Добрые и сильные - Татьяна Рубцова

Николай Агранов пропал, его след потерялся и казалось уже, что он уехал из Москвы. Оба бизнесмена вернулись в свои квартиры, в свою фирму, затерялись среди людей, у которых тоже лопнуло терпение и которые осмелились заявить о рэкете и вымогательстве Агранова и его банды. Почти все члены банды уже сидели в тюрьме: и «быки» и руководители. Оперативники стали появляться дома: сначала, чтобы поспать, а потом и на выходные. И наконец Сергей Сидоренко зарегистрировал свой брак с Диной Ганиевой.

Свадьба была скромной: подвенечное платье дала Валя, деньгами сбросились Радик с Ксенией, тоже подумывающие о свадьбе, и Виктор. Приглашены были только ребята из РУБОП, а из посторонних — Алина Роднина, а отмечали — дома у Медведевых. После свадьбы Сергей и Дина, теперь уже — Сидоренко, перебрались в его однокомнатную квартиру. Радик перешел жить к Ксении, у той была отдельная от родителей двухкомнатная квартира.

А Володя повел Егора, гипс у которого уже сняли, оформлять в детский дом. У мальчика дрожали губы, и он смотрел на взрослого, как на предателя. Виктор тоже был против этого, но по другому было нельзя.

— Ты бросишь меня, — глухо бубнил Егор, когда ехали в машине. — Забудешь и скажешь, что мы не знакомы.

— Нет, Егор, я же тебе объяснил. Чтобы оформить опеку, нужно, чтобы ты пожил в детдоме.

— Тогда усынови меня.

— Да ты же не сирота. Погоди, вот в субботу заберу тебя, пойдем мать твою искать.

— А если найдешь, бросишь меня? Забудешь, как и звали, да?

— Нет. Я же тебе обещал.

— Тогда зачем хочешь искать? Все равно же на ней не женишься. Ты вон какой. А она… Это когда мы дома жили, она красивая была, тогда бы ты наверное, женился. А теперь… Нет, не женишься. Теперь она страшная, как атомная бомба.

Была среда. Егор стоял возле двери и крепился изо всех сил. Медведев простился с ним и ушел, мальчика повели по коридору, и, вырвавшись, он подбежал к окну, но увидел только бежевые «Жигули», уже вырулившие на правую крайнюю полосу движения. Тут он разрыдался в голос.

Два дня прошли для него в кошмаре, а в субботу он ждал с раннего утра и часом к десяти, устав от ожидания, увлекся игрой в морской бой. И тут его позвали. К Медведеву он вышел надутый и недовольный.

— А где твоя тачку? — спросил он, оглядываясь с крыльца.

— Сегодня я без машины. Давай походим немного по метро и вокзалам.

Егор промолчал. Был он тихий и держался отчужденно. А в электричке, сидя на параллельном стене сидении, он стал внимательно разглядывать сумки и карманы стоявших и проходивших мимо людей. И когда его взгляд остановился на сумочке ближайшей к нему девушки и рука сама стала подниматься, Медведев тронул его за плечо. Мальчик вздрогнул, уронил руку и едва удержался, чтобы не удрать. Застыв так на минуту, он посмотрел на взрослого. Медведев покачал головой и отвернулся с деланным равнодушием. Егор вздохнул и остался сидеть, привалившись к его плечу. Медведев обнял его, и ребенок начал фантазировать, считают ли пассажиры их отцом и сыном, и фантазировал до тех пор, пока рука взрослого не побудила его подняться.

Обойдя Павелецкий вокзал на Ленинградской, Егор начал ныть и проситься домой. Медведев согласился, и они пошли было к подземному переходу, когда женский голос прокричал:

— Володя… Медведев!

Медведев оглянулся. Алина Роднина стояла возле своей машины. Медведев, обняв Егора, подошел к ней.

— Здравствуйте, Володя. Привет, Егор.

— Здрасьте.

Алина внимательно посмотрела на мальчика. Хорошо одетый, умятый, с едва отросшими волосами, он все равно оставался шпанененком, уличным мальчишкой с лупившейся кожей, грубым лицом и бывалым видом. Голос у него был сиплый, ногти сбитые. Между тем в Медведеве, не смотря на шрамы и нарочитую грубость, чувствовалась порода.

— Что вы тут делаете? — спросила Алина.

— Так, гуляем, — ответил уклончиво Медведев.

— Да ничего не гуляем. Мать мою ищем, — проговорил Егор.

И голос его и манеры страшно не нравились Алине.

— А ты ведь не хочешь ее найти? — спросила девушка глядя на мальчика с профессиональным интересом.

— Так не нашли же, чего говорить, — серьезно ответил Егор и взял Медведева за руку, заглянув ему в глаза.