Сколько стоит твоя смерть - Ирина Градова

– Конечно, – кивнул он с готовностью. – Это не быть сложно!

– А твои родители позволят?

Обернувшись, Вуалау задал вопрос отцу. Тот поднялся и подошел, встав за спиной сына и положив мозолистые руки на его худенькие плечи цвета мореного дуба. Мужчина устремил на меня внимательный взгляд и что-то сказал.

– Отец спрашивать, как это опасно? – перевел Крысенок.

– Опасно, – не стала врать я. Они должны понимать, что может произойти. Мы все должны понимать. – Но, если ты будешь осторожен и четко выполнишь указания, все может обойтись.

Вуалау снова перевел мои слова. Отец переступил с ноги на ногу, посмотрел на жену, которая ни разу не открыла рта, и кивнул.

– Отец согласиться! – радостно воскликнул мальчуган, как будто бы очевидный жест родителя нуждался в переводе. – Я идти с тумпуку!

– Зачем ты приволокла ребенка? – сердито спросил Тахир при виде Вуалау. – Он может заразиться!

– Мы все можем, – возразила я.

– И ты, конечно же, знаешь, что делаешь? – Несмотря на свое состояние, Тахир, оказывается, не растерял природного сарказма!

– У Вуалау, похоже, сильный иммунитет, как и у его родственников. Твой коллега сказал, что практически в каждой местной семье есть заболевшие, но не в его!

– Может, это дело времени… Что ты намерена предпринять?

– Не важно. Ты лежи, попытайся не заснуть и слушай россказни Вуалау.

– Они и мертвого поднимут! – пробормотал Тахир. Мальчишка – страшный болтун. Вуалау готов говорить о чем угодно и с кем угодно, что в данной ситуации только на пользу. – Как дела в лаборатории? – спросил Тахир, пока я делала ему укол антибиотика.

– «Биомедика» предложила помощь в борьбе с эпидемией. Жорж сказал, что в течение суток все местности, где обнаружили очаги заболевания, будут оцеплены полицией и войсками… Открой-ка ротик и проглоти таблеточку парацетамола… Вот умница! Надо сбить жар, а то расплавишься…

– Не веди себя со мной как мамаша с непослушным дитем! – попытался возмутиться Тахир, но я проигнорировала его раздражение.

– Вуалау, ты уже говорил с белыми дядями и тетями, которые приехали вам помочь? – спросила я мальчика.

– Да! – энергично закивал он. – У них там столько интересных штук!

– Он все время там вертится, – недовольно пробормотал Тахир, морщась от головной боли и пытаясь растирать виски непослушными пальцами. – Того и гляди подхватит заразу…

Не слушая его, я сказала Вуалау:

– Через каждые шесть часов Радуку нужно колоть антибиотик. Будешь звать какого-нибудь дядю или тетю из лазарета, ясно? А сам через такие же промежутки времени давай Радуку жаропонижающее – вот смотри, я кладу таблетки сюда. Следи, чтобы Физа их не слопала…

Легкая на помине, фосса вынырнула из-за спины Крысенка и, ловко вспрыгнув на лежанку, свернулась в ногах у Тахира. Ее желтые глаза следили за каждым моим движением. Интересно, достигнем ли мы когда-нибудь взаимопонимания с этим странным животным или так и останемся на уровне «худого мира»? На Вуалау Физа не обращает внимания, но я, похоже, вызываю у нее недоверие.

Выйдя из хижины, я направилась в сторону тента, где встретила коллегу Тахира. Теперь я вспомнила, что его, кажется, зовут Милошем. Я сообщила ему о том, что на Тахира больше рассчитывать не стоит, чем весьма огорчила парня. Он захотел немедленно навестить пациента, чтобы самому убедиться в том, насколько тяжело его состояние, однако я его остановила:

– Уверяю вас, Милош, сейчас у Тахира есть все необходимое. Кроме того, я оставила с ним Вуалау, так что без присмотра Тахир не останется.

– Вы куда-то собрались? – спросил Милош.

– С чего вы взяли?

– То, как вы говорите… Создается впечатление, что вас скоро здесь не будет. Я прав?

– Да. Только…

– Только вы хотите, чтобы я об этом не распространялся, верно?

Какой же понятливый этот парень!

– И что мне сказать Тахиру, когда мы увидимся? – спросил он.

– Не думаю, что завтра его будет интересовать этот вопрос, – вздохнула я. – Период течения болезни стремительно сокращается, и пациенты быстрее впадают в бессознательное состояние.

– Но мы же колем им антибиотики, – резонно заметил Милош. – Таким образом, развитие заболевания все-таки замедляется, и мы можем в течение пары дней поддерживать пациентов в более или менее нормальном состоянии. Так что я бы не рассчитывал…

– Хорошо, – вздохнула я. – Тогда скажите ему, что я вернулась в Тану.

– А ваш приятель – Ив, кажется, – что ему сказать?

– Что пожелаете. Если я сумею сделать то, что хочу, это не будет иметь значения… А если нет, то тем более!

Ив оставил машину у дороги. Было темно, дорога не освещалась, но в небе светила огромная луна, а я отлично запомнила путь. В конце концов, я автомобилистка со стажем, а значит, вряд ли заплутаю! Впервые я ехала по Мадагаскару одна. Раньше меня всегда сопровождали – либо Андрэ, либо Ив или Тахир. Теперь я передвигалась сама, и ощущение свободы пьянило, словно местный ром, который, судя по рассказам тех, кто его пробовал, считается одним из лучших в мире. Сначала я ехала вдоль обширных плантаций ванили, затем они сменились другими посадками, после чего начались бесконечные джунгли, тянувшиеся до самого горизонта, где сливались с вершинами туманных гор.

* * *

Андрэ обалдело хлопал глазами, пытаясь понять, что происходит: разумеется, он не ожидал, что я ворвусь в хижину посреди ночи с требованием ехать к плато Царатанана.

– Мадам… – бормотал он. – Мадам…

– Чего тут непонятного, Андрэ? – разозлилась я. – Ты же хочешь, чтобы твои соотечественники вылечились?

– Конечно, но…

– Никаких «но»! Чем скорее мы выедем… – Тут я осеклась. Ну и что же тогда будет? Почему я так уверена в том, что правильно поняла Амели? И, даже если так, где гарантия, что она сумеет помочь?

Андрэ не стал спорить, но уже в машине засыпал меня вопросами.

– Почему мы едем туда, мадам? Вы расспрашивали меня о горах, но я так ничего и не понял!

– Помнишь Амели?

– Подругу месье Ива?

– Она оставила подсказку. Думаю, Амели надеялась, что он догадается.

– Значит, догадались вы, а не он?

– Ох, Андрэ, я даже не уверена!

– И все-таки вы думаете, что поняли, где скрывается журналистка?

– Это примерно то же самое, что ткнуть пальцем в небо, ведь ты сам говорил, что на Мадагаскаре несколько горных массивов, и нет никакой гарантии, что Амели прячется где-то в районе Царатананы!

– Да, но если рассуждать логически… Центральное нагорье находится слишком близко от столицы, и там толпы туристов, поэтому прятаться в том районе было бы неосмотрительно. С другой стороны, Царатанана достаточно далеко… Но неужели вы полагаете, мадам, что Амели знает, как вылечить заразу,