глава 43

— Как прошла вчера встреча с Беном? — спросил Йаап, когда шеф зашел в кабинет.

Айзенберг немного помедлил, прежде чем ответить:

— Он не пришел.

— Неудивительно. Он хотя бы оставил вам какое-нибудь сообщение?

И снова молчание. Похоже, что шеф теперь и ему не доверяет.

— Господин Варнхольт подозревает, что в стенах ИИИ был разработан умный вирус и Меллек погиб из-за него.

— Тот самый вирус, из-за которого его отстранили от службы?

— Нет. С его точки зрения, он стал лишь объектом обманного маневра, дабы быть исключенным из игры.

— А что ему остается говорить!

— Я склонен ему верить. Если бы это он установил вирус, то господин Порт… эээ… господин Гартвейн не уличил бы его так быстро.

— И этот другой загадочный вирус все еще здесь?

— Не знаю. Не исключено. Варнхольт полагает, что этот вирус обладает примитивной формой интеллекта и может обходить обычные меры защиты.

— Зачем ИИИ заниматься подобными разработками? — спросила Клаудия.

— Этого мы точно не знаем, но вероятнее всего, они действовали в рамках стороннего заказа, за которым, возможно, стоит зарубежная спецслужба.

— И зачем им заражать вирусом систему БУУП? — спросила Клаудия.

— Если подозрения Варнхольта — правда и Мел-лек был убит не АТР, а этими ребятами, то у них есть веская причина помешать нашему расследованию. И в первую очередь им нужно выяснить, что происходит в стенах БУПП.

— Йаап? Тебе нехорошо? — спросила Клаудия. — Ты побледнел.

Он уклонился от ее взгляда.

— Ничего страшного. Спал плохо ночью.

К счастью,