Банши. Город грехов - Айла Скай

– Прошу сюда, – Тимур проводил их к дальней части помещения, где располагались приватные комнаты. В одну из таких он толкнул дверь, пропуская внутрь Царя. – Только Вы. Ваши люди могут остаться около двери. Мой работодатель ценит анонимность. Или так, или никак.

Царь лишь кивнул, и прошел сквозь двери. Просторная комната с сервированным столом в центре и мягкими стульями. Окна в пол, открывающие вид на парк. Мужчина занял место, которое ему показали.

– Приятного вечера, – юноша поклонился. – Вас сегодня обслужит Алиса. На столе есть кнопка. Как только что-то понадобиться, можете просто ее нажать, – после чего он вышел, оставив Царя в одиночестве.

– Давно хотел познакомиться… ближе, – хлопок двери и голос, услышанный ранее в трубке телефона. Мрак помещения скрывал лица присутствующих. Хочешь показать свое лицо – просто придвинься к свету лампы. Лишь кисти рук освещала своеобразная люстра, каскадом свисающая с потолка.

– Не могу сказать о себе того же, – процедил Царь. – Хотелось бы сразу к делу.

Что там с Василисой?

– Пропустишь ужин, господин Царев? – весело рассмеялся голос по ту сторону стола.

– В жопу твой ужин. Ты прекрасно знаешь, для чего я здесь. И хотелось бы видеть, с кем разговариваю.

– А я, пожалуй, поем, – ухоженные пальцы коснулись приборов и начали аккуратно разрезать стейк на тарелке. – И тебе советую.

– Я теряю терпение, – взорвался Царь.

– А я, – мужчина на мгновение показался в источнике света и вновь скрылся в темноте, – его вовсе не имею.

– Ты? – только и смог сказать в ответ Царев. Злость сменило удивление. – Быть не может. Столько лет прошло.

– От чего же? – хмыкнул сидящий напротив. – Я. Удивлен призраку из прошлого? Мне всегда говорили, что я – вылитый папаша.

– Ты его сын?

– Не те вопросы задаешь, Царь. Я узнал все грязные секреты твоей сестренки, и решил познакомиться с тобой лично. И с Василисой, – мужчина положил приборы на стол и недовольно поморщился. – Не та прожарка, – палец с аккуратным маникюром коснулся кнопки.

Секунду спустя появилась испуганная девушка в униформе.

– Не та прожарка, Алиса. Исправить, – холодно произнес, и официантка унеслась прочь, прихватив тарелку. – Я все размышлял, почему ты отдал ее, а потом забрал назад? Учитывая то, где она сейчас, возвращение обошлось сучке по самому дорогому тарифу.

– Это тебя не касается, щенок. Зачем ты здесь?

– Еще как касается. После своей “смерти” она прожила еще довольно долго. Не расскажешь, как так получилось? Я здесь, чтобы восстановить равновесие. Царевы отняли у меня слишком многое. Твоя драгоценная сестра укусила кормящую руку, – тарелка с дымящимся стейком заняла свое место на столе, а девушка замерла. – Свободна. Через час в мой кабинет.

– Чего ты хочешь? – Царь нащупал рукоять пистолета под пиджаком. Сидящий напротив был вовсе не союзником. Чего-чего, а послание из прошлого Царь никак не ожидал увидеть.

– Снова не тот вопрос. Ты знаешь, зачем я здесь. Иначе не хватался бы сейчас за пистолет. Я слишком больной ублюдок, чтобы задаваться вопросами прошлого. Это так… лирика. Возмездие бывает разным. И куда приятнее упиваться личным адом каждого из вас, чем вашей смертью. Раньше я хотел купаться в вашей крови, но потом… Я хочу всего. И я получу это. Вопрос только в том, на чьей ты будешь стороне, Царь?

– У меня есть только одна сторона – моя, – Царь выхватил пистолет и направил его на спокойно сидящего мужчину напротив. – Убирайся туда, откуда выполз. Против Совета ты никто. Тебе не по зубам Город.

– Думаешь? – хмыкнул мужчина. – Я уже пустил свои корни. Вы уже давно не одно целое – посмотри на себя. Хочешь власти, но прикрываешься Советом? Смешно, никто не захочет тебе помочь. Грядет другая эра. И это неизбежно.

– А Василиса? При чем здесь она? – неожиданная мысль промелькнула в голове Царя. Незнакомец из прошлого изначально прикрылся ею для встречи.

– Василиса? – словно смакуя самый вкусный десерт, произнес имя девушки. – В моей постановке ей уготована самая главная роль.

– Как только она узнает, кто ты… Не думаю, что она ринется тебе помогать, – зло усмехнулся Царь. – Ты верно уже узнал, какую роль она играла в семье.

– Я знаю одно – тебе она помогать точно не будет, – рука мужчины спокойно потянулась к бутылке вина, и вскоре бокал наполнился бордовой жидкостью. – Если бы она тебя жаловала, то вряд ли ночевала вне отчего дома.

– Пошел к черту!

– Из тебя вышел отвратительный папаша, Царев, – мужчина отпил из бокала. – Знаешь какая прелесть в детях, чье детство было уничтожено? Ни них весьма просто играть. На их скрытой боли и ярости. Неконтролируемые и такие прекрасные. Стоит только вовремя поддержать и намекнуть на потенциального обидчика – и дело в шляпе. Судя по тому, что я знаю, детство ты у нее отнял. Осталось дело за малым.

– Ты ошибаешься, – саркастично произнес Царь. – И переубеждать тебя не буду. Она не та, кем кажется. Она не просто ребенок с травмой из детства. Она куда большее.

– Как знать, – собеседник вновь отпил из бокала. – Пистолет в твоей руке говорит мне, что сторону ты все же не ту решил выбрать.

– Я всегда выберу только свою сторону. И не может быть иначе.

– Тогда наш разговор подошел к концу, – незнакомец аккуратно промокнул губы и отшвырнул от себя салфетку. – У меня остался лишь один вопрос, господин Царев.

– И какой же?

– Как меня зовут. Мне не интересна фамилия. Имя, – голос стал жестче.

– Зачем тебе это? – удивился Царь.

– Не помнишь… – он грубо усмехнулся. – Что ж… Ты не достоин того, чтобы марать о тебя свои руки. Я не мой отец. Я намного хуже, господин Царев. Понятие принципов и устоев у меня напрочь отсутствует. Есть только я и мое слово. До скорой встречи, какой бы она ни была.

Мужчина поднялся из-за стола и скрылся в темноте, а Царь так и не нажал на курок. Он не знал его имени, ведь сидящий перед ним никогда не представлял для него интереса, как и угрозы. До сегодняшнего вечера. Ведь впервые он отметил сходство с тем, кого давно считал канувшим в Лету. Ужасающая красивая копия горящего в аду. Ангельская внешность с мрачной кривой улыбкой и горящий огнем взгляд. И если бы увидел его мельком, точно решил, что это послание с того света. Если бы! Это было не послание.