Заклятие древних маори - Найо Марш

— Вы имеете в виду Эру Саула? Да. Он и в самом деле довольно беспутный парень. Без царя в голове. Некому за ними присматривать. Мы уж столько раз пытались ему помочь, но он всякий раз неизменно срывался. Жаль, конечно, но ничего не попишешь.

Гаунт строго посмотрел на полковника.

— Вы же сами сказали, что он пил пиво.

— Да, но он был совершенно трезв и — я уверен — говорил чистую правду.

— Хорошо, полковник. — Гаунт устало опустил руки на стол. — Будь по-вашему. Я сдаюсь. Да, я и впрямь встретился с Квестингом и высказал ему в глаза всё, что о нем думал. Я надеялся об этом умолчать, чтобы избежать ненужной огласки. Окажись здесь мой агент, мне бы не сдобровать. Верно, Дайкон? Я хочу только одного — чтобы моё имя не оказалось впутанным в эту историю. Я абсолютно убеждён, что прав доктор Акрингтон, и все это дело подстроено. И хочу ещё раз извиниться перед вами за своё безрассудное поведение. Я понял, что допустил ошибку. Простите.

— Скверно это, — поморщился Саймон. — Мы ведь все под подозрением. Не пойму, на кой черт вам понадобилось врать с три короба.

— Вы правы, — сокрушённо признал Гаунт. — Я виноват.

— Если начнут трепаться про убийство… — начал Смит, но Гаунт тотчас оборвал его.

— Если речь зайдёт об убийстве, — подхватил он, — то именно эта история и обеспечивает мне полное алиби. Ведь этот ваш метис показал, что видел, как я уходил по шоссе. Кстати, теперь я и сам припоминаю, как миновал какую-то лачугу, внутри которой горел свет. Даже, помню, пивком оттуда потянуло, А источники находятся как раз в совершенно противоположном направлении оттуда. Словом, передайте своему мистеру Саулу мою искреннюю признательность.

— Да уж, скажите спасибо, что вам так пофартило, — прогудел доктор Акрингтон, буравя Гаунта глазами. — И впредь советую вам придерживаться этих показаний — менять алиби в очередной раз вам уже вряд ли удастся.

— На сей раз я сказал сущую правду, — улыбнулся актёр. — Вы не возражаете, если мы перейдём к следующему лицу?

— Какая наглость… — вспылил Саймон.

— Саймон! — в один голос закричали его родители. А полковник добавил:

— Немедленно извинись перед нашим гостем, — гневно потребовал полковник.

К изумлению Дайкона, Саймон вдруг сник и вяло принёс свои извинения Гаунту.

— Давайте и в самом деле заслушаем остальных, — предложил Фолс. — Скажем, вас, Акрингтон.

— Бога ради. Начну я с того, что, подвернись мне Квестинг вчера под горячую руку, я бы непременно сделал из него отбивную. Во всяком случае, покидая клуб, я мечтал, как отделаю его по первое число. Увы, он мне так и не попался. Я тоже слышал какие-то голоса — должно быть, Гаунта с Квестингом, — но тогда не узнал их. Решив, что Квестинг находится уже на полпути к дому, я припустил следом, надеясь настичь его. Так и добрался до самого дома, не встретив ни души.

— Могу я поинтересоваться, чем было вызвано ваше желание сделать из него отбивную? — полюбопытствовал Септимус Фолс.

— Разумеется. Отвечу так: его поведением на концерте. Оно стало последней каплей. Ещё вопросы? — громко спросил доктор Акрингтон.

— У меня вопрос, док, — прогундосил Смит. — Алиби у вас есть?

— Нет.

— Понятно.

— Ещё вопросы?

— Мне хотелось бы знать, — произнёс Фолс, — удалось ли вам заметить, что тропа обвалилась?

— Спасибо, Фолс, — поклонился доктор Акрингтон. — Хоть у вас хватило ума спросить. Так вот, леди и джентльмены, ничего подобного я не заметил. Впрочем, и флажка я не видел, хотя это довольно странно. Но в том, что тропа была цела, я убеждён.

— Может, вы просто отвлеклись, дядюшка? — внезапно спросила Барбара. Дайкон заметил, что все мужчины посмотрели на неё, как на курицу, которая внезапно обрела человеческий голос.

— Маловероятно, — с достоинством ответил доктор Акрингтон. — Теперь твой черёд, Эдвард.

— Очень жаль, что вас никто не видел, — нарочито громко произнёс Гаунт.

— Жаль, — согласился доктор Акрингтон. — Я сознаю всю уязвимость своего положения. Тем более, что этот ослиный балбес Уэбли не преминет им воспользоваться и пристанет как банный лист. Конечно, мне было бы куда проще, если бы нашёлся хоть один свидетель.

— Но у тебя есть такой свидетель, Джеймс, — проговорил полковник. — Я ведь тебя видел.