От имени государства - Роджер Пирс

Вторник, 18 сентября, 18.56, кабинет Билла Ритчи, Новый Скотленд-Ярд

Керр, одновременно пивший диетическую колу из банки и проверявший входящие сообщения, столкнулся с Ритчи у лифтов на первом этаже.

— Есть проблемы? — спросил он, следом за Ритчи входя в лифт и изображая беззаботность.

— Потом, — проворчал Ритчи, нажимая кнопку. Он не сводил взгляда с панели этажей и вел себя так, словно незнаком с Керром. На девятнадцатом этаже, не глядя на Керра, он быстро зашагал по коридору к своему кабинету. Отпер дверь и включил верхний свет. — Садись!

— В чем дело?

Ритчи тяжело опустился на свое место за столом и поправил подлокотник — верный признак того, что он раздражен.

— Признавайся, что вы там задумали?

Керр хмыкнул:

— Пятый день после теракта. Все уработались как сумасшедшие!

— Я проверял график нарядов. — Ритчи принялся рыться в бумагах. — Некоторые записи не совпадают с журналом.

— Ты вызвал меня к себе, чтобы устроить разнос?

Ритчи отобрал несколько листков.

— Мне кажется, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Мелани Флеминг. Джастин Хайн. Алан Фарго. Торчали на службе все выходные без перерыва, заваливали себя работой выше головы. И Джек Ленгтон тоже трудился без отдыха. Чем они занимаются?

— Билл, я управляю сразу многими группами. Повсюду наблюдательные пункты. К тому же Джека дернули ночью с субботы на воскресенье и привлекли к операции МИ-5. — Керр отпил колы. — Пойми, их всех неделю назад чуть не убили, и все же они не расхотели на нас работать. Защищать простых граждан. Они по-своему справляются с посттравматическим шоком; сейчас для них лучшее лекарство — заваливать себя работой. Они сами не хотят отдыхать. Чем ты недоволен?

— Дело не в бумажках. Мы с тобой оба все прекрасно понимаем. — Снова поправив подлокотник кресла, Ритчи тяжело вздохнул, и Керр стал ждать очередного выговора. Его начальник не гневался; скорее, его лицо выражало печаль. Так было всегда. — Джон, коммандер с тебя не слезет, а мне очень трудно выгораживать человека, который упорно не слушает добрых советов. — Керр оказался прав. После того как Пола Уэзеролл заняла кабинет по соседству, Ритчи все чаще устраивал представления напоказ. — Сначала напортачили с Джибрилом, потом незаконно провели обыск на Марстон-стрит. Из-за тебя Харрингтон устроила ей веселую жизнь!

— А Дерек Финч унизил ее при мне. В этом тоже я виноват?

— Не наглей, — одернул его Ритчи. — Она собиралась отстранить тебя от работы и назначить служебное расследование, но я за тебя заступился. Помнишь? Но она ничего не забыла.

Керр смял пустую банку и огляделся в поисках мусорной корзины.

— У тебя так тесно, что даже кошка не поместится, — заметил он, стуча по гипсокартонной перегородке. — Как ты только здесь устраиваешься?

Он нарочно тянул время и отвлекал внимание Ритчи, а сам тем временем решал, выложить ли ему все как есть или сначала проверить, что ему известно. Кабинет Ритчи находился рядом с кабинетом Уэзеролл, но был почти вполовину меньше. Недавно по распоряжению Уэзеролл от кабинета Ритчи отделили часть, чтобы было куда посадить консультанта по «руководству и управлению», которого наняли по срочному контракту за очень большие деньги. Все знали, что для Ритчи тема кабинета — больная мозоль. Оперативные совещания часто устраивались именно у него, хотя тут можно было только стоять, а просторный кабинет Уэзеролл часто пустовал.

— Не отклоняйся от темы.

Керр выбрал второй вариант.

— Да брось ты, Билл! Команда Финча скрывает от нас правду с самого первого дня. Когда «пузаны» кого-то выпускали? Объясни, наконец, что же тут творится?

— Руководство операцией перешло к МИ-5.

— Билл, Джибрил — боевик. Финч освободил террориста, выпустил его на улицы Лондона. Мы с тобой все прекрасно понимаем.

— Это не наше дело. И точка.

— Как ты изменился! — заметил Керр, пристально глядя начальнику в глаза. — Ты совсем не похож на того парня, который всегда требовал все гребаные подробности до последней. Вот еще почему сейчас я тебе не верю.

— Ну так привыкай.

— Билл, почему ты что-то от меня скрываешь?

— Ахмед Джибрил — свободный человек, — ответил Ритчи. — Игра окончена.

— А может, МИ-5 разрабатывает его как потенциального агента? Они поэтому выпустили его, а ты не можешь себя заставить мне в этом признаться? Они пытаются его завербовать? — Керр язвительно усмехнулся. — Блестяще! Сколько пройдет времени, прежде чем из-за их гребаного умничанья снова прогремят взрывы? Уж лучше я прикажу своим войскам по-прежнему стоять в оцеплении.

— Если будешь продолжать в том же духе, рискуешь навлечь на себя наказание. Джон, я тебя серьезно предупреждаю.

— За что мне это? За то, что я делаю свое дело?

— За неподчинение. Тебе ясно?

Они молча переглянулись. Керр пытался прочесть, что написано на лице у человека, которого он знал почти всю профессиональную жизнь. Ритчи, не отвечая, смотрел на Сент-Джеймсский парк, на башню почты и огни в северной части Лондона. Керр решил рискнуть и прибегнуть к хитрости.

— Хорошо, я все отменю, — сказал он наконец, бросая банку в мусорную корзину. — А ты передай начальнице мое мнение: меня тут хорошо поимели.

— Похоже, ты ничего не понимаешь, да? — Ритчи вздохнул и наклонился вперед. Он рассердился не на шутку. — Джон, тебе нужно быть очень осторожным, или мне не удастся тебя выгораживать.