Алмазная колесница - Борис Акунин

– Трое сацумцев? Завёрнутые в тряпки мечи? НазывалиОкубо «собакой»? Это может быть очень, очень серьёзно! – озабоченнопроговорил Доронин. – Тут всё подозрительно, а особенно то, чтовоспользовались катером. Это лучший способ попасть в самое сердце столицы,минуя дорожные посты и заставы.

Эраст Петрович застал Всеволода Витальевича дома, в левомфлигеле консульства. Доронин уже вернулся с открытия благонравного заведения ипоследовавшего за ним ужина и теперь переодевался к Холостяцкому балу. Шитыйзолотом мундир висел на стуле, пухлая горничная-японка помогала консулуоблачиться в смокинг.

Квартира начальника Фандорину очень понравилась:обставленная лёгкой ратановой мебелью, она весьма удачно сочетала русскость сяпонской экзотикой. К примеру, в углу на столике сиял замечательно бокастыйсамовар, сквозь стеклянные дверцы шкафа просматривались разноцветные графины снастойками да наливками, но картины и свитки на стенах были сплошь туземные, напочётном месте красовалась подставка с двумя самурайскими мечами, а черезоткрытую дверь виднелась совершенно японская комната, то есть безо всякоймебели и с соломенным полом.

Туманные обстоятельства смерти Благолепова заинтересовалиВсеволода Витальевича гораздо меньше, чем трое его ночных пассажиров. Фандоринутакая реакция даже поначалу показалась чрезмерной, но Доронин объяснил причинусвоей тревоги.

– Что у министра много ненавистников, особенно средиюжного самурайства, не секрет. В Японии политические покушения происходят почтистоль же часто, как в России. Правда, у нас сановников убивают революционеры, аздесь реакционеры, но, как говорится, хрен редьки не слаще – обществу игосударству равный вред что от левых зилотов, что от правых. Окубо – ключеваяфигура в японской политике. Если фанатики до него доберутся, переменится веськурс, всё направление развития империи, и притом в крайне опасном для Россиисмысле. Видите ли, Фандорин, министр Окубо – сторонник эволюции, постепенногоразвития внутренних сил страны под жёстким контролем правительства. Этодрессировщик, который щёлкает кнутом и не позволяет тигру вырваться из клетки.Тигр – это наследственная, глубоко укоренённая воинственность здешнегодворянства, а клетка – Японский архипелаг. Из-за чего развалился пресловутыйтриумвират трех туземных корсиканцев? Из-за вопроса о войне. Могущественнаяпартия, которую возглавлял любимый герой нашего Сироты маршал Сайго, хотеланемедленно завоевать Корею. Окубо тогда одержал верх над своими оппонентами,потому что он умнее и хитрее. Но если его убьют, неминуемо возобладаютсторонники быстрого развития за счёт экспансии, поэты великой азиатской империиЯмато. Хотя на свете, ей-богу, и так уже слишком много империй – того и глядивсе они пересобачатся между собой и вопьются друг другу в волосья стальнымикогтями…

– Постойте, – хмурился Фандорин, открывший былосвою кожаную книжечку, предназначенную для сбора сведений о Японии, но пока ещёничего не записавший. – А что России за дело? Ну, напали бы японцы накорейцев, нам-то что?

– Це-це-це, какие ребяческие речи, а ещёдипломат, – укоризненно поцокал языком консул. – Учитесь мыслитьгосударственно, стратегически. Мы-то с вами уже давно империя, а империям, душамоя, есть дело до всего, что происходит на земном шаре. До Кореи тем более. Дляяпонцев Корейский полуостров станет не более чем мостиком в Китай и Маньчжурию,а туда мы и сами давно уже целимся. Неужто не слышали о проекте созданияЖелтороссии?

– Слышал. Но мне эта идея не нравится. Ей-богу,Всеволод Витальевич, нам дай Бог в своих внутренних проблемах разобраться.