Заговор Людвига - Оливер Петч

Стивен нахмурил лоб.

– Другие?

– Те, что убили профессора Либерманна и убьют вас, стоит вам лишь зазеваться. – Господин Хубер вздохнул и вновь опустился на свой трон. – Пожалуй, вам стоит кое-что объяснить. Примерно три недели назад Пауль Либерманн впервые вышел на контакт с нами. Он говорил о записях Теодора Марота, о существовании которых постоянно ходили слухи. Которые доказали бы, что наш король был убит. Книга действительно появилась на одном из интернет-аукционов. Либерманн приобрел ее за смешные деньги. И попросил нас помочь с расшифровкой.

– Попросил вас о помощи? – Сара насмешливо скривила губы. – С чего бы моему дяде это делать?

– Вашему… дяде?

На мгновение господин Хубер совершенно растерялся. Но быстро пришел в себя.

– Мы долго недоумевали, какая роль принадлежит вам в этой игре, – произнес он через некоторое время. – Что ж, теперь кое-что прояснилось… Итак, возвращаясь к вашему вопросу: среди нас есть несколько ведущих экспертов по биографии Людвига. В розыске утраченных документов того времени нам нет равных. Профессор Либерманн знал об этом и потому связался с нами. Он даже специально приехал к нам в Мюнхен. Но потом связь резко оборвалась.

– Почему? – спросил Стивен.

Букинист был напуган, и в то же время его разбирало любопытство. Он завороженно смотрел на господина Хубера: человек этот, казалось, принадлежал иному времени, выделялся, как черно-белый снимок в цветном каталоге. Кроме того, в нем чувствовалась естественная сила, власть. Но было ли это поводом для доверия? Что, если это ловушка? Может, им нужен лишь дневник Марота, и ничего больше?

– Мы подозреваем, что о книге узнал кто-то еще и профессор оказался под давлением, – ответил господин Хубер. – Возможно, Либерманн решил, что мы заодно с этими неизвестными. Как бы то ни было, он больше не выходил на связь. Мы начали наблюдать за ним, чтобы узнать, что произошло. В это время все и случилось.

– Что случилось? – нетерпеливо спросила Сара. – Не заставляйте каждое слово из вас вытягивать!

– С пакетом в руках Либерманн вышел из отеля и направился прямиком в лавку господина Лукаса. Когда он выходил, у дверей уже стоял черный «Крайслер». Двое мужчин затащили профессора в машину. Книги у него уже не было. – Господин Хубер поднялся с трона, подошел к мраморной статуе Людвига в противоположном углу зала и провел рукой по складкам каменного плаща. – Поначалу мы совершенно растерялись, – продолжил он. – Но вечером того же дня я зашел в лавку господина Лукаса и кое-что разузнал. Мы должны были удостовериться, что он не имеет никакого отношения к похитителям.

– А эта погоня в капюшонах? – спросил букинист. – Что все это значило? Черт, вы же напугали меня до смерти!

Господин Хубер улыбнулся.

– Этого мы и добивались. Мы хотели показать вам, что с нами лучше не шутить. Мы собирались надавить на вас, и если б вы действительно знали что-то о похищении, то вскоре сами заговорили бы.

– Премного благодарен, – пробормотал Стивен. – Будет здорово, если в следующий раз вы нацепите черепа и погремите костями.

– Значит, то столкновение в подвале в ваши планы не входило? – угадала Сара.

Господин Хубер хмуро покачал головой и показал на одного из сенешалей.

– Это был господин Шмидт. Он собирался лишь немного осмотреться у вас в подвале. А потом вдруг наткнулся на этого громилу… – Он тяжело вздохнул. – Остальное вам известно. Вы спасли жизнь господину Шмидту, поэтому мы все в долгу перед вами.

Человек, названный господином Шмидтом, молча поклонился.

– Да, и поэтому в Линдерхофе вы снова попытались напугать меня до смерти? – съязвил Стивен. – Когда я увидел вас в гриме, у меня чуть сердечный приступ не случился!

– Что мне оставалось делать? – Господин Хубер отвернулся от статуи. – Мы знали, что какая-то неизвестная сила ведет охоту на вас. К счастью, один из наших информаторов узнал вас. Я должен был выйти на контакт с вами. И так, чтобы меня при этом не узнали, иначе я и сам оказался бы в опасности, – он усмехнулся. – Наряду с охотой, моим большим увлечением были и фокусы. Никто из охраны даже не заметил, что фокусник не входил в программу праздника. Что же касается капюшона… – Господин Хубер театрально поклонился. – Прошу прощения, но я просто не смог сдержаться. Мы, Хранители, всегда склонны к театрализации. Эта черта, кстати, была свойственна и королю.

– Здесь, на острове, вы особо не скрывались, – заметила Сара. – Я видела вас троих в монастыре. И зеленый «Бентли», на котором вы следовали за нами, трудно было не заметить.

Господин Хубер взглянул на нее с удивлением.

– Зеленый «Бентли»? У нас нет никакого «Бентли».

Он пожал плечами и направился в соседний зал. Сенешали молча последовали за ним.

– Не только у старины Цоллера есть знакомые на острове, – продолжил он. – Только в службе охраны у нас двое человек. А также несколько садовников и человек из портовой кассы. Он-то и сообщил нам о вашем появлении. Потом мы, к сожалению, потеряли вас из виду, господин Лукас, и разыскали только у замка… Прошу вас, следуйте за мной. Хочу показать вам кое-что интересное.

Стивен и Сара прошли в небольшую комнату. Слева среди искусственного тростника стояла старая лодка, и за ней на масляном холсте простирался похожий на джунгли сад.

– Это лодка из зимнего сада Людвига, и когда-то она стояла на крыше мюнхенской резиденции, – пояснил господин Хубер и показал на противоположную стену, увешанную старыми фотографиями. – К сожалению, крытый сад убрали вскоре после смерти короля. А он был огромен, почти семидесяти метров в длину и высотой как церковь! Там росли пальмы, апельсины, бананы. Там были водопады, сталактитовый грот, тростниковая хижина и небольшое озеро! – Он уже не сдерживал голос. – Представьте себе нечто подобное над рейхстагом в Берлине. Прибежище для наших политиков! Они могли бы гулять там, рассуждать и предаваться мечтам… Как знать, возможно, тогда все сложилось бы совершенно иначе.

– Может, еще раздавать кальяны и гашиш членам партий? – предложила Сара. – А федеральный президент пусть играет на барабанах и пляшет вокруг костра.

Господин Хубер прикрыл глаза.

– Тяжело слышать такое от племянницы профессора Либерманна, – пробормотал он. – Ваш дядя был большим романтиком.

– Но не фантазером, вот в чем отличие.

– Ладно, не важно, – вздохнул глава Хранителей. – Я хочу сказать лишь следующее: Людвиг Второй был гением, лучом света. Но слишком долго его имя мешали с грязью. И нам бы не хотелось, чтобы мемуары какого-то лакея вновь опорочили его память. Поэтому, прежде чем дневник станет достоянием общественности, я должен сам ознакомиться с ним.

– Но с чего вы решили, что Марот хотел опорочить короля? – возразил Стивен. – Я прочел значительную часть записей. Марот до конца хранил верность Людвигу!