Три проблемы для Золушки - Джанет Иванович

- Вы не можете надеть наручники на мистера Клушу! – возразил Стюарт. – Что подумают дети?

- Лично я не стала бы тешить себя надеждой, что они в сильном восторге, - вмешалась Лула. - Можно подумать, ты Санта Клаус. Смотри правде в глаза, ты просто какой-то маленький нытик, одетый в дурацкий костюм.

- Подумаешь, великое дело, - сказала я Стюарту насколько можно спокойно. – Я только надену наручники и выведу тебя за дверь, и, если проделать это быстро и тихо, никто даже не заметит.

Я протянула руки и попыталась защелкнуть наручники на Стюарте, но он стукнул меня цыплячьим крылом.

- Оставьте меня в покое, - произнес Стюарт, выбивая наручники у меня из рук и посылая их в полет через весь зал. – Я не собираюсь в тюрьму!

Он схватил горчицу и тюбики с особым соусом с прилавка.

- Оставайтесь на месте! – приказал он.

У меня имелся перцовый баллончик и электрошокер, но показалось непомерным превосходством сил использовать их против цыпленка, вооруженного всего лишь особым соусом.

- Я не могу тратить на тебя весь день, - заявила Лула Стюарту. – Я просто хотела взять цыплят и вернуться к работе, а ты меня задерживаешь. Ну-ка, положи обратно эти глупые тюбики.

- Не надо недооценивать эти тюбики, - предупредил Стюарт. – Я могу много бед натворить с их помощью. - Он поднял вверх красный тюбик. – Вот это видели? Это не старый особый соус. Этот сверхострый особый соус.

- Подумаешь, - хмыкнула Лула. – Полагаю, он только будет фыркать, как неисправный распылитель-брызгалка.

Лула сделала шаг по направлению к Стюарту, и ХЛЮП, Стюарт произвел выстрел горчицей ей в грудь.

Лула остановилась.

– Что за …

ПЛЯМС! Особый соус очутился поверх горчицы.

- Вы это видели? – произнесла Лула, голос набрал небывалую высоту и стал похож на голос Минни Маус. - Он окатил меня струей соуса! Мне придется нести эту куртку в химчистку.

- Вы сами виноваты, Толстуха, - парировал Стюарт. – Вы вынудили меня.

- Ну, все, - сказала Лула. – Прочь с дороги. Я его убью.

Она ринулась вперед, потянувшись руками, чтобы схватить Стюарта за цыплячье горло, поскользнулась на горчице, вытекшей из тюбика Стюарта, и грохнулась на задницу.

Стюарт кинулся прочь, проталкиваясь между столиков и клиентов. Я кинулась за ним и на ходу подставила подножку. Мы оба рухнули на пол в вихре куриных перьев, Стюарт выдавливал свои тюбики, а я сыпала ругательствами и хватала его. Мы катались по полу, и, казалось, прошла вечность, пока, наконец, я схватилась за что-то, что не было частью фальшивой курицы.

Я оказалась грудь в грудь наверху мистера Клуши, крутя его за нос в лучших, черт побери, традициях Мо и Керли (персонажи сериала 20-50-х «Три Бездельника», уже упоминались в первой книге – Прим. пер.), когда почувствовала, как чьи-то руки с силой оттаскивают меня, оторвав от этого заслуженного удовольствия.

Одна пара рук принадлежала Карлу Констанце. А другие – некоему копу, которого я встречала временами, но лично с ним знакома не была. Оба полицейских скалились, покачиваясь на пятках и засунув при этом большие пальцы за портупеи с пистолетами.

- Слыхал я о твоем кузене Винни, и о том, что он сделал с уткой. Но всегда думал, что ты в своей семейке больше похожа на Мазуров.

Я смахивала грязь с лица. Я вся была покрыта горчицей, а в волосах застрял особый соус.

– Очень смешно. Этот парень НЯС.

- У тебя есть документы? – спросил Карл.

Я стянула с плеча сумку и вытащила залоговое соглашение и контракт на преследование, который составил Винни.

- Замечательно, - сказал Карл. - Мои поздравления, ты самолично поймала курицу.

Я смогла разглядеть, что другой коп еле сдерживается, чтобы громко не засмеяться.

- Так в чем твоя проблема? – обратилась я к нему, чувствуя в некотором роде раздражение от того, что, возможно, он смеется надо мной.

Он поднял руки, сдаваясь.

– Эй, леди, у меня нет проблем. Хороший удар. Никто не смог бы лучше нокаутировать цыпленка.

Я закатила глаза и посмотрела на Констанцу, но и Констанца еще не совсем обуздал свое веселье.

- Хорошо, что поблизости не оказалось защитников прав животных, - сказал мне Констанца. – Они бы не отнеслись к тебе с таким пониманием, как мы.

Я притащила свои наручники из другого конца зала и защелкнула на запястьях Баггетта. Лула, конечно, исчезла. Я смирилась с тем фактом, что нельзя ожидать от Лулы, что она будет дышать одной атмосферой с копами.

- Тебе помощь нужна? – поинтересовался Констанца.

Я потрясла головой.

– Сама могу справиться. Спасибо.

Через полтора часа я покидала полицейский участок с квитанцией на сдачу тела, рада-радешенька, что избежала подкалываний насчет исходящего от меня запаха барбекю.

* * *

Рекс шарил носом около своей миски, когда я пришла домой, поэтому я дала ему виноградину и рассказала о Стюарте Баггетте. Как Стюарт был одет в костюм цыпленка, и как храбро я его поймала и притащила в органы юстиции. Рекс слушал меня, поедая виноградину, и я подумала, что Рекс, может, улыбнулся, когда я подошла к той части повествования, где я схватила мистера Клушу, но трудно судить, что там себе воображают хомяки.

Я очень любила Рекса, и у него имелось много подкупающих черт, типа дешевой кормежки, и хлопот он доставлял самую малость, но истинная правда в том, что временами я притворялась, что он золотистый ретривер. Я никогда не говорила этого Рексу, конечно. Рекс очень чувствительный. Все-таки иногда я мечтала о большой вислоухой собаке.

Я уснула на диване, наблюдая, как Рекс бегает в колесе. И проснулась от телефонного звонка.

- Мне звякнули насчет моей машины, - сообщил Рейнжер. - Хочешь прокатиться?

- Конечно.

Наступила молчаливая пауза.

- Ты что, спала? – спросил он.

- Нет. Только не я. Я как раз выходила, чтобы поискать Мо.

Ладно, это была, конечно, выдумка. Но это лучше, чем прослыть лентяйкой. Или того хуже, признать правду. Поскольку правда состояла в том, что я становлюсь эмоционально дисфункциональной. Я не могла спать в темноте. А если и засыпала, то только на какое-то время и просыпалась от кошмаров. Поэтому я начала спать днем, как только выдавался шанс.

Мои побудительные мотивы в деле поиска Мо за последние пару дней претерпели изменения. Теперь я хотела найти Мо, чтобы остановить убийства. Я больше не могла спокойно стоять и смотреть на выброшенные трупы.

Скатившись с дивана, я направилась в душ. Там я заметила волдыри на пятках величиной с четвертак. Спасибо тебе, Господи. Наконец-то, у меня появилось законный повод уклониться от пробежки. Восемь минут спустя я, уже одетая, стояла в холле, закрывая квартиру.