Веселая поганка - Людмила Милевская

В общем, все шло как по маслу до тех пор, пока непритормозила я перед постом ГИБДД у поворота на Колпино. Здоровенные парни вмилицейском комуфляже шерстили подряд все более или менее приличные иномарки,устанавливая их на ярко освещенной площадке, огороженной полосатыми барьерами.

— Дайте пятьдесят долларов, — нервно попросила я монаха.

Монах послушно протянул мне купюру.

Как и следовало ожидать нас отправили на досмотр. Ярасслабилась и приготовилась очаровывать работников трассы собой, но больше всеже рассчитывала на доллары, поскольку фингал под глазом — это под глазомфингал, и никуда от него не денешься. Пока мы ждали своей очереди, яинтересовалась обстановкой. Рядом с нами стоял огромный джип. Вышедший из негомужчина, для убедительности размахивая руками, разговаривал с милиционером. Былэтот мужчина настораживающе мне знаком.

«Колян!» — чуть не вскрикнула я, пронзенная мрачнымивоспоминаниями.

Мой монах, воспользовавшись моментом, тут же углубился вмолитву.

— Не хочется вас от важного дела отвлекать, — воскликнула я,— но у нас возникли проблемы.

— Какие? — насторожился монах.

— Джип видите? Слева по борту чуть впереди. Никого неузнаете?

Монах присмотрелся и спокойно сказал:

— Один из тех жестоких людей, которые нас топить тащили.

— Точно, Колян его зовут. Он почти мне как родственник: идома у него побывать успела и даже познакомилась с его женой. Что будем делать?

— Вообще-то я и о нем собирался кое-что узнать. Колян этот«стрелку забил» с человеком мне незнакомым, но очень нам интересным. Похоже,человек тот что-то о моем учителе знает.

Я усомнилась и спросила:

— С чего вы взяли?

— Из их телефонного разговора понял. Колян вещь одну сказал…Рассказывать долго. В общем, я понял. И кроме того…

Монах замялся.

— Ну что там еще, — поторопила я.

— Из того же разговора понял, что этот человек… Ну, тот, чтоимеет сведения о моем учителе… Он очень для вас опасен. Вроде он Колянанауськивает вас так убрать, чтобы пахан подумал, что вы сами собой умерли,погибли. Да-да, так он и сказал, Колян. В общем, человек этот для вас оченьопасен.

Я удивилась:

— Для меня? Что я ему плохого сделала?

— Не знаю, — пожал плечами монах, — не знаю, но он вас хочетубить.

— А вас? — с обидой поинтересовалась я.

— Обо мне речи не было, — уклончиво ответил монах.

— Так значит о вас не было речи, а меня он хочет убить. И выменя к нему везете?

Я пришла в ярость.

Монах не обратил на мою ярость никакого внимания иневозмутимо продолжил:

— Этот человек очевидно сказал, что срочно в Питер уезжаети, видимо, просил Коляна подскочить туда же. Кстати, что значит «забитьстрелку»?

Эмоции еще сильней нахлынули на меня.

— Про таких как вы моя Тамарка знаете что говорит? —воскликнула я.

— Что? — наивно поинтересовался монах.

— Невозможный! Вы невозможный! Вот вы — действительноневозможный! Получаете важную информацию и молчите как партизан! «Забитьстрелку», значит назначить свидание. Человек, который знает что-то про вашегогуру, и который жаждет меня убить встречается с Коляном в Питере?

— Да, завтра утром.

— Ну что ж, убьет он меня или не убьет — это еще бабушканадвое сказала, зато он может привести меня к пахану, а следовательно к Саньке!К моему сыну! Он сказал, где они стрелку забили?

— Кто? — опешил монах.

— Да кто-нибудь кому-нибудь что-нибудь сказал или нет? Тьфу!— я уже не на шутку разозлилась. — Где Колян и тот тип встречаются, вы знаете?

Монах посмотрел на меня своими чистыми очами и ответил:

— Нет.

— А зачем же вы в Питер едете? — возмутилась я.

— Человек тот Коляну сказал, что они с человеком тем что-топеретрут, а потом уже стрелку в Петербурге забьют на старом месте.

— Но для этого они должны как минимум сначала встретиться.Где? Это вы знаете?

Монах пожал плечами.

— Вы невозможный! — закричала я. — Вперед! За Коляном! Я-тодумала, что мы знаем куда мы едем, а выходит, мы совсем ничего не знаем. Выбыли когда— нибудь в Питере?

— Нет.

— Так слушайте: это вам не та дыра, в которой нас ловили итопили. Город большой, стрелок тьма. Кстати, и стрелка Васильевского островаимеется.

— Я знаю, что Санкт-Петербург большой город, — важно вставилмонах.

— Рада, что вы хоть что-то знаете. Садитесь за руль, у меняправ нет. Черт! Все время забываю. У меня ничего нет, даже паспорта, а вырасселись тут и вези вас. Разве это справедливо?

Не выходя из автомобиля, мы поменялись местами. Монах приэтом явно недоволен был. Я еще больше, потому что джип с Коляном покидалплощадку досмотра. Я заторопилась, ночью преследовать Коляна будет нелегко.

Пятьдесят долларов, вложенные в водительское удостоверениемонаха, значительно сократили процедуру. Вскоре мы были уже на трассе. Монахмой сразу же остановил «Форд» и сказал:

— Давайте поменяемся, только для этого все же выйдем измашины.

— А теперь-то вам что не так? — удивилась я. — Это же не«Жигуль» Маруси. Тачка исправна, у вас есть права, так ведите себе на здоровье.

Он вздохнул.

«Ага, — подумала я, — за рулем он не сможет молиться. За мойсчет хитрец собрался расти. Впрочем, пускай растет, раз у него это лучше, чем уменя получается. Может Господь и это мне зачтет.»

Я уселась за руль. Вся в заботах о Коляне. Джип не мог уйтидалеко, да и скорость у него поменьше, чем у нашего «Форда».

— Должны скоро нагнать, — сказала я, — только бы он несвернул на какой-нибудь проселок.

Однако этого не произошло; вскоре я пристроилась за Коляном,радуясь, что темно и можно смело вести наблюдение.

Гуськом мы путешествовали не долго. Минут через пять Колянсвернул с трассы, я за ним. Въехали в какой-то поселок. Я старалась Коляна извида не потерять, но и не слишком к нему приближалась.

Проехав поселок, он остановил свой джип на площадке, рядом сгромадным кирпичным домом, размерами и видом напоминавшим дворец пионеров.Архитектура здания показалась мне странной, но я не стала заострять на нейвнимание.