Вольному - воля - Владимир Колычев

Ленька пригладил рукой волосы, поправил ворот рубахи, вылепил на лице радушную улыбку и открыл калитку.

– Красавчик, братан!

– Зубодер, ты!

Они крепко пожали друг другу руки, но в братских объятиях давиться не стали.

– А я так и думал, что ты здесь можешь быть, – заглядывая Леньке за спину, сказал Красавчик.

– Не понял, ты что, вычислял меня?

– Ну, не то чтобы тебя. Ролан мне нужен...

– Значит, нас двоих вычислял?

– Да нет, случайно узнал... Ролана с женщиной одной видел, в кафе они завтракали. А я ее раньше здесь видел... На машине мы подъезжали, ночью, дорогу спрашивали, а она сказала, как ехать...

– Марина, что ли?

– Не знаю, как ее зовут...

– На джипе подъезжали?

– Да, на «Хаммере»...

– «Хаммер» – это круто, не вопрос.

Теперь Ленька знал, за кем гонялся с ружьем по пьяной лавочке. Красавчика замочить хотел... Рассказать Ролану, так не поверит же. Да и рассказывать ему ничего не надо. Пусть в своей клетке догнивает...

– Так вы с Роланом здесь осели?

– Ну да...

– Может, в дом пригласишь?

– Не вопрос.

В доме было тихо, только слышно, как тикают часы. Иринка спит, дети наверху притихли. Ролан и Маринка в клетке...

– Садись за стол. Сейчас хозяйку позову...

Ленька спустился в подвал. И успел перехватить обрывок фразы.

– ...Что-нибудь придумаю...

Это был Маринкин голос, обращенный к Ролану. Она затихла, когда Ленька подошел к ее клетке. Молча вышла через открытую им дверь.

Он вывел ее из подвала на улицу, вцепился рукой в ее волосы, задрал голову кверху.

– Что ты там придумаешь, тварь?

– Ролан... Ролан голодный... Надо бы ему поесть принести. Вот я и думаю...

– Ты мне зубы не заговаривай... А пожрать ты ему принесешь. И уберешь из-под него... Но сначала нас с моим дружбаном обслужишь...

– Что? – встрепенулась Маринка.

– Да не в том смысле, дура... – осклабился Зубодер. – Кореш ко мне лагерный заехал, накормишь нас, компот открой, да...

– Сделаю все...

Маринка на Красавчика даже не взглянула, тенью прошмыгнула мимо него, скрылась на кухне.

– Марина, говоришь, ее зовут? – спросил он.

– Чего спрашиваешь, если знаешь? – высокопарно усмехнулся Ленька.

– Да так, видел ее раньше, а как зовут, не знаю...

– Видел... Спалила нас Маринка... Хорошо, что ты нас нашел, а не менты...

Зубодер достал из буфета штоф с первачом, поставил на стол.

– Вмажем?

– Ну, грех отказываться, – в раздумье кивнул Красавчик.

– Или ты такое не пьешь? Абсенты, поди, хлещешь, аперитивы, ля...

– Да нет, самогоночка тоже ничего, если не денатурат...

– Не, нормальный ход, не пожалеешь...

Он разлил первач по стаканам.

– А закусить? – спросил Красавчик.

– Маринка сейчас подаст... Тачка у тебя козырная...

– А-а, ну да, неплохая...

– Зажрался ты, брат, как я погляжу. «Мерс» у него, а ему неплохо... Откуда машина, с бабой куражной живешь?

– Не живу, – замялся Красавчик. – Телохранителем у нее.

– Тело ее охраняешь? И как тело?

– Ну, в порядке... Пока я на страже, все в порядке...

– Нас как вычислил?

– Да случайно. В кафе заехали, а там Ролан с Мариной... Дети с ними еще были... Детей я не вижу. И Ролан где?

– Так это, в поле он, работает...

– А ты?

– Выходной у меня. График такой, два дня Тихон пашет, два дня – я. Если каждый день вкалывать, загнешься... Так с кем ты в кафе заехал?

– Ну, с женщиной... Э-э, с боссом моим...

– Женщина-босс, ничего, так бывает... А делаете вы здесь что?

– Да так...

– И на джипе ты с ней к нам подъезжал, да?

– Да это не важно, – замялся Красавчик.

– Да ты не юли, парень. И за бабу прятаться не надо, не по-пацански это...

– Да я не прячусь... Она здесь комбинатом рулит, ну ты слыхал, агропромышленый комбинат здесь рядом...

– Слыхал... Значит, с ней живешь? Бабла, видать, у нее валом, если ты «мерина» запрягаешь...

– Ну, не жалуется... Вы-то как здесь оказались?

– А ты не помнишь, из-за чего мы с Тихоном поцапались, ну, в первый день, когда он в хату к нам заехал? Я его за Тоху принял. Думал, он Тоха... Теперь понял?

– Не очень.

– Ну ты не догоняющий, в натуре. Тихон был на Тоху сильно похож. Вот мы к Тохе и заехали. Теперь Тихон – Тоха. Антон Комарцев, понял?

– Теперь понял. А где этот Тоха?

– Так это, Тихон его ножом по горлу... Я ему говорю, не надо, а он – надо, брат, надо... Из-за ксивы мужика порешил... Зверюга он, боюсь я его...

– Да, не дело это людей из-за ксивы гасить, – осуждая Ролана, рассудил Красавчик.

– Да если бы только из-за ксивы. Маринку к рукам прибрал. Днем поле пашет, ночью – ее, так вот и...

Ленька не договорил – помешала Маринка. Вошла в комнату, поставила на стол кастрюлю с вчерашним борщом. Приветливое лицо, сияющий взгляд. Зубодер подобрел: правильно поняла баба, что от нее требуется...

Борщ – не слабое средство от похмелья, а Ленька как раз вчера хорошо набрался, и сегодня голова как дуб пустотелый на ветру – дубовая и гудящая... Но от борща его почему-то воротило. Самогон без закуски пить – пожалуйста, а от вида горячего борща нутро начинает наизнанку выворачиваться.

Маринка взяла поварешку, разлила борщ по тарелкам. Отказываться Ленька не стал – может, пройдет тошнота, глядишь, и аппетит появится. Красавчик ел да нахваливал.

– Вкусно, очень... С такой хозяйкой и в кафе не надо ехать...

– В кафе?!.. Ах да, в кафе мы вас видели, – вспомнила Марина. – Вы еще с женщиной там были...

– И Ролана узнал. А он оказался Антоном Комарцевым...

– Он вас обманул, – сказала и потупилась Маринка.

– Теперь я знаю... Как вы с Роланом живете, не жалуетесь?

Марина открыла было рот, но Зубодер угрожающе глянул на нее.

– Что там на второе? – грубо спросил он.

– А-а, сейчас...