Мент без ценника - Владимир Колычев

Женщина стояла у окна, чуть отодвинув штору от стены. Она смотрела во двор, опасаясь, что ее оттуда заметят. И напряжена она так, как будто готовилась одним прыжком выскочить из комнаты, если туда вдруг влетит граната. Похоже, гражданка Осокина напугана не на шутку.

– Да вы не переживайте, Лидия Максимовна, – успокаивал ее Богдан. Вернее, создавал видимость того. – Не такой уж он и страшный зверь, наш Егор… Подумаешь, троих человек убил. Да и не люди это были, а уголовники. Там, в тюрьме, свои законы: чтобы выжить, приходится убивать…

– Да гонит он, мать. Не мог этот лох троих завалить, – мотнул головой муж Лидии.

– Я тоже так считал, – глядя на него, развел руками Богдан. – Да что я? Сам Егор так думал. Он в тюрьме вены себе вскрыл. С отчаяния. Какие-то отморозки сказали, что ночью его опустят; ну, парень и вскрылся… Хорошо, надзиратель вовремя среагировал. Егор на том свете успел побывать. Что-то там он такое увидел, что изменило его. После больнички совсем другим человеком вышел. Нашел этих отморозков – и одного за другим… Не скажу, что братва его зауважала. Но бояться его стали. Дружки у него появились. С ними он и сбежал. Конвой разоружили и ушли… Три автомата на троих…

– А где ваши автоматы? – всполошилась женщина. – Вы же говорили!

– Сейчас.

Богдан подошел к телефону, набрал номер и незаметно нажал при этом на рычаг. Раздались короткие гудки.

– Михайлов! Ну, где ты там? – заговорил Городовой. – Что значит «на усилении»?.. Да не собирается уходить Хромцов из города! Ему здесь проблему одну решить надо. Если он куда и сунется, то лишь сюда… Приказ?.. Ладно, жди!

Тем же образом Богдан связался со своим начальником и «уговорил» передать в его распоряжение несуществующего Михайлова с автоматчиками.

– Ералаш какой-то! Русским же языком сказал им, что Хромцов не собирается никуда бежать – нет, посты вокруг города усилили, – вслух посетовал Городовой. – Говорю же, ему доказательства своей невиновности нужны. Он для того и сбежал, чтобы разобраться…

– С кем разобраться? Со мной? – изменилась в лице женщина.

– Нет, ему нужно с делом его разобраться…

– Знаю я, с кем этот отморозок разобраться хочет!.. Лидку мою вчера подкараулил! – возмущенно протянул Осокин. – Убью, говорит…

– Не убьет. Я же здесь. Сейчас еще Михайлов подтянется, оборону займем…

– Но ведь он еще не подтянулся!

– Ничего, еще немного… А где ваши дети? – наигранно ужаснулся Городовой.

– В школе! – схватилась за голову Осокина.

– Вася, ну ты чего сидишь? – набросился на мужа Лидии Максимовны Богдан. – Давай, шуруй в школу, забирай детей и тащи домой!

Какое-то время Осокин смотрел на Городового большими глазами. Ему вдруг стало страшно выходить из дома. Значит, поддался он на провокацию.

– Да, пойду я, – кивнул он, поднимаясь с дивана.

– А вы… Может, вы тоже пойдете? – воззвала к Богдану Осокина.

– Нет, я должен остаться здесь. – Городовой достал из кобуры пистолет, эффектно передернул затвор, вернул оружие на место.

– Неужели все так серьезно? – в состоянии, близком к панике, спросила женщина.

– Не хочу вас пугать, но… Поймите: если вы, Лидия Максимовна, дадите показания против настоящего преступника, Хромцова оправдают. Он действительно убил троих в СИЗО, и его должны за это наказать. Но вы спросите, как это бывает в тюрьме, в таких случаях просто нет свидетелей… Да что там в тюрьме, если на воле свидетели боятся расправы… А вы испугались расправы, Лидия Максимовна, испугались человека, который убил Костылина… Если бы не побоялись, Егор Хромцов гулял бы сейчас на свободе. А так он превратился в дикого зверя. И этот зверь вырвался на свободу. Вчера он вас предупредил, а сегодня будет мстить. Ведь вы же не пришли в милицию, не рассказали про настоящего убийцу…

– Ну как же не пришла!

– Да, но не показали на этого человека.

Егор выложил на стол фотографию Вяткина:

– Этого человека вы видели во дворе дома в то время, когда погиб гражданин Костылин?

Фотография свежая, ее сделали в КПЗ, в день, когда взяли Вяткина.

– Я боюсь.

– Что ж, бойтесь дальше, – пожал плечами Богдан.

– Вы хотите, чтобы я сделала признание? – подозрительно посмотрела на него женщина.

– А вы желаете, чтобы Егор Хромцов пропал ни за что? Вы хотите, чтобы ни за что взяли и посадили в тюрьму вашего мужа?.. Вот и я этого не хочу.

– Но мне страшно!

– Теперь вам будет страшнее вдвойне. Нам придется охранять вас, потому что этот человек откроет на вас охоту! – Богдан зло ткнул пальцем в фотографию Вяткина. – Он знает, что Хромцов сбежал из тюрьмы. Ему известно, что вы у него на прицеле. Поэтому он постарается опередить его… Вас просто убьют, Лидия Максимовна, как опасного свидетеля. Вернее, постараются убить. Скорее всего, за вами придет сам преступник. Это нам и нужно. Мы возьмем его и обвиним в покушении на вашу жизнь. Он даст показания, и мы узнаем, что вы помогли ему подставить Хромцова…

– Что вы сказали?.. Я помогла подставить Егора?!

– Откуда я знаю? Вдруг это вы подбросили нож в квартиру Хромцова? Кто-то ж это сделал!

– Это не я!

– А вдруг?

– Нет!

– Но вы же помогаете настоящему убийце… Вы его выгораживаете, помогаете уйти от наказания, а в это время страдает невинный человек… Нет страшнее человека, который впал отчаяние. Возможно, Хромцов не верит, что его оправдают, если вы поможете привлечь к ответственности настоящего убийцу. Возможно, он собирается вас убить. Чтобы вам отомстить… Мне понадобится подкрепление, чтобы отбить возможное нападение. Ситуация действительно очень серьезная…

– И что мне делать?

– Вы помогали этому человеку? – Городовой снова ткнул пальцем в фотографию Вяткина.

– Нет.

– Вы подбрасывали нож Хромцову?

– Нет!!

– Вы чувствуете себя виновной?

– Нет!!!

– Тогда в чем дело, Лидия Максимовна? Вы признаете настоящего убийцу, мы его задерживаем, оформляем арест, предъявляем обвинение и сажаем в тюрьму. И все проблемы с ним разом отпадают. Тем более что его подельники уже в тюрьме. Опасен он только пока на свободе…