С чистого листа - Татьяна Полякова

– Послушайте, – выставив вперед руку, заговорилПавел. – Эти люди очень опасны. И я понятия не имею, кто они. И почемувыбрали именно меня. Мне пришлось согласиться. А что еще оставалось делать? Ябыл должен очень большую сумму. Мне позарез нужны были деньги, чтобырасплатиться. Два месяца назад мне позвонил один тип, назвался ГеннадиемАндреевичем. Он знал обо мне больше, чем я сам о себе знаю. И предложил сделку:я выполняю для них работу, а они платят мне в два раза больше той суммы, что ядолжен. В противном случае я очень быстро окажусь в тюрьме.

– Твоя биография меня не волнует, переходи к главному.

– Главное… черт… я ничего подобного и вообразить немог. Думал, завалить кого-то надо… Приехал сюда. Встречались мы в здании фонда.Я уверен: те, кто там работает, даже не догадываются, что творится у них подносом. По какому принципу они выбрали тебя, не знаю, и что с тобой сделали –тоже. Одно ясно: мозги тебе основательно промыли. Это эксперимент, понимаешь?То есть они его считали научным экспериментом. Человек помнит только то, чтоему внушили. Так ты стала Ермаковой Мариной Геннадьевной.

– А кем я была раньше?

– Не знаю. С какой стати им мне это рассказывать?

– Допустим, они добились того, что я стала другимчеловеком. Но какой в этом смысл?

– Смысл? Это же эксперимент. Контроль над сознанием.Сначала тебе внушают одно, потом заставляют усомниться в том, что ты это ты, апотом придумывают другую биографию, и ты опять в это веришь.

– Что за урод до такого додумался?

– Извини, меня с ним не знакомили, – хмыкнулПавел, уверенность постепенно к нему возвращалась. – Я должен былвтереться к тебе в доверие и присматривать за тобой. А потом они испугались,потому что ты вышла из-под контроля. Они этого не ожидали. Как ты поступишь,если поймешь, что происходит, оставалось лишь гадать. Рисковать они не могли.

– Отдали приказ меня пристрелить, и ты его выполнил.

– А что я должен был делать, по-твоему? У меня не быловыхода. Откажись я, и мигом бы схлопотал пулю. Красивых девок пруд пруди, ажизнь одна.

– Да я не в претензии, – сказала я, но он, похоже,не поверил. – Значит, ты должен был внушать мне определенные мысли. Тольковнушать или…

– Еще давать таблетки, – кивнул Павел. – Дозуони увеличивали, но эффект получился обратный. С моим появлением они поначалуне спешили, их интересовало, как долго твоя новая память будет работать безсбоев, но когда ты отправилась в клинику, а потом в фонд, им пришлосьускориться.

– Подготовились они основательно.

– Само собой. Ты должна была мне доверять. Вот они ипридумали подходящую легенду, сделали мне наколку, как у тебя. Она их, кстати,заинтересовала. И в фонд я должен был тебя привести, чтобы подтвердить свойрассказ.

– Паспорта и деньги – твоя работа?

– Квартира была под наблюдением, там «прослушка»стояла, они держали тебя под контролем, и паспорта приготовили заранее, еще домоего появления. В нужный момент я о них вспомнил, и это произвело на тебясильное впечатление. И должно было убедить в новой легенде, будто мы какие-тотам агенты. Не знаю, чем они тебя накачали, но ты их удивила, особенно когдараскидала мужиков, как кегли. Дяди хотели иметь послушную игрушку, а получиличерта в юбке.

– Так это было что-то вроде проверки? –нахмурилась я. – И господа бандиты действовали с благословения ГеннадияАндреевича?

– Вовсе нет. Никакого отношения к твоей истории они неимели, действительно меня искали и, появившись, едва не поломали всю игру.

– Это им ты был должен деньги?

– Да, – поморщился Павел. – Никто ипредположить не мог, что они меня найдут. К счастью, ты начала геройствовать,потом я нашел паспорта, и это избавило меня от объяснений.

– Медиум и Путник тоже из вашей компании? –спросила я. Павел хмуро покачал головой.

– Нет. И их появление очень насторожило хозяев. А когданачались убийства, они и вовсе запсиховали.

– Хочешь сказать, они к убийствам не имеют отношения?

– Может, конечно, они темнят, но я склонен им верить.После того как убили твоего шефа, они были просто в панике. А когда ты,наплевав на все мои разглагольствования, вместо того чтобы выполнять ихприказы, задумала смыться, они решили, что с тобой пора кончать. Они усерднонакачивали тебя всякой дрянью, но все оказалось напрасным.

– Но кто, в таком случае, убийца? – хмуропробормотала я, в схему это не укладывалось и оттого вызывало сомнение вправдивости слов Павла.

– Их убила ты, – прошипел он, придвинувшись комне.

– Здорово, – хмыкнула я.

– Ты сама мне рассказала, что была у антиквара, а когдамы заглянули к нему вдвоем, он уже был мертв несколько часов. Ты одна пошла ксвоему шефу. И взяла пистолет. А очень скоро его обнаружили застреленным. И тыбыла у подруги, хоть и сказала мне, что не застала ее дома.

– Ты же слышал, что она звонила мне, когда мы были засотни километров отсюда, – напомнила я, голос мой против воли дрожал.

– Откуда мне знать, кто тебе звонил? Может, тыразыграла спектакль, чтобы отвести от себя подозрения? И эти дурацкие записки…

– По-твоему, я сама их писала?

– А почему нет? Кто знает, что у тебя на уме?

На мгновение мне стало страшно: а вдруг все действительнотак, как он говорит? Я перевела взгляд на Алексея.

– Никого ты не убивала, – сказал он.

– Ты кто? – спросил Павел, глядя на него сбеспокойством.

– Тебе сейчас не о том думать надо, – ответил тот.

– Где моя семья? – заволновался Павел. – Ярассказал все, что мне известно.

– Много толка от твоего рассказа, – хмыкнулАлексей.

– Но я действительно больше ничего не знаю, –повернувшись ко мне, торопливо произнес Павел. – Я был такой же заводнойигрушкой, как и ты. Приказали – сделал.

– Деньги получил? – спросила я.

– Да. Но у меня их нет. Я отдал долг, чтобы меняоставили в покое.

– Странно, – вслух подумала я. – Проще былотебя шлепнуть.

– Как ты меня нашла? Телефонный звонок?

– Конечно.