Высший класс - Фридрих Незнанский

— Вы не можете чувствовать себя ответственной за то, что делала ваша сестра, — произнес он вслух. — Она даже в момент отъезда была вполне взрослой женщиной… Вы живете только с мамой?

Милана молча кивнула и повернулась к Гордееву:

— Вы сказали «делала»… Значит, вы и с Элей знакомы?

Адвокат промолчал.

— «Делала»… — повторила девушка. — Она что же, изменила свою жизнь? Диана меня обманула, да?..

Юрию Петровичу было почти невыносимо трудно говорить сейчас правду, но обманывать Милану было бы еще труднее. Кроме того, он почему-то не сомневался, что никакой истерики, услышав о смерти Сорокиной, девушка не устроит. И он не ошибся… Она справилась с первым приступом боли, словно ждала от него чего-то подобного, словно мысль о гибели Эльвиры, какой бы горькой она ни была, принесла вместе с неизбежным горем какую-то долю облегчения…

Милана подняла на Гордеева побледневшее, ставшее почти прозрачным лицо:

— Могу я поехать с вами? Видите ли, маму я отправила к родственникам отца в Карпаты, когда… Ну, когда поняла, кто такая Диана… Я не могла рисковать мамой! И я не могу допустить, чтобы Элю похоронили чужие люди… Вы возьмете меня с собой?

В состояние растерянности Юрия Петровича повергнуть было крайне трудно. Тем не менее Милане это удалось сделать.

— Видите ли…

— Только не говорите, что не желаете подвергать меня опасности! — усмехнулась она. — Вы ведь уже подвергли… За вами следят, да? Иначе для чего было Оресту что-то там разыгрывать?

— Черт возьми! — Демидыч наконец впервые за разговор решил выразить свое мнение. — Мы не знали, что вы здесь нас встретите! А вообще, Юра, девушка права, втянули ее в это дело по полной программе… Эти козлы запросто могут вычислить, что она тут не только водяру уже больше часа покупает, если увидят ее…

— Есть у вас возможность уйти отсюда другим путем? — нахмурился Гордеев.

— Огородами и через сад… За мостом для машин Прут поворачивает, и там есть еще один мостик, гуцулы подвесили…

— Как это — подвесили?

— Ну, он из брезента, — слабо улыбнулась девушка. — С непривычки по нему трудно идти, но я привычная…

— Николай вас проводит!

— Еще бы! — подтвердил Демидов. — Заодно разведаем, как там наши друзья.

— А дальше сделаем так… — продолжил Гордеев.

Некоторое время и Милана, и Демидыч слушали его не перебивая, после чего одновременно, как по команде, кивнули. Девушка поднялась молча, прихватив со стола бутылку перцовки, а оперативник, прежде чем выйти из хаты, добавил:

— За нас не волнуйся, провожу девушку до дома и ни одна собака меня не учует!.. Да, кстати, на дне сумки кое-что лежит… На всякий случай!

Спустя несколько минут, оставшись один, Гордеев подошел к оконцу и, убедившись, что выходит оно, к сожалению, не на ту сторону, куда двинулись Милана с Николаем, вернулся к столу, возле которого стояла упомянутая Демидовым сумка.

— Что он имел в виду, черт его подери?! — поинтересовался адвокат вслух у себя самого и, нагнувшись, легко раскрыл «молнию», после чего погрузил в недра сумки руку. Сверток, форма которого не оставляла никаких сомнений по поводу его содержимого, Гордеев нащупал сразу. И чертыхнулся еще раз — от всей души.

— Ну, господа… — произнес Юрий Петрович, сердито глядя на маячившие перед его носом бутылки с перцовкой, но имея в виду вовсе не их, а Турецкого с Грязновым, втянувших его в эту историю. — Почему бы вам было не вооружить нас в дорогу портативным ракетно-зенитным комплексом?! И ведь правы, черти: через эту братскую границу хоть атомную бомбу вези… Однако! Хороши бы мы были, если б на пограничников напало служебное рвение…

Он быстренько застегнул сумку и, выпрямившись, посмотрел в оконце. Хозяйка как раз неторопливо пересекала двор, и адвокату пришлось умерить свое возмущение, усевшись на лавку со скучающим видом.

Что касается Демидыча, вернувшегося примерно минут через сорок и заверившего Гордеева, что вокруг «все чисто», во всяком случае, подозрительная машина как сквозь землю провалилась, вид у оперативника «Глории» был самый невинный. И, как ни подмывало Юрия Петровича сказать ему все, что он думает о незаконном провозе через государственную границу оружия в виде всем известного пистолета марки ПМ, пришлось сдержаться: Оксана Ивановна, получившая от племянника свою долю баксов, оказалась хозяйкой довольно навязчивой и, смешивая русский с украинским, изо всех сил хлопотала вокруг гостей, очевидно полагая, что таким образом развлекает их.

Утешить в такой ситуации могла только мысль, что пробудут они в обществе хлебосольной хозяйки не долее чем до вечера.