Замаранные - Йон Колфер

– Из-за чего? Из-за трансплантации волос? Неужели ты такой чувствительный, Майк? Столько шума из-за волос?

Неожиданно Майк рванулся вперед и лягнул Зеба в грудь, отбросив кресло назад.

– Дело не в трансплантатах. Плевать я на них хотел. Он пытался шантажировать меня. Мне нужно сделать из него пример.

Это было абсурдно.

– Пример? И кто обратит на это внимание? Ты где находишься?

Следующие слова я прокричал, глядя в потолок.

– Это Клойстерс, Майк. Клойстерс! Местное полицейское управление будет терпеть тебя до того момента, пока ты кого-нибудь не убьешь, после чего тебя посадят. Полагаю, Майк, они уже прослушивают твои сотовые телефоны и следят за твоим клубом. – Я не стал упоминать о массовом убийстве в «Медном кольце».

Мэдден нахмурился.

– Ты недостаточно хорошо меня знаешь, чтобы называть Майком, мальчуган. Мистер Мэдден подойдет больше.

Теперь мой язык убегал вместе со мной.

– И еще одно. Если подумать, теперь в Ирландии никто не говорит мальчуган. Это слово употребляют только в Шотландии.

– Та же самая страна, – решил вставить свое слово один из парней Майка.

Мэдден пришел в ужас.

– Та же страна? Та же траханая страна? Боже мой, Генри… Теперь я понял, что мне не следовало тебя нанимать. Более того, ты уволен!

Это вызвало смешки, как и стрельба указательным пальцем, в стиле «Подмастерьев Дерри».[94]Теперь, когда все внимание было сосредоточено на Генри, я решил перейти к ближнему бою.

Это заняло менее секунды, и атмосфера в тесной комнатке стала такой сюрреалистичной – яркий свет и клубы пыли, – что никто не верил в то, что происходило перед их глазами. Они продолжали смеяться, когда я оттолкнулся от кресла Зеба, выдернул стилет Мейси Баррета из потолочной балки и приземлился между ними. Парни Майка отлетели от меня в разные стороны, словно я был центром взрыва. Стенной шкаф рухнул на пол, и столешница из фальшивого мрамора разбилась на мелкие кусочки.

– Ты двигаешься быстро для человека шести футов роста, – сказал Майк, когда сталь пощекотала нижнюю часть его подбородка. – Никак не могу привыкнуть. Это уже во второй раз.

Ситуация стала напряженной. Я ощущал запах оружейного масла и общее волнение. Мои перспективы исказились, я видел все точно сквозь «рыбий глаз». Неловкие гангстеры то появлялись в поле моего зрения, то исчезали; огромные пистолеты грозили мне, словно туннели с движущимися поездами.

– Сохраняй спокойствие, Дэн. Сосредоточься.

– Призрачный Зеб? Это ты?

– Нет. Я настоящий.

Дерьмо.

Теперь Майк рассердился по-настоящему.

– Что дальше, Макэвой? Мои парни и без того слишком нервничают. Думаешь, твои фокусы их успокоят?

Пришло время взять себя в руки.

– Я хочу взглянуть на твои трансплантаты, Майк. Посмотреть, как они заживают.

Лицо Майка схлопнулось, словно его рот был черной дырой.

– Какого… ты что меня разыгрываешь? Посмотреть на трансплантаты? Мой психиатр говорит, что я еще не готов.

– Психиатр? Что, теперь все ходят к психиатрам? Благодаря Тони Сопрано[95]это стало нормой?

– Сопрано не делал трансплантацию волос, мальчуган.

Я воткнул кончик лезвия на четверть сантиметра в его шею.

– Еще раз услышу слово мальчуган. Еще один…

Я услышал пару щелчков и краем глаза увидел нервных великанов с широко раскрытыми глазами. Парни Майка начали рассматривать возможность самостоятельных действий.

Майк поднял ладонь.

– Стойте. Подождите, болваны. Вы его застрелите, и лезвие войдет в мою шею. – Тут у него появилась новая мысль. – Это стилет Мейси?

У меня не было причин отрицать очевидное.

– Он начал дергаться и не оставил мне выбора.

– Значит, в «Медном кольце» была подстава?

– Двух зайцев одним ударом. Тогда это казалось хорошим планом.

Ирландец Майк фыркнул.

– Я подарил Мейси этот стилет.

– Правда? Ему следовало держать его в кармане.

– Он был самым лучшим и самым умным.

– Если это правда, то ты в полном дерьме. – Я схватил шапочку Ирландца Майка и сдернул с его головы.

– Аа-а-а-х! – закричал он, словно ему и вправду было очень больно, и на мгновение я испытал сострадание.

Трудно снимать шапку перед всем миром.

Веснушчатый скальп Майка украшали ряды крошечных шрамов; казалось, у него на голове высадились многочисленные войска.

– Плотно. Гораздо плотнее, чем у меня.

– С Майком работала целая команда, – пробормотал Зеб. – Каждый пациент получает то, за что платит.

– Ублюдок, – сказал Майк, и я не мог с ним не согласиться.

Одна из корочек на голове Майка торчала особенно сильно, и я коснулся ее большим пальцем.

– Вот в чем твоя проблема, – сказал я, словно был встревожен. – Инфекция. Ты не принимал антибиотики.

Майк бросил виноватый взгляд на своих помощников.

– Я хотел выпить пива. А когда принимаешь эту дрянь, пить нельзя.

– Похоже, тебе довольно больно. Зеб, инфекция может привести к серьезным последствиям?

Зеб все хватал на лету.

– Конечно. Это очень серьезно. Весь твой скальп станет как один большой нарывающий прыщ. Трансплантаты выпадут, а на голове останется множество шрамов. Они будут выглядеть как ожог третьей степени.

Зеб полон дерьма, но парни Майка купились.

– Значит, шрамы?

– Ты будешь выглядеть как актер массовки из «Ромеро».[96]

Майк возмутился.

– Вот так всегда. Никто никогда не предупреждает о побочных эффектах заранее. Всё одни только розы, пока ты не задеваешь подземную трубу или случается еще какая-нибудь дрянь, которой ты не ожидал, и на тебе – ты весь в дерьме.

Пришла пора для моих доводов.

– Дело в том, Майк, что тебе нужен Зеб, чтобы он присматривал за тобой в течение года. Чтобы все ранки зажили. Может быть, придется сделать новые посадки. Если ты сейчас его убьешь, то все непременно закончится для тебя больницей. А тебе нужно сохранить тайну.